Пушистая Сырная Мышь - Причуды судьбы

— Наверное, пока нет, — Монтеррей не отрываясь смотрел на меня. — К картам.

Неторопливо убрав колоду в мешочек, я подняла на него взгляд.

— Тогда что вас интересует? — негромко спросила я, золотистая глубина его глаз медленно затягивала, заставляя сердце биться чаще.

— Меня интересует, смогу ли я поцеловать тебя, Катерина, — просто ответил Монтеррей.

Меня ничуть не удивили его слова. Не отрывая от него взгляда, я встала и сняла тонкую шаль с плеч.

— Закройте глаза, милорд, — тихо попросила я.

Монтеррей удивлённо поднял брови, но послушно выполнил просьбу. Словно со стороны Лорелин Карстон наблюдала, как Катерина аккуратно сложила шаль в несколько раз, сделав из неё повязку, и завязала ему глаза.

— Будьте честным и не подглядывайте, — шепнула я, наклонившись к самому уху Монтеррея. — Теперь встаньте.

Он медленно поднялся. Я несколько мгновений собиралась с духом, потом чуть дрожащими пальцами отцепила вуаль. Было странно стоять перед графом с открытым лицом, и при этом по-прежнему оставаться Катериной. Приблизившись, я положила ладони ему на плечи, и прижалась к губам Монтеррея. Впервые в жизни я сама целовала мужчину. Видимо, он не ожидал от меня подобного, и первые несколько мгновений стоял неподвижно. Затем сильные руки крепко обняли и прижали меня к груди, а поцелуй стал жарче, чувственнее. Тело охватила знакомая слабость, реальность куда-то отступила, и в какой-то момент показалось, что не существует ничего вокруг, только мы. Ладони Монтеррея скользнули вдоль спины, а губы оказались уже на шее. У меня вырвался вздох, голова опасно закружилась — мелькнула мысль, что надо отойти, бог знает, как далеко всё могло зайти… Я мягко, но настойчиво выбралась из его объятий — с некоторым сожалением, надо признать, — и, отвернувшись, поспешно приблизилась к окну, прикрепив вуаль обратно. Кровь стучала в ушах, я никак не могла отдышаться. Когда плеча коснулась ладонь Монтеррея, я вздрогнула от неожиданности.

— Спасибо, Зеленоглазая, — раздался тихий голос у самого уха.

На какое-то краткое мгновение захотелось повернуться, снять вуаль и всё рассказать: про карты, про Учителя, про маму… Перед глазами мелькнула Падающая Башня, и я сдержалась. Я не могу управлять событиями в моей жизни, и не мне решать, что и кому рассказывать.

— Я хочу побыть одна, милорд, — так же тихо попросила я.

— Как скажешь, милая, — к моему удивлению, легко согласился он. — До встречи, Катерина.

Дождавшись, пока за графом закроется дверь, я прошлась по комнате, приводя мысли в порядок. Надо ехать домой, до визита Элис оставалось не так много времени, но я не торопилась снять вуаль. Ведь у Катерины гораздо меньше трудностей, чем у Лорелин Карстон, и можно позволить себе не думать о проблемах и способах их решения. Снова вспомнился недавний поцелуй с Монтерреем, и собственная смелость — всё-таки что-то меняется во мне, когда я приезжаю сюда, на Грейсчёрч. И в последнее время это начинало нравиться… Раздался громкий стук в дверь, и я вздрогнула от неожиданности, очнувшись от размышлений.

— Мисс Катерина? — в комнату, не дожидаясь позволения, вошёл какой-то незнакомый мужчина.

Я нахмурилась.

— Сударь, на сегодня у меня приём окончен. Оставьте карточку на подносе, и я назначу вам время.

— Меня вы примете, мисс, — мужчина усмехнулся и бесцеремонно уселся на стул. — Я работаю в полиции, моё имя Адам Сэйли. И я очень рассчитываю на ваше сотрудничество.

Пожав плечами, я ответила:

— Не думаю, что смогу помочь, мистер Сэйли. Тем более вряд ли мои карты дадут вам нужные сведения.

— Не спешите с отказом, мисс Катерина, — ответил этот странный человек вкрадчивым голосом, и меня вдруг охватило чувство тревоги. — Мне кое-что известно про вас. В частности, куда вы каждый раз возвращаетесь, уходя отсюда, с Грейсчёрч.

Он достал сложенный вчетверо листок бумаги, и положил на стол. От его слов я похолодела, сразу вспомнилось ощущение чужого взгляда и предупреждение карт. Не о Блэкхоуке говорила выпавшая семёрка мечей, совсем не о нём. Об этом человеке, Адаме Сэйли. Развернув листок, я уставилась на адрес моего дома, написанный крупным чётким почерком.

— Признаю, вы были осторожны, — продолжил посетитель. — Я несколько раз чуть не терял вас. Но мне нужен ваш дар, и вы будете работать на меня.

— На Таро не написаны имена преступников, и тем более преступления! — я предприняла последнюю попытку отвязаться от сыщика.

— О, зато ваши карты могут отвечать на вопросы, — невозмутимо ответил Сэйли. — Мисс Катерина, вам не удастся отказаться. Или может, мне называть вас другим именем? — я поспешно покачала головой, ощущая беспомощность и злость. — Я умею задавать вопросы, а вы и ваши карты просто будете давать ответы, об остальном я позабочусь сам.

Вот так. Сыщик был твёрдо намерен использовать мой дар в своих интересах, ничуть не заботясь, а хочу ли я этого.

— В таком случае, мистер Сэйли, придётся платить, — резким голосом ответила я. — Как делают все.

— Посмотрим, — небрежно отмахнулся он. — Если ваши сведения, мисс, окажутся полезными.

Оп. Тип с Боу-стрит совершил, сам того не зная, серьёзный промах. За работу надо платить, а уж за гадание тем более. Таро уважают честные отношения, за информацию, которую они дают, требуется вознаграждение. В противном случае, с тем, кто решил обхитрить карты, будут случаться всякие неприятные вещи.

— Сударь, это неправильный подход, — я покачала головой. — Бесплатно ничего не бывает.

— Ну, взамен я сохраню вашу тайну, — мистер Сэйли усмехнулся. — Чем не плата? И потом, мисс, не думаю, что вы сильно нуждаетесь в деньгах. Ладно, мне пора, дела не ждут, — он встал. — Я зайду завтра, около двух дня.

— Мистер сыщик, я вам не рабыня, чтобы покорно являться по первому вашему желанию! — нахмурившись, я скрестила руки на груди. — У меня может не оказаться возможности!

— Ну, думаю, вы всё-таки найдёте таковую, и мы встретимся здесь в это время, — сыщик пожал плечами. — Потому что в ином случае весь Лондон узнает настоящее имя Катерины. Всего хорошего, мисс. До завтра.

Он вышел, а я от души выругалась, в душе клокотала злость: вот уж не думала, что когда-нибудь окажусь в подобной ситуации! И снова, снова меня оставили без выбора. И хотя в первые минуты встречи не покидала тревога, сейчас она исчезла. Адам Сэйли, хоть и хорошо подготовился, всё-таки не учёл, что у игры могут быть свои правила, отличные от его, и их придётся соблюдать. Что-то подсказывало, недолго продлится наше сотрудничество. Посему, следовало взять себя в руки и ехать домой. Конечно, никому кроме Элис я не смогу рассказать об этом дне, насыщенном волнующими встречами, но хорошо хоть, не придётся держать всё в себе. Подруга болтать не станет, а поддержка от неё мне потребуется.