Робин Хэтчер - Время перемен

— Я видел, как ты въезжал на Мэйн-стрит, и подумал, что нужно передать тебе это побыстрее. Наверное, что-то важное, — и он протянул Телфорду конверт.

У Рика возникло странное ощущение, что Джед Смит уже ознакомился с содержанием послания.

— Наверное, это от Джеймса и Нэнси, — сказал он, открывая конверт, на котором обратным адресом значилась Объединенная Тихоокеанская железнодорожная компания.

Джед Смит стоял не шелохнувшись и не делая попытки уйти. Рик вынул листок бумаги.

— Поезд сошел с рельс… с прискорбием извещаем вас, что мистер и миссис Телфорд погибли…

Слова прыгали перед глазами Телфорда. Джеймс мертв? Невозможно! Он перечитал короткое послание еще раз. Может быть, он чего-то не понял? Джеймс и Нэнси погибли… Его сын никогда не вернется домой! Он умер!

Листок бумаги выпал из рук и порхнул под скамейку. Доктор попятился назад и упал в свое любимое кресло, сплетенное из камыша.

Джеймс умер и никогда не вернется домой…

— Рик!

Телфорд открыл глаза, но никого не увидел.

— Кто здесь?

— Рик, с тобой все в порядке? — спросил Джед, кладя руку ему на плечо.

— Джеймс и Нэнси погибли.

Почтмейстер откашлялся.

— Этого я и боялся. Я слышал о крушении поезда и о том, что погибло множество народа.

Множество народа! Но один из погибших — его сын, а другая — невестка.

— Такие молодые… У них могли появиться дети, которых уже никогда не будет. У них все было впереди!

— Сочувствую тебе, Рик, — пробормотал Джед Смит. — Очень сочувствую.

Рик Телфорд смотрел на свои руки, руки, призванные исцелять. Многие годы эти руки тряслись из-за позорного пристрастия доктора к виски. Сегодня они не дрожат, но сыну и невестке они помочь уже ничем не могут.

— Я пойду, — переминаясь с ноги на ногу, сказал Джед Смит. — Там почта без меня… С тобой все будет в порядке?

— Иди, Джед. Со мной все будет в порядке.

— Ну ладно. Если что, дай мне знать.

— Спасибо.

Телфорд все смотрел и смотрел на свои руки. Почтмейстер ушел, и он остался один на один со своим горем.

— Пей, не пей, а их уже не вернешь, Эстер, — прошептал он, обращаясь к своей давно умершей жене.

Герти узнала о катастрофе на железной дороге от Паркера сразу же после того, как вернулась с одного из отдаленных южных пастбищ, где сгоняла небольшой табун лошадей. Она не стала умываться с дороги. Что-то ей подсказывало, что на это уже нет времени. Герти вскочила на свою порядком уставшую лошадь и поскакала в Дэд Хорс.

У салуна что-то ее остановило. Герти спрыгнула с лошади, привязала поводья к коновязи и направилась к дверям заведения.

— Эх, док. Хоть бы ты не натворил глупостей, — прошептала она, распахивая дверь.

Предчувствие ее не обмануло. Рик сидел в прокуренном зале, развалившись на стуле у дальнего столика, на котором стояла пустая бутылка из-под виски. Голова его упала на грудь, руки безжизненно повисли, Герти пересекла зал, подошла к столику Рика и села напротив него. Глаза ее наполнились слезами.

— Зачем ты это делаешь, док? Виски горю не поможет, и погибших ты уже не вернешь.

Рик приподнял голову, взглянул на Герти покрасневшими глазами и ничего не ответил.

— Ты ведь нужен этому городу, док. А если, не дай Бог, с девочкой Фэй что-нибудь случится? Или с кем-то другим? Ты же не сможешь им помочь.

— Я не хочу никому помогать, — пробормотал Телфорд. — Все равно все там будем.

— Но ведь мы еще здесь.

Он выпрямился на стуле и махнул рукой.

— Эй, Стретч, принеси мне еще бутылку виски.

— Док… — Герти накрыла его руку своей ладонью, но Телфорд резким движением освободился.

— Это тебя не касается, Герти Дункан, — пробормотал он. — Иди, откуда пришла.

Герти молча проглотила обиду. Рик потрясен смертью Джеймса и Нэнси, поэтому она все перетерпит. Она стерпит даже, если он ее ударит, ведь она его любит.

— Ну ладно, док. Наливайся виски, а я вернусь, когда ты закончишь.

Телфорд стукнул кулаком по столу.

— Я не хочу тебя здесь видеть!

— Это свободная страна, — отрезала Герти. — Я приду, когда захочу.

— Иди к черту! — сказал он уже беззлобно, принимая из рук Стретча бутылку виски.

Герти молча наблюдала, как Рик налил виски в стакан и, не поморщившись, опрокинул его в рот.

Смерть Джеймса и Нэнси Телфорд потрясла городок. Их тела прибыли двумя днями позже, но Рик Телфорд, не вылезавший из салуна, не забрал их и не позаботился о подготовке к похоронам. Все это сделала Герти. На погребении Рик не присутствовал. Он сидел все за тем же столом в салуне и заливал горе виски.

Фэй тоже очень опечалила трагическая смерть Джеймса и Нэнси, но кроме того, ей было больно видеть, что несчастье сломило Рика Телфорда и отозвалось болью на Герти. Во время погребения Фэй плакала не столько по погибшим, которых едва знала, сколько по живым, Рику и Герти. Она думала о быстротечности жизни, о том, что никто не знает своего последнего часа, и о том, как внезапно смерть забирает людей. Но даже во время панихиды, к своему стыду, она вспоминала поцелуй Дрейка и свои при этом ощущения. В свете случившегося несчастья Фэй с ясностью сознавала, что судьба может в любой момент разлучить ее с Дрейком Ратледжем, а ведь он должен прежде узнать, как она его любит.

Дрейк оказался одним из немногих, кого гибель молодой четы лично не касалась. Конечно, случившееся опечалило его, но с Джеймсом и Нэнси Дрейк знаком не был и потому не воспринял трагедию так близко к сердцу.

Однако, будучи осведомлен о миссии Джеймса Телфорда, от которой зависело будущее города, Дрейк вознамерился разузнать о его поездке в Шайенн, где Джеймс пытался убедить местные власти и несговорчивую компанию в необходимости прокладки колеи через Дэд Хорс. Как только закончатся траурные церемонии, жители города зададутся тем же вопросом: будет дорога или им придется укладывать вещи и искать другое место жительства.

На следующий день после похорон, когда Дрейк просматривал почту из столицы штата, в дверь библиотеки постучали.

— Войдите, — сказал он, отложил бумаги в сторону и откинулся на спинку кресла.

Вошла Герти и сразу направилась к его столу. Вид у нее был мрачный.

— Мистер Ратледж, вам придется нанять другого рэнглера.

Дрейк удивленно приподнял бровь.

— Что так?

— Видите ли, сэр… — Герти замолчала и сорвала с головы шляпу. — Впрочем, нечего темнить! В последнее время я не особенно утруждала себя исполнением моих обязанностей. Это несчастье…

— Садись, Герти, — он кивнул на стул, стоявший поодаль.