Вирджиния Хенли - Желанная

— Ммм… кажется, никто сегодня не может мне противиться.

— Ты уже наградила подарком какого-нибудь рыцаря?

— Раздала четыре одинаковых шарфа, — хихикнула Джоан.

— Любой участник турнира, достаточно смелый, чтобы повязать розовый шарф, будет сражен любовью, — рассмеялась Брайенна.

— Но для своего единственного рыцаря я приготовила кое-что другое, — призналась Джоан, поглаживая себя по корсажу.

— И кто же этот единственный? — поинтересовалась Брайенна.

— Я еще не решила, — небрежно бросила Джоан. — А ты отдала Роберту свой сувенир?

— Нет еще, — покачала головой Брайенна, — но он просил, и я обещала.

В поле за ристалищем воздвигались шатры участников турнира. Там хранились оружие, доспехи, одежда, деревянные лохани для мытья, целебные травы и зелья, седла, сбруя, стояли табуреты и топчаны. У каждого участника были собственные оруженосцы и пажи, в чьи обязанности входило помочь рыцарю надеть доспехи, заменить ему сломанные копья, утолить жажду рыцаря, перевязать раны, ободрить и утешить побежденного. Иногда рыцари даже ночевали в шатрах, если в замке не хватало места. Однако этот турнир был сравнительно скромным, поскольку в нем показывали свое умение только участники из ближайших графств. Но, так или иначе, любое событие подобного рода привлекало торговцев, разносчиков, жонглеров, бардов, а также всякого рода мошенников и пройдох, слетавшихся отовсюду, словно мухи на мед.

На прилегавшем к арене лугу торговцы устанавливали лотки и прилавки, на которых раскладывали товары, привезенные из замка и из соседних городов, так что к дню турнира в Виндзоре постепенно воцарилась празднично-ярмарочная атмосфера.

Кони, гобелены, сирийские шелка, персидские ковры, венецианское стекло, домашнее пиво, вино и эль — все выставлялось на продажу.

Брайенну терзали угрызения совести за побег с занятий, но она забыла о них, как только заметила принцессу Изабел с фрейлинами. Девушки с интересом наблюдали за тренирующимся жонглером. Собственно говоря, почти все женское население Виндзора — от судомойки до графини — собралось здесь. Те, кто работал на кухне, знали, что сегодняшний день — единственная возможность немного развлечься, потому что, начиная с завтрашнего, все будут трудиться по шестнадцать часов в сутки, готовя праздничную еду.

Несколько человек воздвигали навес над ложами, где должны были сидеть королева и благородные дамы.

Жонглер верхом на лошади подбрасывал и ловил меч за рукоять.

Сэр Джон Чандос раскинул шатер Эдуарда рядом с шатром Кристиана Хоксблада. Джоан и Брайенна сразу распознали эти шатры: один красный с фиолетовым, увенчанный золотым минаретом[35], другой — из черного шелка с грозным драконом Уэльса на штандарте[36].

Брайенна не поверила глазам, заметив Адель и Глинис, выходивших из шатра Хоксблада. За ними следовали Пэдди и Али. Увидев Брайенну, Адель поспешно, не дожидаясь вопросов, объяснила причину столь необычного поведения:

— Мы с Пэдди земляки — из одного графства в Ирландии.

— Мы только хотели взглянуть на шатер Драккара, — добавила Глинис.

— Драккара? — непонимающе переспросила Брайенна.

Али низко поклонился девушке.

— Драккар — арабское имя лорда Кристиана, миледи.

— Лорда Кристиана? — осведомилась Брайенна, насмешливо подняв брови.

— Собственно говоря, он принц, — оскорбившись, уточнил Пэдди. — Принц Драккар.

— Как романтично! — воскликнула Джоан, делая вид, что верит каждому слову.

Брайенна потащила подругу дальше, чтобы слуги не увидели, как она расхохоталась. Девушки смеялись до слез:

— Эти оруженосцы просто шуты гороховые!

— Особенно Пэдди, — ехидно пробормотала Брайенна. — В жизни не видела такого беспардонного враля!

И девушки снова разразились смехом.

Хоксблад был на ногах с четырех часов утра, обучая корнуольских воинов драться кинжалами. Он хотел, чтобы те умели нападать под покровом темноты, подкрадываться к врагу тихо и незаметно, а для этого нужно было много тренироваться.

Позже он велел оруженосцам раскинуть шатер рядом с шатром принца Эдуарда. Кристиан обещал передать письмо принца Джоан Кент и сказал, что поможет его оруженосцу, сэру Джону Чандосу, выбрать доспехи и копья для турнира, с тем, чтобы у Эдуарда осталось время отправиться в Лондон на поиски подходящего дома. Сегодня Кристиан решил, что уделит час Зубастику и приучит зверька повиноваться его приказам.

Хоксблад набрал на кухне мясных огрызков и, посадив хорька на плечо, направился к ристалищу.

Юный Рэндел Грей издали заметил зверька и, сгорая от любопытства, подбежал к рыцарю.

— Это ручной хорек?

— Полудикий, — ответил Кристиан.

— А можно, я его подержу? — не отставал Рэндел.

— Смотри, он кусается, — предупредил Хоксблад.

— Я не боюсь, — отозвался рыжий дьяволенок. Кристиан с трудом скрыл улыбку.

— Возьми кусочек мяса, протяни ему и подожди, пока он спустится к тебе. Положи мясо на ладонь и не двигайся.

Когда хорек съел мясо и начал тыкаться носом в руку в поисках нового кусочка, Рэндел был вне себя от восторга.

— Можно я заберу его себе? — умоляюще попросил он.

— Нет. Маленький Зубастик — мое секретное оружие.

— А почему ты зовешь его Зубастиком?

— Сейчас увидишь.

Показав на ничего не подозревающего Пэдди, Кристиан скомандовал:

— Взять!

Черноногий хорек молнией метнулся по траве, взобрался по ноге Пэдди и непременно вонзил бы зубы в его мужскую гордость, не помешай кожаный чехол, весьма кстати надетый ирландцем. Однако неожиданное нападение застало Пэдди врасплох, и он растерялся. Глядя на выражение его лица, Рэндел катался по земле, держась за живот от смеха.

Зубастик вернулся к хозяину, и тот почесал его за ухом.

— А у тебя нет никакого зверька?

Рэндел покачал головой, печально глядя куда-то вдаль.

— Отец однажды подарил мне щенка, но мать заставила меня избавиться от него. Я скучаю по нему. Он умер.

Кристиан понял, что мальчик имел в виду не собаку, а отца, и ощутил как свою ту боль, которую пришлось перенести ребенку, лишившемуся любящего отца в таком раннем возрасте.

— Хочешь ухаживать за Зубастиком во время турнира? Мы держим его в шатре, ты сможешь приносить ему еду и воду. Если мне понадобится секретное оружие, я позову тебя.

— Спасибо, сэр Кристиан.

Рэндел улыбнулся так широко, что рот, казалось, растянулся до ушей.

— Кто-нибудь уже говорил тебе, что пора начинать готовиться к обязанностям оруженосца?

Рэндел с несчастным видом потряс копной медных кудрей.