Стефани Блэйк - Греховные поцелуи

– Мне, право, сейчас пора. Я и не представлял, что уже так поздно.

Тара проводила его до двери и в темном вестибюле, встав на цыпочки, нежно поцеловала его в губы.

С испуганным выражением лица Дон отпрянул назад, что-то пробормотав, и выбежал на улицу.

С досадой и недоумением смотрела она, как Девайн спешит по выложенной гравием тропинке к круговой подъездной аллее, где его ждал экипаж. По своей натуре Дон был очень осторожным, чересчур застенчивым и деликатным человеком. «Он просто вынужден был вести себя сдержанно по отношению ко мне как к наследнице огромной империи Де Бирсов. К тому же я его работодатель, – успокаивала себя Тара. – Ну что ж, в Сан-Франциско, вдали от той власти и влияния, которые моя семья имеет в Колорадо, его нерешительность исчезнет».

– Я могу играть роль цепляющейся виноградной лозы так же, как любая женщина, Дон Девайн, – сказала Тара и улыбнулась.

Они покинули Денвер десятого апреля, чтобы попасть в Огден в штате Юта – конечную станцию на железнодорожном маршруте из Нью-Йорка в Калифорнию. В роскошном спальном вагоне поезда их примыкающие друг к другу купе соединялись между собой дверью.

Девайн демонстративно закрыл эту дверь на ключ и отдал его Таре. Она не могла сдержать смех.

– Дон, я женщина, умудренная опытом, а не тепличная девственница. Я знаю, что вы настоящий джентльмен, и поэтому настаиваю, чтобы вы отперли дверь. Уверена, вы никогда не откроете ее без моего приглашения. А сейчас, извините меня, я хочу переодеться и умыться.

Не проронив ни слова, Девайн пошел к себе в купе и плотно прикрыл дверь за собой.

Тара обтерлась губкой у раковины, затем припудрила и надушила тело, надела кружевной лифчик и в тон к нему трусики ярко-розового цвета. Она внимательно осмотрела свое отражение во весь рост в зеркале, висевшем на двери в ванной, и улыбнулась. Вероятно, Дон упадет в обморок, если увидит, что она так одета! Тара выбрала повседневное платье из крепдешина зеленого цвета и натянула его через голову.

Пройдя щеткой по волосам и слегка прикоснувшись помадой к губам, Тара была готова к встрече с Дональдом. Она постучала в дверь, соединяющую их купе.

– Дональд, вы готовы?

Он переоделся, полотняные брюки и трикотажная вязаная рубашка придавали ему довольно фривольный вид.

– Не позавтракать ли нам? – спросила Тара.

– Разумеется, но тогда лучше мне, пожалуй, надеть рубашку и галстук, – ответил Дональд.

– Вздор! Мы теперь за границей и можем обойтись без обычных условностей. Лично я чувствую себя совершенно без комплексов.

Он закашлялся и попятился.

Тара стояла, широко расставив ноги, положив руки на бедра и остановив на нем неодобрительный взгляд.

– Дональд Девайн, что это с вами? Вы боитесь меня? Или дело во мне? – удивленно спросила Тара.

– Конечно, нет! – возразил Дональд. – Почему вы так думаете? – в свою очередь, удивился он.

– Не важно, пойдемте в вагон-ресторан, – ответила Тара.

Дональд пошел на компромисс, надев поверх рубашки куртку.

Завтрак был легким и вкусным: холодная отварная семга с голландским соусом, салат, а на десерт – рисовый пудинг. Они приятно побеседовали, любуясь меняющимся за окном пейзажем. Выпив по второй чашке чая, они вернулись в свои купе и оставшуюся часть дня провели, читая и разговаривая через оставленную открытой между их купе дверь.

Около четырех часов Тара зевнула и положила книгу.

– Думаю, я вздремну.

– Хорошо, – отозвался он. – Я закрою дверь.

– В этом нет необходимости. Вы меня не беспокоите. Увидимся за ужином, – сказала Тара.

Она проснулась, когда лучи заходящего солнца осветили ее лицо. Сквозь полуоткрытые веки Тара увидела, что Дональд, стоя в дверях, смотрит на нее, и улыбнулась.

– На что вы смотрите?

– Виноват, простите меня. – Дональд был очень взволнован. – Просто... это... это... – Он умолк.

– Пожалуйста, скажите мне, – настаивала Тара, приподнявшись и пристально глядя на него.

Лицо Дональда было красным от смущения.

– Я любовался вами так же, как я любуюсь этим прекрасным сельским пейзажем. Вы редкая красавица... – взволнованно сказал Дональд.

– Какие прелестные слова! – воскликнула Тара, но увидев, что он отправился в свое купе, попросила: – Нет-нет, не уходите! Останьтесь, поговорите со мной.

– В самом деле, пора одеться к ужину. – Дон искусно отклонил ее предложение. – Мне кажется, что вечером в вагоне-ресторане будет более официальная атмосфера, чем за ленчем.

– Думаю, да, – согласилась Тара.

– Увидимся, когда вы будете готовы. – И он закрыл за собой дверь.

Тара выбрала платье бледно-персикового цвета, украшенное кружевными оборками.

– Вы великолепно выглядите, – сказал Дональд по пути в вагон-ресторан; на нем был парадный костюм с белой накрахмаленной рубашкой и черным галстуком.

– Благодарю, Дон. Вы также выглядите очень красивым.

– Благодарю вас. – Дональд взял руку Тары и, низко склонившись, коснулся губами ее шелковистой кожи.

С каждым часом их путешествия Дональд казался ей не таким сдержанным и менее церемонным.

Они заказали разрекламированную телятину в винном соусе с гарниром из трюфелей, а на десерт любимое блюдо американцев – яблочный пирог в густом соусе.

– Я, наверное, лопну, – пожаловалась Тара.

– Мне тоже не следовало есть второй кусок пирога, – присоединился к ее мнению Девайн.

Они вернулись в купе, и Тара предложила:

– Давайте переоденемся во что-нибудь более удобное и поиграем в карты!

– С удовольствием. Какую игру вы предпочитаете? Покер? Безик?

Она подмигнула:

– Сдающий выбирает. Должна предупредить вас, что, когда я играю в карты, я бываю безжалостной – настоящая хищная тигрица.

Девайн рассмеялся.

– Я попытаю счастья.

Пока они переодевались, дверь, соединявшая их купе, была закрыта. Тара надела пеньюар из серебристо-голубого бархата, рукава и подол которого были окаймлены кружевом. Стоя перед зеркалом, она вынула из волос два серебряных гребня, которые удерживали французский узел на затылке, и ее волосы, подобно темному мерцающему водопаду, рассыпались по спине. Тара расчесала их, а затем перевязала голубой атласной лентой.

Когда Девайн осторожно постучал в дверь, она сидела на диване, лицом к нему, в непринужденной, расслабленной позе.

– Входите, Дон.

Девайн снял пиджак и рубашку. Поверх брюк был надет длинный, до щиколоток халат.

– Ну разве мы не выглядим по-домашнему – как настоящая супружеская пара, готовящаяся отойти ко сну? – заметила Тара.

Девайн смущенно рассмеялся:

– Вряд ли. Вы, миссис Пайк, не совсем подходите на роль средней американской домохозяйки.