Стелла Камерон - Мимолетное прикосновение

На Эдварда вдруг нахлынула дурнота. Молодой человек поднес руку к лицу и прислонился к стене, прижавшись пылающим лбом к холодному дереву.

— Давай уйдем. — В голосе Джулиана смешались сочувствие и тревога. — Моя карета у дверей. Поедем на Кавендиш-сквер, я проведу с тобой ночь, а к этому разговору вернемся завтра. Ты слишком вымотался.

— Я должен закончить. Тогда ты все поймешь. Негодяй, которого я уничтожу, нанял убийцу, чтобы завладеть тем, что по праву принадлежало другому.

— А нельзя передать это дело в руки властей? — осведомился Джулиан, хотя и без всякой надежды.

А доказательства? Слова какого-то моряка, который продал свой рассказ за немалую сумму, а потом пропал? Какие могут быть улики по делу об убийстве двухлетней давности? И даже если бы власти согласились принять дело к рассмотрению, их приговор — пусть даже справедливый — меня не удовлетворит.

Джулиан вздохнул.

— Сам знаешь, мой друг, для тебя я готов на все. Проси чего угодно, любой помощи — я к твоим услугам.

— Спасибо.

— Но теперь, Эдвард, ты должен рассказать мне и все остальное. Мне почему-то кажется, что худшее еще впереди.

Эдвард лихорадочно прикидывал, какую часть правды может доверить другу.

— Девушка, которую ты видел, через несколько недель станет моей женой.

— Понимаю. Но об этом можно поговорить и потом.

— Нет, Джулиан. В этом-то вся суть моего плана. Ее брата звали Уильям Гранвилл, его-то и пытался спасти Джеймс. А ее сводный брат — Роджер Латчетт — и есть тот самый негодяй, подославший убийцу.

Глава 11

Линдсей легко взбежала по ступенькам на крыльцо дома леди Баллард, но не успела постучать, как дверь отворилась и на пороге появился Норрис. Нос дворецкого был надменно задран.

— Добрый день, Норрис, — дружески поздоровалась девушка в нарушение всех правил тети Баллард. Та постоянно учила ее, что в общении со слугами необходимо хранить величественное превосходство и обращаться к ним лишь тогда, когда надо отдать какой-либо приказ. Линдсей сие правило казалось донельзя глупым. Дома, в Корнуолле, все слуги были ее друзьями — так зачем ей в Лондоне вести себя иначе? Тем более что она не собирается задерживаться здесь надолго.

Молча поклонившись, Норрис учтиво распахнул дверь пошире.

— Заходите, — через плечо позвала Линдсей свою новую приятельницу, с которой познакомилась сегодня, и Эмму. — Скорее.

С утра графиня Баллард жаловалась на простуду и не пожелала выходить из дому, поэтому Линдсей отправилась в очаровательный маленький салон леди Сибил на Беркли-сквер лишь в сопровождении верной Эммы. Однако там камеристка мигом скрылась на половине прислуги, а бедняжка Линдсей осталась совершенно одна и едва не умерла от робости и страха.

Однако хотя с утра ей совсем не хотелось никуда ехать, теперь девушка не жалела о том, что графиня проявила настойчивость и все-таки отправила ее в гости — потому что там она нашла новую подругу, а друзья сейчас были ей нужны как воздух.

У леди Сибил велись такие умные и светские разговоры, что сперва Линдсей боялась, как бы не ляпнуть что-нибудь невпопад и не опозориться, выказав свою глупость и необразованность. Однако, на ее счастье, речь зашла о романах вообще и о стихах пылкого лорда Байрона в частности. Признаться, Линдсей не очень-то любила лорда Байрона, но не посмела высказать своего мнения перед столь блестящим обществом.

— А где… тетя Баллард? — спросила она у Норриса. За неделю, проведенную в доме графини, она так и не привыкла к неожиданному родству. — В будуаре?

Дворецкий возмущенно выпрямился.

— Уже больше пяти, мисс Гранвилл.

Эта фраза содержала в себе недвусмысленный намек на то, что госпожа не остается в будуаре позднее полудня. С другой стороны, Линдсей уже было известно, что чопорная леди частенько удаляется туда и в другое время… особенно во время визитов высокого и утонченного красавца лорда Эйрсли.

— Ее светлость в гостиной, — доложил Норрис, снимая с девушки плащ.

— Спасибо, — мило улыбнулась Линдсей. — Эмма, и тебе спасибо, что проводила меня сегодня. Не могла бы ты теперь заняться тем небольшим поручением, что я дала тебе утром?

Горничная на миг остолбенела, но тут же сообразила, в чем дело.

— Да, мисс. Сию минуту, мисс.

Она покраснела, быстро сделала реверанс и чуть ли не вприпрыжку помчалась вверх по лестнице.

Разгадка ее странного поведения была проста — на днях, выяснив, что Эмма жаждет научиться читать и писать, Линдсей взялась давать ей уроки. Горничная оказалась смышленой девушкой и схватывала все буквально на лету. Она уже выучилась читать и переписывать самые простенькие слова и фразы, которые Линдсей специально писала ей крупными буквами. И теперь две заговорщицы старались выкроить любую свободную минутку для занятий.

— Пойдем, — повернулась Линдсей к своей новообретенной подруге. — Тетя Баллард будет в восторге, что я наконец-то подружилась с ровесницей. А то она уже начала поговаривать о том, чтобы подыскать мне компаньонку. Вот ужас-то! Ты уж, пожалуйста, помоги мне ее переубедить.

Тем более, добавила Линдсей про себя, что ей и впрямь ни к чему еще одна надзирательница — и так уже не знаешь куда деться. Еще одна пара лишних глаз — и можно навеки распрощаться с мечтой о побеге.

Не дожидаясь ответа, девушка порывисто распахнула двери гостиной, но замерла на пороге. Сколько же бесконечных часов провела она в этой комнате, каждое утро расхаживая перед леди Баллард с противной тяжеленной книгой на голове! «Плавно, Линдсей. Еще плавнее. Подбородок вверх! Не спеши. Тише, тише. Джентльмены любят, чтобы дамы грациозно скользили, а не скакали вприпрыжку».

Впрочем, несмотря на строжайшие замечания, щедро отпускаемые по адресу Линдсей, графиня оказалась на диво приятной и доброй тетей, так что девушка старалась всячески угождать ей, пока не удастся наконец придумать что-нибудь дельное — способ заставить Хаксли отказаться от обручения. Поело того вечера, когда она сделала ему памятное «предложение», о виконте не было ни слуху ни духу. При одном воспоминании о той сцене Линдсей поежилась и сжала зубы. Ничего, первая неудача ее не запугает. Уговоры, лесть, скандалы или шокирующие сюрпризы — она на все пойдет, лишь бы добиться своего. А понадобится, так и на все сразу.

Вздохнув, она приподняла подбородок и, бегло оглядев прелестное муслиновое платье светло-сиреневого цвета — не помялось ли? — чинной походкой вплыла в гостиную.

— Линдсей, — приветливо улыбнулась графиня со своего любимого кресла перед камином. — Ты просто ослепительна, милая моя. Как провела время? Интересно было?