Валери Кинг - Маскарад повесы

Когда красная от смущения Черити, ко всеобщему облегчению, закончила играть и отошла от инструмента, Джулия взялась за новое произведение для арфы, а Мэри стала аккомпанировать ей на фортепьяно. Вернувшись с террасы, Кэт осторожно пробралась к свободному месту возле леди Чалфорд. Миссис Мортон с огромным ярким веером из страусовых перьев в руке сияла от счастья, глядя на дочь. Кэт мысленно возблагодарила небо за то, что когда-то Джаспер, сильно напившись, продал ее фортепьяно цыганам. Наконец музыкальный вечер закончился, и Кэт с облегчением вздохнула. Впрочем, к облегчению примешивалось разочарование. Сколько времени потрачено впустую! Она ни на шаг не приблизилась к заветной цели — ведь за весь вечер они с Эшвеллом перекинулись лишь несколькими фразами. Зато неприятных ощущений хоть отбавляй — сцена с Саппертоном так и стояла у нее перед глазами. Кэт знала, что ей не скоро удастся забыть его хищную физиономию и бешеные от желания черные барсучьи глазки…

Дома она сразу улеглась в постель и заснула. В окно заглядывала полная луна, и, может быть, поэтому сон Кэт был неспокоен. Перед ней, как в калейдоскопе, мелькали знакомые лица: Бакленд донимал ее непристойными намеками, язвительно усмехалась Джулия, оскорбительно смеялся Кит, и, что самое ужасное, Стивен ехал по полю в полном боевом облачении, угрожающе размахивая огромным мечом.

Проснулась Кэт на рассвете с головной болью. Поклявшись себе никогда не пить так много шампанского, она села, свесила ноги с высокой кровати и оглядела комнату. Ее взгляд наткнулся на зеленое вечернее платье, висевшее на спинке старого вытертого кресла, и причина мерзкого самочувствия сразу стала ясна. Господи, до чего же утомительно быть настоящей женщиной, носить эти красивые, но тесные и неудобные наряды, часами слушать дилетантское бренчанье на арфе и фортепьяно, вести изысканные беседы, корчить из себя принцессу на горошине! Какая это мука — постоянно следить за собой, бояться сказать или сделать что-то не так, как противно притворяться! Пожалуй, только шутки и подтрунивание Бакленда помогают ей не сойти с ума. Если бы он об этом узнал, то был бы, наверное, страшно удивлен. А может быть, и нет, кто знает!..

Кэт сняла чепец и обеими руками взъерошила волосы. Кругом тишина, все спят, и только тщательно начищенные после состязания пистолеты и ружье ждут, когда же хозяйка вспомнит о них… Поддавшись внезапному порыву, Кэт выпрыгнула из постели и, пробежав босиком по полу, принялась натягивать свою старенькую поношенную амазонку. Будь что будет, она едет охотиться, даже если ее увидит Эшвелл и весь Стинчфилд в придачу! Надо хотя бы на один день забыть о долгах Джаспера, об угрозе голода в деревне и о несчастных луддитах!

Через двадцать минут Кэт в сопровождении собак уже скакала верхом на Диане мимо приусадебной фермы, с наслаждением ощущая на коже бодрящий холодок сыроватого предрассветного воздуха. Она пересекла вброд речку Черинг, сильно обмелевшую из-за редких дождей, миновала ферму Брока и, углубившись в небольшую узкую долину, оказалась в старинной роще Фосс. Кэт с детства любила бродить здесь среди могучих раскидистых дубов и вязов, многие из которых сохранились еще со времен королевы Елизаветы. Прислушиваясь к несмолкаемому шелесту их листвы, она думала, что старые деревья ее понимают. Сейчас, в предрассветные часы, рощу наполнял птичий гомон: только что проснувшиеся пернатые ликующими криками встречали новый день.

Свистнув собак, Кэт углубилась в рощу. С каждым шагом на душе ее становилось все легче и легче, словно встречный ветер сдувал с нее заботы одну за другой, даруя долгожданное ощущение покоя и свободы. Наконец собаки взяли след, и Кэт помчалась за ними, не обращая внимания на комки грязи, летевшие из-под копыт Дианы. Перескочив небольшой, с невысокими, но крутыми берегами ручеек, девушка оказалась у самой опушки. За ней расстилался луг, покрытый невысокой сочной травой с яркими вкраплениями полевых цветов и чертополоха, а за лугом начинался буковый лес. Краем глаза Кэт заметила в траве движение. Наверное, кролик! Поспешно соскочив на землю, она вынула из чехла ружье, быстро зарядила его и взглянула на собак. Один из ее псов, Геркулес, вскинул голову, понюхал воздух, потом, подняв переднюю лапу и вытянув хвост, замер в охотничьей стойке, показывая хозяйке, где добыча. Кэт подумала, что хорошо натаскала своих собак, когда они были еще совсем маленькими щенками.

Внезапно кролик, почуяв опасность, выскочил из своего укрытия и метнулся в лес. Кэт прицелилась и метким выстрелом свалила зверька. Вот и ужин для семейства Коутс!

Она с удовлетворением вздохнула. Один из псов принес добычу, и Кэт немедленно перезарядила ружье, не забыв как следует примять шомполом дробь.

Теперь собаки были настороже. Опустив морды, они принялись осторожно прочесывать траву и вскоре подняли второго кролика. Вскоре с луки седла свисало уже с полдюжины трофеев, и Кэт пожалела, что ее сейчас не видит Кит.

Поднявшееся над холмами солнце уже палило вовсю, нагретый воздух стал тяжелым и неподвижным, и по лицу Кэт побежали струйки пота. Добравшись до ручейка, она отпустила лошадь и собак на водопой, а сама поднялась немного выше по течению. Солнце еще не успело до конца высушить липкую грязь, покрывавшую берег после непродолжительного ночного дождя, но Кэт это совершенно не волновало. Бог с ним, с платьем! Присев на корточки, она расстегнула верхнюю пуговку амазонки, намочила в воде платок и обтерла им лицо и шею. Ослепленная блеском воды, она вспомнила, как в детстве они с Китом частенько прибегали сюда играть, строили на ручье запруды, а потом разбивали их, швыряя в воду камни. Давно это было… Но здесь все так же хорошо, как и тогда!

Утолившая жажду Диана вдруг всхрапнула и прянула в сторону, уронив поводья на землю, собаки залаяли, и Кэт вздрогнула от неожиданности. Позади нее затрещали ветки, и знакомый голос произнес с сарказмом:

— Такой красотке, как вы, идет даже грязь!

8

Увидев появившегося из кустов Бакленда, Кэт хотела вскочить на ноги, но поскользнулась и съехала по глинистому берегу вниз, к самой воде.

Бакленд от души расхохотался.

— Хам, невежа, безмозглый осел! Разве можно так пугать человека?! — завопила рассерженная Кэт. Все ее попытки встать на ноги и вылезти на берег ни к чему не приводили. — Вы могли бы хотя бы подать мне руку!

— Узнаю дочь сквайра Дрейкотта! — весело крикнул Бакленд и протянул девушке руку. Кэт крепко ухватилась за нее, поднялась на ноги и наконец вылезла на берег.

— «И вот она явилась миру, само смиренье, кротость и краса…» — начал было Бакленд цитировать поэму лорда Эшвелла.