Мэри Кингслей - Маскарад

– О Более! Кто все эти люди?

– Простые горожане. Те, кому спектакль не интересен. – Тут Макнелли как-то смущенно посмотрел на нее. – Эти господа пришли сюда, чтобы найти женщину на ночь.

Бланш охнула и почувствовала, что краснеет, а актер продолжал говорить.

– Если я буду знать, где сидит так напугавший тебя тип, я смогу поставить кого-нибудь у дверей, чтобы его сюда просто не пустили.

Бланш, наконец, поняла и вновь в который раз удивилась чувству взаимовыручки, существующему среди актеров труппы.

– Передний ряд, в самом центре. У него бледные глаза и полные губы, одет в зеленый парчовый камзол. Его видно даже из-за кулис.

– Пойду посмотрю, – Макнелли направился к выходу.

Девушка без сил опустилась на первый попавшийся стул. Макнелли сделает все, как надо, но до тех пор Саймон находится в опасности. Посидев немного, она почувствовала, что просто не находит себе места, встала и решительно пошла к двери. В самом деле, чего она так волнуется? Чем раньше его схватят, тем скорее она сможет зажить прежней жизнью. Размышляя подобным образом, Бланш протиснулась мимо всех собравшихся в гримерной и потянула за дверную ручку, как вдруг дверь рывком распахнулась, едва не ударив ее, и девушка оказалась в чьих-то объятиях. Впрочем, в чьих именно, она догадалась сразу. Трудно было не узнать эту широкую грудь, эти сильные руки с буграми стальных мускулов. В следующее мгновение Саймон слегка отстранился и, улыбнувшись, произнес:

– Эй, эй, потише! Ты слишком взволнована!

– Сейчас же отпусти меня, слышишь? – прошептала она с досадой, забыв даже на миг о своих страхах. В самом деле, неужели ему так уж необходимо стоять рядом, чтобы чувствовалось тепло его тела?

– С радостью, принцесса, – он отступил на шаг, продолжая улыбаться. – Действительно, не будем давать людям повод думать, будто я предпочитаю мальчиков.

– О чем ты говоришь? – не сразу поняла Бланш, но, увидев, куда устремлен его взгляд, тут же вспомнила, что до сих пор не сняла свой костюм стражника.

– Впрочем, отдадим должное, выглядишь ты очень аппетитно, – продолжал Саймон, улыбаясь еще шире. – А в чем, собственно, дело, принцесса? Неужели я так тебя напугал?

– Да. То есть, нет… неважно. – Он и вправду напугал ее, но не в том смысле, как подумал. – Ты можешь прекратить болтать глупости?

С этими словами Бланш взяла его за руку и вывела в коридор.

– Тебе угрожает страшная опасность! – выпалила она.

– А-а-а, так ты все же заметила!

– Я серьезно говорю! Мы оба в опасности. – Она быстро выложила ему все, что заметила и о чем договорилась с Макнелли. Саймон сразу помрачнел, но лицо его осталось спокойным, и только крепко сжавшиеся кулаки выдавали волнение.

– Проклятие, – процедил он, когда девушка закончила свой рассказ. – Значит, он тебя видел…

– Не беспокойся, я тебя не выдам, – прервала она его. – Иначе, зачем бы я тебя предупреждала?

– Господи, принцесса, да я об этом и не думал! – В это мгновение Саймон увидел Макнелли и повернулся к нему. – Ну, что там?

– Он в театре. – Макнелли тоже был необычайно серьезен. – Я видел его и теперь узнаю, если он придет сюда.

– Ладно, об этом не думай. Нам надо увести отсюда поскорей мисс Марден.

– Да, да. Только и тебя тоже. Или ты забыл, парень, что они ищут именно твою шею?

– Поэтому Саймон и желает, чтобы я ушла, – с горечью пояснила Бланш. – Только я не могу бежать, сэр. Я участвую еще в одной сцене.

– К черту действие и к черту всю пьесу! – взорвался Саймон. – Ты сейчас же уберешься отсюда!

– Но ведь ты продолжал бы играть? – Бланш с вызовом посмотрела на него. – Разве я не права?

– Принцесса, я не ты. Ты думаешь, наш друг тебя не узнает?

– Если бы это случилось, он уже сейчас был бы здесь! – возразила она, глядя при этом на Макнелли. – Мне надо выступать, но даже если отказаться от этого, у меня все равно нет времени на то, чтобы переодеться.

Саймон снова попытался настоять на своем:

– То, что она предлагает, это самоубийство!

– Извини, мне пора на сцену, – отсекая сомнения, сказала Бланш и пошла прочь.

Копье стояло там же, где она его и оставила, и когда Бланш приблизилась к сцене, ее охватило странное возбуждение. Да, приключение оказалось хоть куда, и она впервые за все время испытала от этого настоящее радостное волнение. Все, что ей оставалось теперь сделать, это отстоять положенное время на сцене, а затем незаметно уйти на квартиру, которую они делят с Катериной. В теперешнем наряде ее вряд ли узнают, а Саймон будет иметь время, чтобы скрыться в безопасное место. Что ни говори, похоже, вечер будет веселым.

Остановившись на сцене там, где ей полагалось стоять по замыслу Жиля, Бланш непроизвольно посмотрела в зрительный зал и остановила взгляд на зрителях переднего ряда. Несколько мгновений она не могла понять, что там изменилось, и вдруг похолодела – человек, преследовавший их с Саймоном, исчез!

Тихонько охнув, Бланш тут же испуганно взглянула на Жиля, как раз читавшего свой монолог. Боже милостивый! Пока они с Саймоном препирались, преследователь куда-то ушел! Возможно, именно в эту минуту он собирает солдат, чтобы арестовать беглецов. А она, стоя здесь на сцене, представляет собой отличную мишень.

Ужас, охвативший Бланш, удерживал ее на месте, в то время как разум призывал бежать со сцены сломя голову. Но если ее еще не нашли, то она не могла сказать то же самое о Саймоне. И все-таки громадным усилием воли девушка заставила себя выдержать эту пытку до конца, понимая, что бегство только привлечет к ней внимание.

Наконец наступило время уходить со сцены.

Бланш, почти не соображая, что она делает, повернулась и пошла вслед за Томасом за кулисы. Эти несколько шагов дались ей трудно, девушка постоянно чувствовала на себе взгляды всего зала. И хотя преследователя там уже не было, ей почему-то казалось, что он тоже за ней следит. Только за кулисами Бланш позволила себе расслабиться и перевести дыхание. На этот раз опасность, кажется, миновала. Медленно она дошла до гримерки и на пороге замерла. У противоположной стены стоял мужчина в зеленом парчовом камзоле. И хотя он стоял к девушке спиной, она тотчас узнала его. Несомненно, это был тот самый человек, который вот уже несколько дней преследовал их с Саймоном.

– У тебя все получилось, – раздался голос у нее за спиной, и Бланш, вздрогнув от неожиданности, узнала в подошедшей актрисе Фебу. Та смутилась. – Ой, прости, пожалуйста, я не хотела тебя напугать. Но у тебя, правда, здорово получилось. Прямо как у настоящего солдата.

Бланш потерла глаза; похоже, ее роль не завершилась.

– Я только стояла и ничего больше.