Барбара Мецгер - Навеки твой

– Мы положим их на новый счет, я стану попечителем состояния Холи, после того как Бревертон на наших глазах пересчитает деньги и даст расписку. Законный наследник сможет забрать их, но только с моей подписью.

– Ты можешь это сделать?

– По закону? Понятия не имею. Но я все равно это сделаю, для того чтобы сберечь деньги и сохранить их в качестве улики. Мы не могли положить их обратно в разбитый глобус и оставить в полупустом доме. – Рекс подозрительно посмотрел на Дункана. Сухонький старичок невинно разглядывал пейзаж за окном или… планировал, как лучше пробраться в дом Холи. – К тому же я не доверяю дворецкому. Если уж на то пошло, я не хочу, чтобы кто-нибудь интересовался мотивами, по которым я забрал деньги.

– Или где ты их прячешь? Ройс-Хаус стал бы приманкой для всех воров-домушников в Лондоне:

– Точно! Банк лучшее для них место, пока мы не выясним, откуда они взялись и почему сэр Фредерик держал их дома. Надеюсь, сын сэра Фредерика поступит благородно и вернет Аманде приданое и деньги ее матери. Я также хочу прочитать имя Бревертона на дверях банка. В записной книжке были инициалы Л. Б.

– Когда он сказал нам, что не знает, что сэр Фредерик делал с деньгами, он не врал, – нахмурился Дэниел.

– Нет, он сказал, что у него нет отчетов о том, что делал баронет. Есть различие. Правда может быть и узкой, и всеобъемлющей. Возможно, он не знал, где покойник прятал деньги. Кто бы мог догадаться, что этот болван хранит целое состояние в глобусе?

– Уж наверняка не дворецкий. Я думал, бедолага разрыдается, когда вывалилось золото. Должно быть, он целыми днями искал его.

Дункан сплюнул на пол кареты.

– Он и записную книжку не нашел, жалкий любитель. Чтобы открыть этот сейф, не зная кода, нужен настоящий профессионал.

– Но чтобы найти деньги, понадобился неуклюжий олух. – Дэниел был доволен, что кузен на этот раз оплошал. – Интересно, почему Холи прятал деньги вместо того, чтобы хранить их в банке?

– Может быть, он не доверял Бревертону? – размышлял Рекс. – Но он легко мог перевести свои счета в другой банк. Кто знает, его ли это деньги. Он мог вложить их и просто откладывать прибыль до следующей партии контрабанды или чего-нибудь еще. – Рекс все еще придерживался теории, то сэр Фредерик был как-то связан с контрабандистами, поскольку Харрисон упоминал его имя. Неизвестно, какую недвижимость он приобрел. Может, это склады около доков или одиноко стоящая ферма в предместьях города, и они служат хранилищем для контрабанды, пользующейся повышенным спросом в Лондоне.

– А может, у него просто с головой было не все в порядке. Парень, должно быть, спятил, если прятал золото дома. Его могли найти. Или никто бы не нашел, если бы ты не разбил глобус.

– Нет, поверенный отчетливо сказал, что сэр Фредерик намеревался забрать деньги с собой. Сомневаюсь, что даже сэр Фредерик думал, что сможет пронести это, – Рекс постучал тростью по мешку, – сквозь райские врата, К тому же он покупал недвижимость. У него были планы, возможно, требующие непредвиденных и поспешных шагов. Жаль, что мы о них ничего незнаем.

Если Бревертон и знал, то отказался отвечать. Он дважды пересчитал деньги, заполнил соответствующие документы и оформил попечительство лорда Рексфорда, но сказал, что его отношения с сэром Фредериком вне банка – это частное дело и предписания и ордера, представленные виконтом, на него не распространяются. Что касается контрабанды, то как они смеют спрашивать, имел ли сэр Фредерик какое-либо отношение к тому грязному бизнесу, и порочить честное имя покойного?

А сам Бревертон связан с незаконной торговлей с Францией?

Вместо ответа банкир сунул Рексу квитанции и указал на дверь.

– Не окажете любезность назвать ваше имя? – спросил Рекс на тот случай, если указанное на двери принадлежало отцу Бревертона или брату. – Это не оскорбление, а праздное любопытство.

– Ллойд, – рыкнул банкир, указав на позолоченную надпись. – Слепому ясно. Ллойд, с двумя «л».

Для Л.Б. было достаточно и одной.

Они наняли другую карету и отправились к поверенному сообщить о передаче денег, чтобы он мог уведомить Эдвина Холи, нового баронета. Рекс также попросил его оценить, сколько денег принадлежало мисс Карвилл. Поверенный был рад услужить, и его инициалов в списке не было.

Потом кузены повезли на Боу-стрит Дункана, щедро вознаградив за работу и выяснив, нет ли в карманах у старика чего-нибудь чужого.

– Конечно, нет. Вы же знаете, я завязал и работаю на уголовный суд.

Дэниел почесал нос. Рекс тряхнул сухонького старичка. Из карманов посыпались монеты, галстучная булавка, часы, пилки и отмычки. Рекс взял булавку и карманные часы, чтобы Аманда передала их сводному брату. Монеты он оставил Дункану, взяв слово, что тот не станет рассказывать о том, что видел и слышал в этот день.

– Мне все равно никто не поверит, – удирая, бросил старик.

Инспектора Димма порадовали их находки. Но мотивы преступления так и не прояснились.

– Сумасшествие еще не повод для убийства, иначе половина членов королевского семейства была бы в опасности. Грабеж? Кто знал, что деньги там? – Инспектор разглядывал колечко дыма над головой, своего рода нимб старшего детектива с Боу-стрит. – А ваша юная леди могла знать, как-никак она член семьи. Может быть, после спора о ее приданом и разговора с поклонником на балу она пришла требовать то, что ей принадлежит. Она признала, что ссорилась с отчимом. Нельзя это отрицать, если днем шесть человек слышали крики.

– Слова курок не спускали, и мисс Карвилл тоже. Холи был замешан в чем-то противоправном, у него были сообщники. – Рекс показал Димму записную книжку с инициалами.

– Я все-таки считаю, что это имена его любовниц и внебрачных детей, которых он содержит, – сказал Дэниел.

Димм задумался над этой версией. Он поддерживал многочисленных племянниц и племянников – слава Богу, все законнорожденные – за гораздо меньшие деньги.

– Гм, возможно.

– Негодяй обманывал своего собственного сына и наследника, – возразил Рекс. – Он не стал бы платить за незаконнорожденных. Нет, я думаю, что это инициалы сообщников в каком-то темном деле. Любой из них мог иметь на него зуб из-за доли в прибыли или чего-нибудь еще.

Димм попыхивал трубкой.

– Возможно, это всего лишь карточные долги. Джентльмены ведут учет, не так ли?

– Тогда почему тихо и тайно? Почему в клубах не отзываются о нем как о заядлом игроке? Сэр Фредерик имел дело с какими-то темными силами.

– Вы это знаете наверняка?

– Нет, черт побери, интуиция подсказывает.

– Или вы хотите, чтобы было так? Это не освободит вашу леди.