Конни Брокуэй - Чужая свадьба

— Друзья называют меня Летти.

— Летти, — повторил он, как бы пробуя имя на вкус; его звучание понравилось ему. — Вам подходит.

Ей было трудно держать себя в руках, когда он так улыбался. Его глаза были так прекрасны, а улыбка так нежна.

Он протянул руку и смахнул выбившийся локон с ее лба. Медленно провел пальцем по ее виску, овалу щеки и подбородку. Непреодолимое желание горячей волной побежало по ее телу. Она забыла, что хотела держать себя в руках. Забыла свой страх. Она склонила голову, принимая его ласку.

— Боюсь, что в вашем обществе я обречен на постоянные извинения, — сказал он без всяких признаков раскаяния.

— Почему?

— Потому что мои руки так и тянутся к вам. Сердце екнуло у нее в груди.

— О!

Он погладил ее шею. Она закрыла глаза. Он нежно коснулся поцелуем ее губ, сладким, как мед, поцелуем, возбуждающим ее чувственность. Летти раскрыла губы и откинула назад голову в предвкушении продолжения.

Но его не последовало.

Летги открыла глаза. Он смотрел на нее жадным, настойчивым и чуть насмешливым взглядом, сдерживая улыбку. Он принимал ее за дурочку или дразнил, или, хотя это казалось невероятным, она ничего не понимала.

— Что за игру вы затеяли? — возмутилась она. — Что это вы делаете?

— Летти, — ответил он, — я ухаживаю за вами.

Глава 17

Ничто так не льстит тщеславию, как просьба о помощи.

— Ты не можешь уехать, — заявил Кэбот. Он с мрачным видом стоял на пороге ее спальни.

— Ну, Кэбот, милый, кто бы подумал, что ты влюбишься в меня. — Летти перекусила нитку и бросила катушку в рабочую корзинку леди Агаты.

— Пожалуйста, брось эти шуточки, Летти. Я говорю серьезно. Ты не можешь уехать отсюда просто так.

Летти подняла иголку к свету и, прищурившись, аккуратно продела нитку в ушко.

— Я не уезжаю. Я шью. И не смогу закончить это платье к обеду, если ты будешь мне мешать.

Она заложила складку на муслине в темно-зеленую и лиловую полоску. Она хотела, чтобы Кэбот удалился. В ее голове проносилось множество волнующих, невероятных мыслей.

Что сэр Эллиот имел в виду, говоря, что «ухаживает за ней»? Он не мог сказать это просто так. Должно быть какое-то объяснение. Вероятно, «ухаживание» в его кругу означает нечто совсем другое, чем в ее среде. Не мог же он подразумевать то, что она предполагает., он подразумевал… потому что тогда она… Нет, он просто не мог именно это иметь в виду!

— Чтобы спасти тебя, я его сжег!

Последние слова Кэбота наконец дошли до сознания Летти.

— Сжег что?

— Письмо леди Агаты мисс Бигглсуорт.

— Что? — Платье выскользнуло из рук Летти. — Какое письмо?

— Письмо, которое пришло от леди Агаты мисс Бигглсуорт вчера после обеда, когда ты была в Литтл-Байдуэлле. Ради Бога, Летти, это важно. Ты должна сделать все, чтобы остаться.

Летти не обратила внимания на его суровый тон. Она намеревалась сбежать и хотела знать, сколько времени в ее распоряжении.

— Что было в письме, Кэбот?

— Это было личное письмо, мисс Поттс, — оскорбился дворецкий. — Я бы никогда…

Летти невозможно было обмануть.

— Если ты сжег его, то не думаю, что перед этим постеснялся прочитать его. Так что же она писала? Это очень важно, Кэбот.

Сэмми, утратив высокомерие, вздохнул:

— Оно было короткое. Леди извинялась за неудобства, причиненные ее замужеством, и посылала денежный перевод, чтобы возместить Бигглсуортам их первоначальные расходы. Затем она перечисляла несколько лондонских фирм, чьими услугами советовала воспользоваться, и в конце сообщала, что будет отсутствовать несколько месяцев. Свадебное путешествие.

Летти глубоко вздохнула. Прекрасно. Леди Агата была по-прежнему далеко, и Бигглсуорты по-прежнему ничего не знали. Поняв, что непосредственной опасности нет, она невольно улыбнулась и подобрала платье, над которым трудилась.

— Тем лучше для нее, — заключила она.

— Лучше для нее, — повторил Кэбот, — но совсем не лучше для мисс Анжелы.

— Да, это так, — согласилась Летти; иголка так и мелькала в ее умелых руках.

Малышка оказалась в трудном положении, а ей и без того хватало неприятностей с этим бывшим дружком, который угрожал ей. Но это не ее забота, подумала Летти, расправляя пальцами шов. Кусочек кружева должен был прикрыть сверху вытачку и немного украсить платье.

— Именно поэтому, — продолжал Кэбот, — ты должна остаться и устроить свадебный прием для мисс Анжелы.

— Ты в своем уме? — не поднимая глаз, спросила Летти. — Да завтра вечером меня уже здесь не будет. Не было бы уже сегодня, если б этот чертов поезд ходил каждый день.

Она искоса взглянула на саквояж. Он стоял там, где она оставила его. Какой смысл распаковываться? Билет она уже купила. Но не в Уитлок, как сказала сэру Эллиоту, а на юг, в Йорк. Ей предстояло оставаться леди Агатой еще одну ночь. Еще одну ночь, когда… Вероятно, его здесь и не будет.

— Летти. Ты не можешь уехать. Я говорю это серьезно.

— Посмотрим. — У нее внезапно испортилось настроение. Она отрезала выбранный кусок кружева и приколола его булавками к шву.

— Если ты уедешь, — жестко проговорил Кэбот, — я тотчас пойду к сэру Эллиоту и расскажу ему, кто ты такая! Летти оторвалась от работы.

— Человек, которого я знала, не стал бы шантажировать своих друзей, — заметила она.

— Ты не оставляешь мне выбора, — ответил Кэбот, не опуская глаз.

Она первая отвернулась. Она была несправедлива. Кэбот лишь пытался помочь семье, которая заслужила его преданность. И не его вина, что он предлагал то, чего ей меньше всего хотелось. Но Летти Поттс не собиралась рисковать своей жизнью.

— Не говори глупостей, Кэбот. — Она пожала плечами. — Я выполнила свою часть сделки. С самого начала я говорила тебе, что пробуду здесь только несколько дней. Тогда ты не возражал. Ничего не изменилось. Бигглсуорты в том же положении, в каком были, когда я приехала. До сегодняшнего дня они бы даже не имели письма от леди Агаты. Самое большее, что они потеряли, это десяток-другой часов, чтобы найти ей замену.

— И как ты думаешь, что они будут делать, когда узнают, что их обманула и бросила женщина, которую они возвеличили? — спросил дворецкий.

Это задело Летти. Но она выросла, получая уколы и удары, и привыкла к ним.

Не важно, что тебе больно. Важно, чтобы другие не заметили твою слабость. И Кэбот не увидит ее слабости.

— Им просто придется найти кого-то еще, — холодно произнесла она. — С деньгами Энтона в Лондоне нетрудно нанять такого специалиста. — Ей хотелось верить в то, что она говорит.

В его взгляде можно было увидеть, как много он хотел ей сказать, но Кэбот промолчал,