Джулия Эллис - Эдем

Остаток дня Викки в трансе бродила вокруг дома. Моник, узнав о поездке в Новый Орлеан, немного повеселела.

За ужином Майкл сообщил, что, если не будет дождя, завтра берёт Викки с собой в Новый Орлеан.

— Чего это вдруг? — спросила Эва. — В это время года все бегут прочь из города.

— Жара немного спала, — ответил Майкл. — Я хочу купить для Викки швейную машинку, и она сможет занять часть свободного времени пошивом одежды для младенцев в кварталах, как это делает Бетси.

— В этом нет необходимости, — с досадой сказала Сара. — Я дважды в год даю матерям много ситца и полушерстяной ткани. У них в воскресенье после службы в церкви есть время, чтобы пошить всё необходимое.

— Мама, — укоризненно сказал Майкл. — Викки хочет получить удовольствие от пошива одежды, и я уверен, что эта затея будет охотно принята. — Он всегда занимал оборонительную позицию в споре с матерью. Почему он чувствует себя виноватым, если не согласен с ней?

— Я всё ещё не сделал Викки свадебного подарка, — добавил Майкл. — Подождём. Пусть сама скажет, что ей хочется. — Он пренебрёг ею, но этот шаг должен заставить мать и отца поверить, что у них настоящий брак.

— Мне хотелось бы швейную машинку, — горячо сказала Викки и опустила глаза, чтоб Майкл догадался о глубине её чувств к нему.

— Они должны прислать мастера показать, как на ней работать, — предупредил Барт. — Это, чёрт возьми, чертовски сложная техника. По крайней мере те, о которых я слышал. Но Вы довольно смышлёная, Викки. — На мгновение его взгляд злобно метнулся на Сару. — Вы быстро разберётесь.

Утром Викки проснулась рано, опасаясь, что что-нибудь помешает поездке. Когда Моник откинула драпировки, солнечный свет залил комнату. Восхитительная прохлада вытеснила изнуряющую жару, стоявшую в начале недели.

Завтракая, Викки говорила о предстоящем дне, полном приключений. Она понимала, Моник никогда не покидала Эдем, и надеялась, что поездка развеселит девушку.

Майкл ждал в галерее. За экипажем послали Колина. Через несколько минут Викки сидела внутри рядом с Майклом, а Моник с Колином — на козлах.

На реке два парохода устроили гонки. Викки наблюдала за ними, пока Колин не свернул в сторону от реки. Теперь они недалеко от города. Волнение бьёт ключом. Позволит ли Майкл ей и Моник одним побродить по городу? Позади остались жилые дома, и они въехали в шумную деловую часть города. Копыта лошадей громко стучат по булыжной мостовой.

— Чуть дальше, справа мой офис, — с оттенком гордости сказал Майкл. — Дальше, по этой же стороне, магазин мистера Вассермана.

Перед скромным зданием с занавешенными окнами Колин остановил лошадей. Вывеска на фасаде гласила: МАЙКЛ ИДЕН, АДВОКАТ. Это офис Майкла.

Колин помог Моник сойти вниз, а затем открыл дверь для Майкла и Викки.

— Оставайся с юной мисси, Моник, — приказал Майкл, и, заколебавшись, обернулся к Викки. — Не хочешь посмотреть мой офис прежде, чем пойдёшь в магазин мистера Вассермана?

— С удовольствием, — она сияла и, разумеется, хотела взглянуть на офис мужа.

Майкл провёл Викки к себе в офис. Следом, смущаясь, шла Моник. Он представил обеих девушек очень юному приказчику в очках. Парня зовут Дэвид. Здесь работает Майкл. Взгляд Викки падал на всё, что она в состоянии впитать в себя. Сидя в галерее, когда Майкл был в Новом Орлеане, она представляла его здесь, за таким же письменным столом и рядом Дэвида.

— Пойдём к мистеру Вассерману. Там я тебя ненадолго оставлю. Наверняка захочешь что-нибудь купить.

— И на какую сумму я могу рассчитывать? — запинаясь, спросила она.

— Скажи мистеру Вассерману, что хочешь купить на всё, — он сунул руку в кошелёк и извлёк на свет банкноты. — Покажи ему, сколько ты должна потратить.

Они вошли в неожиданно большой, чистый, аккуратный магазин, где каждый дюйм пространства занят столами с огромным количеством ткани. Подошёл невысокого роста, щуплый мужчина, на вид лет пятидесяти пяти. Умные глаза и мягкая улыбка дополняли изящные черты лица. Это был мистер Вассерман.

— Оставь, Натан, — мистер Вассерман с едва заметным удовольствием отстранил приказчика. Он говорит со слабым акцентом. Кажется, с немецким. — Это мои друзья.

Он принял их радушно, очевидно, был рад познакомиться с Викки. Майкл объяснил цель визита и попросил совета мистера Вассермана по выбору швейной машинки.

— Думаю, лучшей покупкой, — бодро сказал он, — будет модель Уилсона и Уилера. Модель Ханта дороже на пятьдесят долларов, но при этом не получите хорошего сервиса.

— Где её можно приобрести, сэр? — смущаясь, спросил Майкл.

— Я подберу нужный аппарат и через несколько дней доставлю в Эдем, чего бы мне ни стоило.

— Мистер Вассерман, мы здесь, чтобы совершить покупку, — возразил Майкл.

— Майкл, твой дед поручился за меня в банке, когда я двадцать два года назад открыл этот магазин. Я не стану наживаться на его внуке.

Прошло несколько минут, Майкл взглянул на часы и извинился. Он ждал клиента. Когда Викки купит всё, что нужно, отнесёт покупки в экипаж, где большую часть дня сидит Колин. Потом Викки сможет погулять с Моник по городу, не уходя слишком далеко, чтоб не заблудиться.

— К полудню подходи к офису, — сказал Майкл. — Пообедаем во французском ресторане, недалеко отсюда. Уверен, тебе понравиться.

— Спасибо, Майкл, — голос дрожал от восторга.

Мистер Вассерман провёл их по магазину, предлагая девушкам попробовать материю на ощупь, зная, что каждую приводят в восторг полотна атласа, мокрого шёлка, бархата, крепа, тюли и большое количество отделки.

Сделка завершилась, отрезы ткани — аккуратно отрезанные, сложенные и завёрнутые в бумагу приказчиком мистера Вассермана — отданы Моник, чтоб она отнесла их в экипаж.

— Моник, постой, — под влиянием внутреннего порыва сказала Викки. Посмотрела на ленты, от которых Моник не могла отвести взгляд, и протянула девушке монету. — Купи себе что-нибудь.

Моник внимательно посмотрела на деньги. Такой поворот поставил её в тупик.

— Это тебе, Моник. Купи себе что-нибудь.

— Это мне? — она с недоверием взяла монету и повертела в руках. — Я потрачу деньги на себя?

— Пожалуйста, Моник. — Она вспомнила детей в Пойнтсе, которым дала несколько центов, и которые взяли, не сказав ни слова благодарности, хотя их взгляд был достаточно красноречив.

— Я никогда раньше не держала в руках деньги, — с восторгом сказала Моник. «Мон дьё! Мерси, мисси!» — просияли её глаза. Она повернулась к стеклянной витрине, на которой буйством красок сверкали катушки с лентами различной ширины.