Барбара Картленд - Зов любви

— Тогда… кто же помогал ее светлости приготовиться ко сну?

— Не могу знать точно, милорд, но думаю, что это была Эльзи.

— Разыскать и привести немедленно! — приказал хозяин дома.

Камердинер поспешил выполнять приказание, а его светлость достал и раскрыл бумажник, чтобы убедиться, что он не пуст. На пушистом ковре напротив лорда Ротвина сидел Монарх, заглядывал в глаза хозяину, не в силах раскрыть тайну, которую знал только он. Интересно, как он оказался в спальне Лалиты один? Если он как обычно после ночной прогулки присоединился к хозяйке еще внизу, то могло ли произойти так, что Лалита, взяв его с собой наверх, заперла бедного пса одного в комнате? Как много вопросов без ответа. Да… вот еще что… надо проверить, взяла ли Лалита с собой что-нибудь из платья. Лорд Ротвин припомнил, что в первый свой побег его супруга захватила старый поношенный плащ.

Хозяин особняка подошел к шкафу и рывком распахнул дверцы. Там было полно платьев, некоторые из них были совершено новыми. Девушка так и не надела их ни разу. Лорд Ротвин, одобрив покрой, заказал их во время вынужденного пребывания в Лондоне.

Лорд Ротвин внимательно осмотрел шкаф и его содержимое и отметил следующее: среди нарядов отсутствовало платье, в котором Лалита обедала с ним вечером, а ее единственная собственность — старая накидка — висела в углу шкафа. Подойдя к туалетному столику, лорд Ротвин обнаружил, что шкатулка, в которой его матушка хранила бриллиантовые заколки для волос, была открыта, и драгоценности лежали каждая в предназначенном ей бархатном углублении шкатулки.

Услышав голоса людей, приближающихся по коридору к его апартаментам, лорд Ротвин направился в свою спальню.

В открытую дверь комнаты вошел дворецкий в сопровождении четырех слуг.

— Ну что, Хобсон, удалось вам что-либо выяснить?

— Нечто весьма странное, сэр, — ответил дворецкий.

— Что же именно?

— Присутствующий здесь Генри как обычно вывел Монарха на вечернюю прогулку, хозяин.

— Милорд, клянусь вам, у меня не было никакого злого умысла.

— Помолчи, Генри, — оборвал его дворецкий. — Я сам все расскажу его светлости.

— Продолжай, — приказал хозяин дома.

— Но после прогулки Генри не отвел собачку прямо к миссис Ротвин, что входило в его обязанности, — продолжал Хобсон. — И поздно вечером, почти ночью, Джордж услышал, как песик скулит и лает под дверью.

Лорд Ротвин взглянул на молодого человека, который, кажется, доводился племянником дворецкому в Рот-Парке.

— А вы уверены, что это был Монарх?

— Уверен, хотя и не видел его.

— Вы что… не открыли дверь?

— Нет, милорд, она была закрыта на ключ.

— Тогда почему же вы решили, что это Монарх?

— Я довольно часто выгуливал его, хозяин, и здесь и в Рот-Парке.

— Что же вы предприняли?

— Я сообщил об этом Генри.

— И что он вам сказал?

— Он сказал, что, если я не желаю себе зла, то лучше мне держать язык за зубами.

— Продолжайте вы, — приказал лорд Ротвин дворецкому.

— Мне удалось выяснить, что после ужина кормилица, мисс Робинсон и Роза почувствовали себя дурно, поэтому помогать ее светлости раздеться пришлось Эльзи.

Лорд Ротвин перевел взгляд на горничную. Девушка стояла с распущенными волосами, набросив белую шаль с длинными кистями поверх ночной рубашки. Она была бледна, и, несмотря на то, что она голову держала высоко, в глазах ее лорд Ротвин прочел страх.

— Что произошло после того, как вы помогли ее светлости лечь в постель? — спросил лорд Ротвин.

— Ничего не произошло, — вызывающе ответила горничная.

В разговор вмешался Генри:

— Это неправда, сэр, но, клянусь вам, мы не желали причинить никому зла!

— Что вы сделали? — потребовал ответа хозяин.

— Это была… просто женщина.

— Какая женщина?

— Та, которая едва ли не каждый день справлялась о здоровье ее светлости.

— Она интересовалась здоровьем моей супруги у вас?

— Да, сэр. Первый раз она подошла к боковому входу во время моего дежурства. Она справилась о здоровье леди Лалиты и дала мне полсоверена. Не думаю, что навредил вам этим, сэр.

— Что было дальше? — продолжил дознание лорд Ротвин.

— Она спросила позволения поговорить с одной из горничных и добавила, что интересуется здоровьем ее светлости, потому что они выросли вместе.

— Значит… вы вызвали Эльзи?

— Да, но я проводил Эльзи не к карете этой дамы, я проводил ее в дом на Хилл-Стрит, хозяин.

Лорд Ротвин стиснул зубы. Мозаика начала складываться.

— Почему же вы обратились к Эльзи, ведь она крайне редко помогает ее светлости?

— Я не думал, что кормилица или миссис Робинсон согласятся встретиться с этой леди.

Лорд Ротвин перевел взгляд на молоденькую горничную. Она явно нервничала, сжимая пальчики добела.

— Господин, у меня не было злого умысла, — прошептала горничная.

— Что произошло? Передайте мне все в точности! Я хочу знать дословно, что было сказано!

Эльзи глубоко вздохнула.

— Хозяин, она казалась очень приятной женщиной. Она так хорошо отзывалась о ее светлости!

— О чем она спрашивала вас?

Эльзи замолчала и густо-густо покраснела.

—Я задал вопрос и жду ответа, — сухо потребовал лорд Ротвин. Опустив голову, горничная едва слышно прошептала:

— Она спрашивала, спите ли вы в одной комнате с леди Лалитой.

— И что же вы ответили? — поинтересовался лорд Ротвин.

— Я ответила нет, хозяин.

— Что же она?

— Она сказала какому-то джентльмену: «Вот видите, что я вам говорила?»

— Джентльмену? Какому джентльмену? — удивился лорд Ротвин.

— В комнате был еще какой-то мужчина, сэр.

— Как он выглядел? — спросил лорд Ротвин.

— Господин, это был иностранец!

— Опишите мне его! — приказал хозяин дома.

— Одет кричаще и безвкусно. На нем было много украшений.

— Он старый или молодой?

— Не слишком молод.

— Что он ответил на реплику леди?

Эльзи снова замолчала, но на этот раз она честно старалась вспомнить, что же сказал незнакомец.

— Не уверена, что я не ошибаюсь, хозяин, но он произнес фразу, которая мне показалась бессмысленной: «Это существенно повышает цену товара».

У лорда Ротвина даже дыхание перехватило.

— Что случилось после? Говорите только правду!

— Она сказала, что некий человек страстно желает встретиться с вашей женой, и… и… я подумала, что речь идет о том джентльмене…

— Что дальше? — насупившись спросил лорд Ротвин.

— Эта леди пообещала мне пять фунтов, если я организую все так, чтобы ее светлость могла выйти вечером из дома и подойти к карете, где ее будет ждать тот джентльмен. Сэр, мне и в голову не могло прийти, что ее увезут! Я никогда и мысли не допускала, что такое может случиться!