Шеннон Дрейк - Приди, рассвет

– Неприятностей не будет, Энни. Потому что мы будем очень осторожны и никому не расскажем, что случилось. Доверься мне.

– То же самое говорил и Даро, – пробормотала Энн.

– Даро сердит на Меллиору и влюблен в тебя, – с легкой улыбкой заметил Уорик.

Энн несколько мгновений смотрела на Уорика, затем сказала:

– Она просто не знает, что ей предлагают. Но вы должны знать, что Меллиора верна и у нее есть мужество, которого нет у меня. Она просто борется за то, во что верит...

– За собственную свободу и своего любовника, – без обиняков сказал Уорик. – Этого быть не должно. Ладно, иди, у меня много дел.

– Я буду у Энн, – сказала Джиллиан. Уорик кивнул, и женщины вышли.

– Я, пожалуй, тоже пойду? – спросил Ангус.

– Да, проводи их до комнаты Энн. Я пошлю гонца к Даро и коротко переговорю с королем...

– Ты солгал женщинам? Ты намерен рассказать королю обо всем, что случилось? – спросил Ангус, ошарашенный тем, что Уорик собирается нарушить слово.

Уорик покачал головой и грустно улыбнулся:

– Я никогда не даю слова с намерением его нарушить. Королю я не упомяну о случившемся. Сейчас у Энн и Даро нет большего друга, чем я.

Меллиора первой обнаружила, что Энн не следует за ними. Она повернула было назад, но Даро остановил ее:

– Нет! Мы почти у лагеря. Я вышлю за ней людей.

– Если Энни схватили, мы должны отнять ее у них!

– Если мы поедем назад, то можем наткнуться на засаду, – возразил Даро. – Тогда будет потеряно абсолютно все. Едем вперед.

– Даро, мы не можем ее оставить...

– Меллиора, нам надо продолжать путь... Мы едем в лагерь.

Она знала, насколько Даро расстроен, однако тот не выдавал своих чувств.

Меллиорой овладело чувство вины. Она виновата! Она сделала из Даро и Энн мятежников.

Когда Даро подъехал к лагерю и окликнул стражу, два человека – Рагнар и Тайн – выехали поприветствовать его и помогли спешиться. Даро по-норвежски отдал людям лаконичные приказы ехать со всеми предосторожностями по дороге к крепости Стерлинг, затем положил руку на плечи Меллиоры и, проведя ее мимо строений из дерева и звериных шкур, в которых жили его люди, привел в дом, сооруженный специально для него. Викинги были мастера строить временное жилье. Они научились этому за многие столетия, в течение которых совершали набеги на заморские берега.

В доме, помимо основного помещения, была небольшая комната, в которую Даро поместил Меллиору. Женщина-служанка принесла медный таз, чтобы она могла умыться. В комнате находилось украшенное красивой кельтской резьбой корыто, стояла кровать, покрытая меховыми шкурами. Женщина разожгла огонь в очаге. Интересно, Даро предназначал эту комнату только себе или же предполагал, что женится на Энн и приведет ее сюда? Меллиоре хотелось прилечь на груду меховых шкур, но она понимала, что вряд ли сейчас сможет уснуть. Ее очень беспокоила судьба подруги. Умывшись и приведя себя в порядок, Меллиора отправилась к Даро. Он сидел перед пылающим очагом в большой комнате, погруженный в свои мысли. В руках у него был кубок.

– Твои люди вернулись?

– Да.

– Что случилось с Энни?

– Ее нигде не нашли.

– Не было никакой засады? Никто никого не разыскивал?

– Никто. Как говорит Рагнар, следы показывают, что одинокий всадник подъехал и захватил ее. Потом на пути в Стерлинг его встретил еще один всадник.

Меллиора почувствовала спазм в горле.

– Наше бегство заметили сразу же, едва мы выехали... И твои люди не встретили войска? К ним никто не обращался? Даро, если король узнает, что ты помог мне бежать...

Даро взглянул на нее.

– Тогда королевские войска должны двинуться сюда.

Меллиора подошла к Даро и опустилась перед ним на колени.

– Даро, я страшно сожалею обо всем. Я была не права, мне не следовало обращаться к тебе за помощью...

Он устремил на племянницу ясные голубые глаза, покачал головой и улыбнулся.

– Мы безрассудны оба – ты и я. Не ты втянула меня в это – я сам втянулся. Не могу понять, почему еще не началось сражение. Я послал своих людей наблюдать за всеми подходами. Никто не едет.

– Тогда где сейчас Энни?

Даро тихонько вздохнул.

– Мне кажется, одинокий всадник – это Уорик. Он и захватил ее. Хотя, должно быть, хотел захватить тебя. Думаю, Энни благополучно вернулась в Стерлинг... А почему Давид не жаждет моей крови, этого я не знаю.

– Я должна вернуться в Стерлинг, Даро. Сказать королю, что в случившемся виновата я одна...

– Нет. Это ничего не решит. Мои люди наблюдают за дорогами и мостом. Мне доложат, если в крепости начнется какое-то оживление. А теперь мы должны отдохнуть, иначе не сможем рассуждать разумно. Прошу тебя, Меллиора, иди и поспи.

– Я боюсь, – тихо проговорила Меллиора. – Боюсь так, как никогда раньше не боялась. Не понимаю, что же происходит, почему на нас не идут войска.

– Будем ждать, – сказал Даро. – Это единственное, что нам остается.

– Хорошо. – Она направилась было в свою комнату, собираясь прилечь, но затем снова обернулась к дяде. – Я не хочу рисковать твоей жизнью, Даро. Я втянула тебя в эту историю и, если придется платить, заплачу сама. Я не собиралась бросать вызов королю, мне лишь хотелось, чтобы он выслушал меня.

– Это из-за молодого главы клана Эвана?

Меллиора колебалась лишь секунду.

– Да. Он из этой страны, Даро. Он шотландец и горячо предан королю. Если бы Давид выслушал меня...

– Он не станет слушать тебя. Твой Эван может быть хорош во всем другом, но он не из числа обученных рыцарей. И у него не хватит сил противостоять врагам короля. Он не выстоял бы против меня, вздумай я захватить остров.

– Ты недооцениваешь меня, а также его...

– Прости, Меллиора, и пойми. Парень он храбрый и умный, у него много достоинств. Но не стоит отчаиваться. Кроме того, я слышал, что лэрд Уорик был намерен жениться на ком-то другом. Вероятно, ваш брак ему не больше по душе, чем тебе. У него в течение многих лет есть любовница – женщина, которую он очень ценит. У нее нет земель, как у тебя, но она из хорошей семьи. Может, что-нибудь удастся сделать... Знаешь, я устал, мне нужно отдохнуть. Пожалуйста, иди поспи. Пока мы не получим каких-либо вестей из Стерлинга, сделать ничего нельзя.

Меллиора кивнула и отправилась в свою комнату. Служанка, которая помогала ей раньше – полная, средних лет женщина по имени Инга, – принесла ей стакан вина.

– Это поможет вам уснуть, – пояснила она.

Меллиора легла, терзаясь тревожными мыслями. До этого она твердо верила в свои силы и волю, как и в силы и волю Даро. Ее дядя был сильным и гордым человеком, и она верила, что он готов умереть за нее.

Однако ее решимость – это одно дело. Она не имеет права убивать других. Да, король мог быть добрым и милосердным, но она знала и то, что он мог быть беспощадным.