Мэдлин Хантер - Воскресшая любовь

– Если говорить о вашей семье, помимо сплетен о вашей персоне, я слышала только разговоры о вашем брате Хейдене и Алексии.

– Хейден правильно сделал, что женился на ней. Они любят друг друга. Удивлен, что в свете до сих пор обсуждают их брак. Никакого скандала не было. Но сплетники способны высосать скандал из пальца.

Истербрук точно так же закрыл глаза на скандал, связанный с Хейденом и Алексией, как отмахнулся в свое время от сплетен об Эллиоте и Федре. Он не обращал внимания на такие скандалы. Возможно, Кристиан считал, что разговоры не могут по-настоящему им навредить. Его семья выше всего этого. Ведь он не кто-нибудь, а маркиз Истербрук.

Когда экипаж подъехал к дому Леоны, Кристиан проводил ее до двери. В дом она зашли вместе. Леона не могла возражать против этого. Как можно требовать строгого соблюдения правил этикета от мужчины, который был с ней так близок и которому она так много позволяла в постели?

Наверное, сегодня Истербрук будет особенно несносен, хотя он и до этого злоупотреблял ее гостеприимством. Даже если она попытается ограничить его в его правах, скорее всего это ни к чему не приведет.

Возможно, Кристиану не захочется нарушить идиллию, которой они достигли в эту ночь.

– Мне нужно поговорить с вами, Леона. О том, что было между нами сегодня ночью. И о тех ночах, которые ждут нас впереди, – сказал Истербрук, когда они поднимались по лестнице в библиотеку.

– Надеюсь, вы не собираетесь снова просить меня переехать к вам. Если собираетесь, то лучше не начинать этот бесполезный разговор.

– На сегодня я смирился с вашим решением. Но мне хотелось бы убедиться, что в вашем доме я желанный гость.

Леона остановилась на верхнем пролете лестницы.

– Вы и так уже входите в мой дом, как в свой. А что касается того, желанный ли вы гость или нет, или того, что случится после того, как вы войдете, мне нужно об этом подумать. Несмотря на скандал в Макао, я еще не привыкла к статусу падшей женщины.

Леона сказал это в шутку. Однако Истербрук отнесся к ее словам серьезно.

– Леона, я не считаю вас падшей женщиной. И не верю, что вы себя считаете такой.

– Вы прекрасно знали, что обладаете властью, и воспользовались ею. А я этому не препятствовала. Но я ни о чем не жалею, Кристиан. Наоборот. Но это вовсе не означает, что я согласна, чтобы мы проводили ночи вдвоем, или что я хочу быть вашей любовницей. – Когда Истербрук слушал Леону, его рот превратился в тонкую линию. Леона провела пальцем по его сжатым губам. – Вы ведь это хотели мне предложить, не правда ли?

– Вы хотите сделать меня несчастным. – В его голосе звучала обида. Леона была рада, что ей удалось уязвить его самолюбие.

– Если вам была нужна женщина, которая думает только о том, как доставить вам удовольствие, не сомневаюсь, что вы знали, где ее искать. Я должна жить своей жизнью, принимая в расчет то, что хорошо для меня, а не для вас. Уверена, что вы это понимаете. Несмотря на то что хмуритесь сейчас.

Он перестал хмуриться, что означало, что он и в самом деле понимал, что она хочет сказать. Может быть, даже слишком хорошо понимал.

– Значит, вы хотите все хорошенько обдумать. Взвесить все «за» и «против», свести дебет с кредитом. Для того чтобы решить, хотите ли вы снова увидеть меня в своей постели.

– Что поделаешь, Кристиан, я дочь коммерсанта. А коммерсанты любят порядок в делах и учет во всем. – Леона игриво чмокнула Кристиана в щеку и открыла дверь в библиотеку.

Войдя в комнату, она неожиданно остановилась и стала озираться по сторонам.

– В чем дело? – спросил Кристиан.

– Сама не знаю. Но здесь что-то изменилось. Странно, но… – Леона оглядела книжные шкафы, потом ее взгляд упал на письменный стол. Подойдя к столу, она принялась внимательно разглядывать то, что на нем лежало. На первый взгляд все на месте. Все как всегда. Чернильница – в углублении в столе. Лампа…

Леона старалась вспомнить, что лежало на столе вчера, до того, как они уехали с Истербруком из дома. Она помнила, что сидела здесь, за столом, размышляя над некрологом отца. Леона сдвинула лампу с места и поставила ее на листок. Когда Тун Вэй вошел и сообщил о визите леди Линсуэрт, Леона открыла ящик стола и положила бумаги туда, а затем…

Неприятный холодок побежал у нее по спине. Она выдвинула ящик стола.

– Здесь кто-то побывал. Я в этом уверена. В этой комнате. Кто-то рылся в моем столе.

Разгневанный Истербрук позвал Изабеллу.

Испуганная девушка, которая в это время штопала белье, примчалась в библиотеку. В руках она держала иголку с ниткой и какую-то тряпку.

– Сюда кто-то заходил? – строго спросил Истербрук.

Округлив глаза, Изабелла покачала головой.

– Не надо ее пугать, – сказала Леона. – Изабелла, ты никого не видела здесь сегодня утром? В доме или в саду? Не слышала ничего подозрительного? После того как ушли слуги лорда Истербрука?

– Нет. Ничего.

– Где ты находилась все это время?

– В вашей комнате. Штопала белье. Не знаю… Обычно Тун Вэй… Я сделала что-то не так?

– Нет, успокойся. У нас даже в мыслях этого не было. Не правда ли, лорд Истербрук? Мы только хотели узнать, не слышала ли ты чего-нибудь.

– Я не имел в виду, что обвиняю тебя в чем-то. Можешь идти, – смилостивился Истербрук.

Изабелла поспешно удалилась. А Леона стала проверять, все ли на месте в ящике стола.

– Тайно проникнуть в дом – неслыханная дерзость, – сказал Истербрук. – Кто бы это ни был.

– Может быть, я ошиблась? Кажется, ничего не пропало. Все на месте. Возможно, я слишком подозрительна. У меня нет никаких доказательств – только странное ощущение, что здесь в мое отсутствие кто-то побывал.

– Зачастую наши ощущения нас не обманывают. Они говорят больше, чем наши глаза и уши. Не сомневаюсь, что ваши подозрения не беспочвенны. Несмотря на отсутствие явных доказательств.

– А я уже начинаю сомневаться. С каждой минутой все больше и больше. Теперь мне кажется, что в библиотеке все как всегда. Мне стыдно, что я подняла шум.

Кристиан привлек Леону к себе.

– Леона, в животном мире, если кто-то нарушает среду обитания животного и угрожает ему, любое живое существо будет себя защищать. Кто-то будет спасаться бегством. Кто-то будет нападать. Но все будут как-то реагировать на опасность. Хотите вы этого или нет, но вы нарушили чью-то среду обитания. Перестаньте испытывать чужое терпение и ходить по тонкому льду. Возможно, вы даже не знаете, какого зверя разбудили своими неосторожными шагами.

– Не старайтесь убедить меня в том, что я в опасности только потому, что мне что-то показалось, когда я вошла в комнату. Возможно, теперь мне все вокруг кажется не таким, как раньше. Может быть, все дело не в этой комнате, а во мне. Это я изменилась.