Ширл Хенке - Скандальная помолвка

Когда граф подошел к Рейчел, пожилой мужчина, с которым она беседовала, извинившись, удалился со смущенной улыбкой, оставив молодых людей наедине.

– Я сказал Роджеру, что вы желаете танцевать вальс, – проговорил Джейсон.

– Но сейчас оркестр не играет вальс, – ответила Рейчел.

– То же самое сказал сквайр Абингдон, – усмехнулся граф. – Но ведь рано или поздно вальс будет. А пока… – Джейсон предложил Рейчел руку.

Она не хотела, совсем не хотела опираться на нее. Во всяком случае, Рейчел постоянно убеждала себя в этом. Каждое прикосновение к Джейсону было для нее пыткой… но такой сладкой пыткой, что она не могла от нее отказаться. В конце концов, они должны были убедить маркиза, что нравятся друг другу и согласны пожениться.

Они прошли в другой конец зала и остановились там, ожидая своей очереди, чтобы начать кадриль. Граф наклонился к Рейчел и прошептал:

– Изумруды очень идут к вашим глазам. Она удивленно посмотрела на него:

– Вы не в себе, милорд? У меня светло-карие глаза, а не зеленые.

Рейчел ощутила на своей щеке легкое дыхание Джейсона, и дрожь пробежала по ее телу.

– Сейчас они изумрудно-зеленые, – ответил граф и коснулся пальцами ее сережек. – Украшения идут вам.

– Эти украшения передавались из поколения в поколение в нашей семье. Они часть моего приданого. Вы на мне женитесь из-за небольшой кучки изумрудов, милорд?

Джейсон улыбнулся ей, и они закружились в танце.

– Возможно, женюсь. Не забывайте, я ведь был пиратом и всегда имел слабость к драгоценным и… красивым трофеям.

– Все это вздор, – ответила Рейчел, застигнутая врасплох таким ответом. Она посмотрела в ту сторону, где сидел старый маркиз: Он внимательно наблюдал за ними. Отец Рейчел ушел играть в вист, оставив на посту наблюдения более хитроумного из заговорщиков. Каргрейв выглядел очень довольным.

Кадриль закончилась. В переполненном помещении было душно, и запыхавшейся от быстрого танца Рейчел казалось, что сердце сейчас выскочит у нее из груди.

– Могу поклясться, я видел, как мой дед отбивал такт ногой, когда мы танцевали, – заметил граф.

Рейчел как будто окатили холодной водой. Она вдруг все поняла. Их план! В этом все дело. А Джейсон лишь играет свою роль, чтобы усыпить бдительность маркиза. Ей ни на секунду нельзя забывать об этом.

– Я тоже это заметила, – холодно сказала она, мысленно возблагодарив Бога за то, что они пока не танцевали вальс, во время которого она испытывала почти интимную близость с Джейсоном. Но до конца вечера ей предстоит пройти через это. – Здесь слишком жарко. Давайте выйдем в сад, – предложила Рейчел.

Граф согласно кивнул, и они вышли во внутренний дворик, мощенный каменными плитами и освещенный факелами. Тут и там в полумраке можно было разглядеть небольшие группы людей. Отовсюду доносились веселый смех и обрывки разговоров, вокруг суетились слуги, разносившие прохладительные напитки и вино. Влюбленные парочки искали укромные темные уголки, подальше от любопытных глаз.

Ночной воздух дарил прохладу. Рейчел почувствовала, что ее волосы начинают завиваться от влажности, и подняла руку, чтобы пригладить их. Однако Джейсон опередил ее и нежно убрал локон с ее щеки.

– Пусть вьются. Мне так хотелось дотронуться до этих завитков с того самого момента, когда вы вышли из экипажа, – сказал он хриплым от волнения голосом и легко коснулся пульсирующей жилки на шее Рейчел чуть ниже уха.

От этого нежного касания у Рейчел перехватило дыхание, но она справилась с собой.

– Нет необходимости разыгрывать из себя влюбленного с таким усердием, милорд. Каргрейв сейчас не следит за нами.

– Кто сказал, что я должен делать только то, что доставляет удовольствие ему? Разве я не могу доставить удовольствие себе? И вам?

– Я не испытываю никакого удовольствия, Джейсон. Граф жестом остановил пробегавшего мимо слугу.

– Принесите, пожалуйста, шерри для леди и ромовый пунш для меня, – попросил он и добавил, обернувшись к Рейчел: – Вы уверены, что ничего не чувствуете, когда я прикасаюсь к вам?

– Абсолютно. Я так же уверена в этом, как и в вашей безграничной самоуверенности, – язвительно парировала она.

Граф запрокинул голову и от души рассмеялся. Они еще немного поболтали, обсуждая неудачные попытки Драма найти человека, который хотел убить Джейсона. Через некоторое время совсем другой слуга принес напитки.

Джейсон сделал большой глоток из бокала и поморщился:

– Какой странный вкус. Того, кто готовил этот напиток, следует отправить на скотный двор смешивать пойло для скотины.

– Чудесный вечер, не правда ли? – проговорил Роджер Далберт, останавливаясь возле Джейсона и Рейчел. Он был с женой. – Надеюсь, вы помните мою жену Гарнет?

Гарнет, как всегда, была одета как ярмарочный клоун. На этот раз на ней было платье неприятного бледно-фиолетового цвета, отделанное алым кружевом.

– Мы познакомились на балу в честь вашей помолвки, – напомнила миссис Далберт, сделав реверанс графу и его будущей жене.

Роджер вдруг прыснул, давясь от смеха, вспомнив, чем закончился тот бал.

– Вы немного повздорили тогда, – проговорил он, пытаясь скрыть улыбку.

В ответ граф рассмеялся и подмигнул Рейчел:

– У нас были трудности, пока мы притирались друг к другу, но теперь все пошло на лад. Да, моя лапочка?

Рейчел уловила двусмысленность в его словах, и легкая краска смущения появилась на ее щеках.

– Да, конечно… лапочка. – Она сделала ударение на последнем слове. – Ведь это тебе пришлось притираться.

Гарнет достала алый носовой платок и промокнула им лоб.

– Ужасно жарко сегодня.

– Бедный граф как-то потерся о морду одного из моих мастифов и сильно пострадал от пыльцы ядовитого дуба. Надо быть осторожным, когда раздаешь поцелуи направо и налево, – тихо сказала Роджеру Рейчел.

Он громко захохотал и с силой хлопнул Джейсона по спине. От неожиданности тот разлил весь свой пунш.

– Прости, старина, рука у меня очень тяжелая, – извинился Роджер. – Твое платье не забрызгалось, моя дорогая? – спросил он, обращаясь к жене, которая ближе всех стояла к Джейсону.

– Не волнуйся, все в порядке, милый, – ответила Гарнет, скрывая раздражение и незаметно смахивая с платья капли пунша.

– Раз платье миссис Далберт не пострадало, то о пролитом напитке тем более не стоит сожалеть. Я никогда в жизни не пил такого отвратительного ромового пунша, – проговорил Джейсон и жестом подозвал слугу с подносом, уставленным бокалами с шампанским. Он взял два хрустальных резных бокала для дам, затем еще два для себя и кузена.

Роджер поднял бокал.

– Желаю, чтобы ваш союз был прочным и счастливым, как у нас с Гарнет, – торжественно произнес он и нежно потрепал жену по плечу. В ответ она одарила его счастливой улыбкой.