Сабрина Джеффрис - Опасный лорд

Странно. Герцог Веллингтон хвалит Йена за храбрость, а родной дядя называет трусом. Если бы ей предложили пари, кто из них лжет, она поставила бы на мистера Леннарда.

— Должно быть, ваша жена страдала из-за того, что ее обидчик остался безнаказанным.

Он опустил глаза.

— Терзаемая стыдом, она забрала детей и ушла из дому.

— Очень изобретательно, Эдгар, — раздался женский голос. —А как убедительно изложено! В искусстве рассказывать сказки ты можешь соперничать даже со мной.

Фелисити обернулась, Леннард вскочил. В дверях, стояла леди Брумли собственной персоной. Фелисити весь вечер избегала ее, зная, что маркиза станет расспрашивать о бале у Уортингов, но сейчас несказанно обрадовалась ее появлению.

Чего не скажешь о мистере Леннарде.

— Не твое дело, Маргарет. У нас с мисс Тейлор приватная беседа.

— Да, но в моем доме. — Леди Брумли вошла в комнату. На голове у нее красовался атласный тюрбан с вышитыми на нем якорями. С тюрбана свисала брошь в виде корабля. При ходьбе она раскачивалась, и казалось, будто корабль плывет по морю. — Я тебя не приглашала на бал, Эдгар. Представь себе мое удивление, когда я увидела, как ты бросился вслед за мисс Тейлор, выходящей из зала. Жаль, толпа помешала мне раньше тебя настигнуть.

Глаза маркизы излучали такую злобу, что Фелисити поежилась. Достопочтенный Эдгар Леннард в свое время имел глупость нажить в лице маркизы врага.

Он скрестил руки на груди.

— Я слышал, ты распускаешь слухи о моем племяннике, якобы он сделал предложение мисс Тейлор. Когда я узнал, что он и мисс Тейлор будут здесь, то решил выяснить, правда ли это.

— И к какому выводу пришел? — с каменным лицом спросила леди Брумли.

— Судя по ревности к лорду Мейсфилду и по тому, что он полвечера не отрывал глаз от мисс Тейлор, ты права.

— И ты решил напакостить ему? Очернить в глазах девушки, оболгать?

— Я рассказал правду, — запротестовал он.

В дверях появились два лакея. Не оборачиваясь, леди Брумли ткнула пальцем в мистера Леннарда.

— Вышвырните его вон!.. — Когда лакеи вошли, пламя свечей заколыхалось, придав улыбке леди Брумли зловещий вид. — Кое-чему я научилась у тебя двадцать пять лет назад, Эдгар, а именно — не пускать в свой дом подонков. Так что убирайся!

— Тебя не просили вмешиваться, — заявил мистер Леннард, когда лакеи подхватили его под руки.

— Нет, но мое вмешательство тебя злит, а ради этого я и живу, как ты знаешь.

Лакеи повели его к двери.

— Не верьте ни единому слову этой гарпии. Все, что я рассказал о моем племяннике, правда.

— Вышвырните его! — крикнула леди Брумли, и Леннарда утащили.

Фелисити не знала, что и думать. Она не верила тому, что ей наплел мистер Леннард, однако удивило, что леди Брумли не дала ему договорить.

Леди Брумли закрыла дверь и подошла к столику, на котором стояли графин и стаканы. Дрожащими руками она налила себе изрядную порцию вина и залпом осушила бокал.

— Хотите портвейна? — спросила она.

— Нет.

Леди Брумли смотрела на нее, держа стакан обеими руками.

— Вы не поверили в тот вздор, которым вас пичкал Эдгар?

— Я не знаю, чему верить.

— Он просто старался отговорить вас выходить замуж за лорда Сен-Клера.

Фелисити вздохнула.

— Лорд Сен-Клер не собирается на мне жениться. Может, вы не заметили, но сегодня он танцевал с десятком дам и ни разу не подошел ко мне.

Леди Брумли хохотнула.

— Пусть меня повесят, если это не так, но в вас говорит ревность. Я не заметила, чтобы Сен-Клер страстно целовал этих дам на балконе, моя дорогая мисс Тейлор. Или приставал к ним, как к вам, по вашему же утверждению.

Фелисити с трудом сдержала стон. Ее хитрость обратилась против нее же.

— Он не… То, что было у Уортингов, просто флирт. Мы оба о нем уже забыли.

— Понятно. — Леди Брумли поставила стакан, подошла к двери и открыла ее. — Что ж, если вы решили не выходить замуж за лорда Сен-Клера, вам ни к чему знать мое мнение о том, что вам наговорил Эдгар. Так что можем возвращаться в зал.

Она выжидательно застыла в дверях. Ну просто Макиавелли в юбке! Если Фелисити признается, что хочет узнать больше, то подтвердит, что Йен ее интересует. Не признается — потеряет шанс узнать. Гнусные обвинения мистера Леннарда не давали Фелисити покоя. Необходимо выяснить, есть ли в них хоть доля правды! Леди Брумли знает это лучше кого бы то ни было.

Фелисити вздохнула.

— Я не сказала, что не интересуюсь вашим мнением. Я остаюсь другом Йена, я хотела сказать, лорда Сен-Клера. Конечно, меня интересуют слухи, которые могут повредить его репутации.

Маркиза закрыла дверь и предложила Фелисити сесть.

— Я расскажу вам все, что знаю, мисс Тейлор. Стараясь ничем не выдать свое волнение, Фелисити примостилась на краешке кушетки.

Леди Брумли глотнула еще вина и опустилась в пухлое кресло у камина.

— Полагаю, Эдгар рассказал вам ту же глупую сказку, что и двум другим девушкам, за которыми ухаживал Сен-Клер. Якобы виконт изнасиловал Синтию, та со стыда покончила с собой, а Сен-Клер сбежал на континент.

— Еще мистер Леннард сказал, что правда известна женщине, о которой написано в газете, поэтому виконт взял ее под свое покровительство, а потом лишил девственности.

Леди Брумли отмахнулась.

— Вздор. Если кто и погубил ее, так это Эдгар. Речь идет о Пенелопе Гринуэй. Эдгар нанял ее гувернанткой для своих детей, а после смерти жены сделал своей любовницей. А когда узнал, что она забеременела, он ее выгнал.

— Откуда вы знаете?

— Скажем так — мое дело знать все об Эдгаре и его делишках. Это легко, потому что он так мало платит слугам, что они не прочь получить гинею за то, что сообщают мне информацию. — Леди Брумли с горечью рассмеялась. — Во всяком случае, когда Эдгар выгнал мисс Гринуэй, я ей помогла только для того, чтобы позлить его, но лорд Сен-Клер сделал лучше. Он презирал своего дядю не меньше меня и увидел возможность получить преимущество, помогая женщине, которая могла дискредитировать дядю. К тому же у него доброе сердце, а ее ребенок, хоть и незаконнорожденный, приходится ему родственником.

— Думаете, это единственная причина, по которой он ей помогает?

— Конечно. Что бы там ни говорили Эдгар и всякие газетчики, — она многозначительно посмотрела на Фелисити, — мисс Гринуэй не любовница Сен-Клера. Но почему же Йен ей этого не рассказал?

— Раньше она была любовницей мистера Леннарда, а теперь стала любовницей лорда Сен-Клера, — возразила Фелисити. — Это вполне объяснимо. Таким образом лорд Сен-Клер отомстил дяде, которого ненавидит.

— Брать дядины объедки? Гордость ему не позволит. «Резонно», — с облегчением подумала Фелисити.