Кристина Додд - Непокорная невеста

— Один верный человек. Он желает мне добра. И вам тоже. — Карие глазки графа впились в ее лицо. — Он думает только о вашем благе.

Это Хью, подумала она. Больше некому, и ее сердце пронзила невыразимая горечь.

— Неужели вы верите всему, что вам говорят?

Тут Феликс наконец разозлился:

— Вы такая циничная! Ни один приличный рыцарь не возьмет вас в жены!

— Каждый раз, когда я высказываю хоть какое-то мнение, вы говорите, что я веду себя не по-женски. — Она сердито топнула ногой. — Зачем мне нужен такой нудный муж?

У него отвисла челюсть.

— Вы… Вот снова вы заговорили почти как мужчина.

— Вы тоже, Феликс. Вы тоже.

Он прищурился, смысл оскорбления дошел до него не сразу, но когда стрела достигла цели, Феликс размахнулся и хотел ударить ее по щеке. Джулиана была наготове и проворно перехватила его руку.

— Ведьма! — заорал он. — Исчадие ада!

В зале стало тихо, все обернулись.

Джулиана, охваченная страхом, гневом, а также чувством своей правоты, крепко держала его за руку. Феликс вскочил:

— Я предложил вам стать моей женой! Я хотел избавить вас от позора! А вы мне отказываете? Отказываете? Ну, я вам покажу! Будете знать, каков граф Монсестус!

Он обхватил ее за талию и хотел поцеловать в губы. Дагна бросилась на помощь своей госпоже, но Джулиана остановила ее:

— Ну уж нет! Я сама с ним разберусь.

— Миленький замок, очень миленький, — сказала Изабелла графиня де Лоше, снимая перчатки и оглядывая крепостные стены своими редкими по красоте изумрудными глазами.

Жоффруа граф де Лоше пожал плечами:

— Думаю, сын, ты достоин большего.

Раймонд сердито приказал конюхам позаботиться о лошадях. Он старался не сболтнуть что-нибудь лишнего — иначе родители сразу же воспользуются малейшей его оплошностью.

— Это как раз то, на что я рассчитывал, отец.

— Сомневаюсь. Довольно жалкий пейзаж. А замок просто доброго слова не стоит. Таким и волчья стая побрезгует.

Лицо старого графа было все еще прекрасно. С годами оно несколько обрюзгло, однако благородная осанка сохранилась.

— А я-то думал, что Генрих относится к тебе по-родственному. Довольно некрасиво с его стороны вешать тебе на шею эту жалкую кучку камней.

— Он прислал меня сюда, чтобы я укрепил границу, — объяснил Раймонд.

— Да-да, мы знаем. Вот и решили нанести тебе визит, — сказала мать Раймонда, изящно приложив руку ко лбу. — Скажи мне, малыш, разве ты в ссоре с Генрихом? Сам понимаешь, этот союз не сулит нашему роду никаких выгод.

— Нет, матушка, — вежливо улыбнулся Раймонд. — Мы с Генрихом не в ссоре. Он дал мне то, о чем я просил: свою землю и собственный доход.

Родители исподтишка переглянулись, очевидно, действуя по заранее намеченному плану.

На сей раз инициативу взяла Изабелла:

— Но какой ценой? Да и что за спешка? Мы охотно передали бы тебе доходы от графства Авраше. Только сначала ты должен повзрослеть.

— И в каком же возрасте, матушка, я стану взрослым?

Она всплеснула тонкими белыми руками:

— Этот брак — просто катастрофа. Ну и невеста! Полнейшее ничтожество! Даже ко двору не представлена.

Раймонд заметил, что на его вопрос Изабелла не ответила.

— Она не ничтожество, матушка. Ее зовут Джулиана.

Сам звук этого имени улучшил его настроение, и злые чары рассеялись.

— Джулиана? — чуть приподнял бровь Жоффруа. — Она хоть хороша собой?

Раймонд глубоко вздохнул. Он знал по опыту, что гневаться бессмысленно. Его родители никогда не выходили из себя, сохраняя полнейшее хладнокровие. Стоило ему вспылить — и все, битва проиграна. Однако он не собирался выслушивать гадости про Джулиану.

— Вряд ли вам приходилось встречаться с подобными женщинами, — столь же холодно улыбнулся он и взглянул на мать. — Видите ли, Джулиана — настоящая леди.

Родители снова переглянулись. Жоффруа дружелюбно хлопнул сына по спине, а Изабелла клюнула, его в щеку накрашенными губами.

— Скажи, малыш, понравится ли мне моя невестка?

— Не знаю, матушка. Но свекровь ей наверняка не понравится, — ответил Раймонд, высвобождаясь…

Изабелла была несколько удивлена его хладнокровием, но Раймонд знал, что расслабляться нельзя. Нужно поскорее предупредить Джулиану, которая понятия не имеет, что за опасные существа ее свекор и свекровь.

— Подожди-ка, сын!

Раймонд взглянул на отца:

— Да?

— Мы приготовили тебе маленький подарок.

Должно быть, хотят подкупить, подумал он.

— В самом деле?

Жоффруа, страдальчески поморщившись, сунул ему тяжелый кошелек.

— Вот, купи себе приличную одежду. Не можешь же ты предстать перед королем в таком виде.

Раймонд кинул взгляд на свой наряд, комически развел руками и озорно спросил:

— Что, роняю честь семьи?

Жоффруа не обратил внимания на иронию.

— Да, королю это не понравилось бы. А в кошельке, между прочим, золото. — Он с грустью посмотрел на подарок. — Купи то, что тебе необходимо.

Раймонд взвесил кошелек на руке.

— Золото? — повторил он.

Как будто золотом можно стереть память о былых обидах и притеснениях.

— Я куплю Джулиане свадебный подарок, — заявил он и, не обращая внимания на возмущенные возгласы родителей, стал подниматься по приставной лестнице в рыцарский зал.

— Приставная лестница, — фыркнул Жоффруа. — Это просто нелепо.

Раймонд поднялся наверх и крепко держал лестницу, пока по ней карабкались родители. Наверху, на открытой площадке, не огороженной перилами, Раймонд внезапно угрожающе преградил им путь:

— И учтите: если обидите Джулиану — я в два счета выставлю вас за дверь.

Жоффруа поджал губы:

— Послушай, мальчик…

— Я уже не мальчик. — Раймонд смотрел отцу в лицо, которое было так похоже на его собственное. — Конечно, я не так коварен и хитер, как вы, но у меня были отличные учителя. Я сделаю то, что говорю.

Жоффруа хотел было возразить, но тут в разговор вступила Изабелла:

— Боже мой, Раймонд, разве можно!

Она грустно покачала головой, а ее супруг, уже взявший себя в руки, сказал ей:

— Наш сын прав, дорогая. Мы были плохими родителями, и нам остается лишь приветствовать ту леди, которую Раймонд избрал себе в жены.

Из этих слов Раймонд сделал вывод, что родители решили перейти от прямолинейной атаки к подрывным действиям. Будут вынюхивать, выслеживать, пакостить втихую. Ну и пусть. Он позаботится о том, чтобы с Джулианой ничего плохого не случилось, постарается все время держаться с ней рядом, а во время его отсутствия за ней присмотрят его милые ведьмы. С ледяной улыбкой Раймонд распахнул двери в зал и повел родителей по темному коридору.

— Джулиана — женщина тихая и нежная, — сказал он. — Голос ее мелодичен, улыбка светла и безмятежна.