Нэнси Блок - Пират

— Не волнуйся, Адам. Я в полной безопасности. Капитан не сделает ничего, о чем бы потом пожалел.

Кажется, ее слова убедили мальчика, но сама Зоя не избавилась от сомнений. Напротив, сомнения только усилились, когда Уинн повел ее к своей каюте, гневно процедив:

— И не рассчитывай.

Этот чертов идиот запер ее!

Зоя ходила взад-вперед по каюте. Ее напряжение росло. Куда он делся? Ох, как ей не нравилось его упрямство! Время шло, Уинн не появлялся, и тревога все глубже проникала в ее душу.

В Уинна словно вселился дьявол, его сжигала жажда мести. Он протащил ее по коридору, бормоча себе под нос выражения, которые потрясли даже Зою. Она впервые видела его в таком волнении, впервые сталкивалась с его отвратительным характером. Что нашло на него?

О, она прекрасно понимала, что он сердит на нее. Честно говоря, она это заслужила. Она нарушила приказ капитана, а ведь он король на судне. Адам не раз говорил, что у капитана скверный характер, но так как ей самой никогда не доводилось видеть его проявления, она объясняла слова мальчика присущей всем детям любовью к преувеличениям и живым воображением.

А ей следовало бы прислушаться к его словам. Адам умненький и честный мальчуган. Он намного умнее ее самой. Ой! Вывод потряс Зою.

Она так долго трудилась над самоутверждением, что в конце концов стала самоуверенной и самодовольной. Истина заключалась в том, что она возомнила себя особенной и решила, будто Уинн так нуждается в ней, что спустит ей ее «шалость». Она считала, что значит для него больше, чем непреложные правила и военный устав.

Но она ошиблась.

Сердитый вид Уинна не обманул Зою, она чувствовала, что в нем бушует страшная ярость — по силе своей не соответствующая ее проступку, считала она. Когда Уинн втолкнул ее в каюту, одного взгляда на него было достаточно, чтобы подтвердить ее наихудшие подозрения. Его глаз превратился в щелочку, а тихо зазвучавший голос напоминал отдаленные раскаты грома в преисподней.

— Я знаю, что однажды пожалею об этом, Принцесса, — произнес он. Но ты не оставляешь мне выбора.

С этими словами он развернулся, вышел из каюты и запер дверь. С того мгновения прошел почти час.

Проклятье, кого он из себя строит?

Зоя покачала головой. Неудовлетворенная тем, что вынуждена мысленно высказывать свое мнение, она заговорила вслух, и чем дольше она бормотала, тем лучше себя чувствовала.

— Я не член его команды, он не имеет никакой власти надо мной. Я даже не из его века. Да, у Джонатана были свои недостатки. Но он никогда не вел себя как высокомерный и властный шовинист. Так можно относиться только к бесправным и слабовольным дурочкам с соломой вместо мозгов.

Мальчишка, вот кто он такой, заключила Зоя, воодушевляясь от собственных слов. Она, конечно, не получила такого удовольствия, как если бы высказала ему все в лицо, зато это лучше, чем держать в себе.

Она прошла в заднюю часть каюты и продолжила свой монолог более уверенным тоном:

— Кто назначал его моим опекуном? Кто поручил ему руководить мною? У него нет на меня никаких прав. Я свободная и независимая современная женщина. И я вольна жить так, как мне нравится.

«Вот так», — подумала она.

— О, прошу прощения, мадам, но я позволю себе с вами не согласиться.

От вкрадчивого голоса Уинна у нее по спине побежали мурашки. Зоя резко повернулась и уперла руки в бока, готовая противостоять дьяволу, возникшему перед ней в столь красивой и соблазнительной оболочке.

Серебристые волосы Уинна были собраны в «хвост», он недавно умылся и побрился — Зоя заметила остатки пены на подбородке.

Черт бы его побрал!

Ее влечет к нему даже тогда, когда у нее руки чешутся свернуть ему шею. Нет, в жизни много несправедливостей, заключила Зоя, хотя пришла к этому выводу много лет назад.

— Ну и продолжай просить, — отрезала она. — Можешь не соглашаться хоть до посинения, но это ничего тебе не даст. Я не сдамся, если только ты не подвергнешь меня порке.

— Тогда мне придется это сделать, — прозвучал холодный, как зимний ветер, ответ.

Зоя бросила на него испепеляющий взгляд.

— Думаю, вы действительно это сделаете, капитан.

Она никогда не принадлежала к тем, кто пасует перед угрозой и подчиняется. Не примкнет она к ним и сейчас. Пусть он поварится в собственном соку и попытается найти выход. Но как бы то ни было, он никогда не причинит ей вреда. Он не способен на бессмысленную жестокость.

— Чего бы это мне ни стоило, Принцесса, но так или иначе ты обязательно выполнишь мое приказание.

Он улыбнулся ей, нагло, зловеще. Нет, эта сторона его характера совсем не привлекала ее.

— С какой стати я должна выполнять то, что ты мне говоришь? Я для тебя ничего не значу, в противном случае ты бы никогда не оставил меня на острове. Я объяснила тебе, как мне важно вернуться домой. Я умоляла взять меня с собой. — Она набрала в грудь побольше воздуха и продолжила: — Но я не опущусь так низко, чтобы еще раз молить тебя о чем-либо. Под твоей красивой внешностью скрывается жестокое сердце, Уинн. Я хочу, чтобы ты прекратил этот спектакль, ради Адама. К тому же, по моим расчетам, поворачивать назад слишком поздно.

Дьявольская улыбка Уинна превратилась в ангельскую. У Зои едва не отвалилась челюсть при виде столь резкой перемены. Он задумал что-то нехорошее, она поняла это, когда увидела победный блеск в его черном глазу.

— Ты права, дорогая. Хотя твоя речь напоминает сентиментальные песенки из твоей умной музыкальной шкатулки, поворачивать назад действительно поздно. — Уинн засунул руку в верхний ящик письменного стола и вытащил Зоин плейер. — Что же касается моего жестокого сердца, — добавил он, — я руководствуюсь исключительно твоими интересами, мною движет тревога за тебя. Видишь ли, Принцесса, я, кажется, влюбился.

Зое все же не удалось удержать свою челюсть: та отвисла от изумления. «Наверное, я похожа на огромную рыбину, вытащенную на берег», — подумала она. Этот человек сошел с ума. Сначала он утверждает, что добьется своего любыми способами, затем в грубоватой манере, больше подходящей для исполнения старых добрых джазовых шлягеров двадцатого столетия, заявляет, что любит ее так же сильно, как метеоролог свою погоду. Уникальный способ узнать, что тебя кто-то любит. Во всяком случае, она считала, что он говорит именно о любви.

— Что ты делаешь с моим плейером и что ты пытаешься мне сказать? — возмутилась Зоя.

— Зоя, дорогая, у тебя очень современный склад характера, не так ли? Для меня было бы тяжелейшим испытанием использовать длинные витиеватые обороты, но я бы, конечно, справился.

— Минуту назад ты собирался бросить меня на съедение акулам, или как капитан Крюк [7] заставить идти по доске над водой.