Джойс Карлоу - Бесценное сокровище

– Ну хорошо, – согласилась Мэдди, – если ты, конечно, не станешь говорить о том, что хочешь продать меня за право пришвартовать судно в нью-йоркской гавани.

Бен наклонился и снова поцеловал ее.

– Я не знаю человека, у которого было бы столько денег, чтобы он мог купить тебя, – прошептал он ей на ухо.

В этот момент кто-то громко ударил в судовой гонг.

Это мог быть либо Уилл, либо Черный Генри.

– Пойдем, дорогая, – решительно сказал Бен. – Наш гость уже на судне.

Он взял ее под руку, и они не спеша спустились вниз. Мэдди была поражена тем, что ей довелось увидеть. Вся команда, даже те, кто нападал на нее, преобразилась до неузнаваемости. Все были чисто выбриты, вымыты и одеты в свои лучшие праздничные наряды. Они стояли на палубе по стойке «смирно», вытянувшись в длинную шеренгу.

Когда Бен и Мэдди подошли к этой шеренге, на борт судна не торопясь поднялся дородный мужчина в черных туфлях с огромными серебряными застежками, черных бриджах с золотой каймой, белой рубашке и необыкновенно нарядной шляпе колониального стиля. В его руках было нечто такое, что напомнило Мэдди «дипломат» конца двадцатого века, в глазу поблескивал монокль с тяжелой цепочкой из золота. Лицом он напоминал хищную птицу.

– А, капитан Йорк! – воскликнул гость, направляясь к Бену. – Как я рад снова видеть вас! Сколько месяцев мы с вами не встречались?

Чиновник продолжал разговаривать с Беном, но его жадные глаза не отрывались от его спутницы. Мэдди даже показалось, что он сверлит ее своим острым взглядом. Только сейчас она поняла, почему его лицо с самого начала показалось ей странным. Сам он был так тощ, что, казалось, мог рассыпаться прямо на палубе, и черты лица имел чрезвычайно заостренные. В общем, он очень напоминал ей остроголовую и пучеглазую ворону.

– Почти год, – спокойно ответил капитан.

Ей показалось, что Бен совершенно не обращает внимания на то, что гость буквально пожирает ее глазами. Мэдди гордо вскинула голову, хотя и не отважилась посмотреть прямо в лицо этой важной птице. Все в этом человеке указывало на его чрезвычайно важное положение в обществе, в особенности массивная золотая цепь, к которой были прикреплены дорогие и необыкновенно красивые карманные часы.

Поприветствовав Бена, он отвесил ей легкий поклон и загадочно улыбнулся какой-то бесхитростной и простодушной, кш, ей показалось, улыбкой.

– Я вижу, у вас появилась новая и совершенно очаровательная спутница, капитан Йорк, – пролепетал он. – Могу ли я рассчитывать быть представленным столь очаровательной особе?

– Разумеется, – охотно согласился Бен и улыбнулся. – Это мисс Мэдди Эмерсон.

– Очень приятно, очень приятно, – повторил Майкл Фарадей и, грациозно склонившись, поцеловал ее руку. При этом его томные глаза как-то загадочно загорелись. Выпрямившись, он бросил Последний взгляд на ее глубокий вырез и впервые посмотрел на Бена.

– Вы, мой дорогой друг, как всегда, демонстрируете превосходный вкус.

Бен оставил без внимания эту реплику.

– Может быть, мы прямо сейчас приступим к делу?

– Да, конечно.

– В таком случае давайте прихватим бутылку шерри, пойдем в мою каюту, и я представлю вам список всех моих товаров. Затем, если вы захотите проверить содержимое трюма…

Майкл Фарадей зорко окинул взглядом судно, а потом снова мило улыбнулся.

– Нет, нет, вашей декларации будет вполне достаточно. Я знаю, вы человек чести. Тем более что мы всегда справедливы в своих требованиях.

– Безусловно, – согласился с ним Бен и слегка подтолкнул гостя к лестнице. Затем мужчины расступились, пропуская вперед Мэдди. Та гордо направилась к каюте, а они последовали за ней.

Бен Йорк и Майкл Фарадей сидели за тем самым небольшим столиком, за которым совсем недавно праздновался день рождения Бена. Правда, сейчас вместо нарядной белоснежной скатерти он был покрыт толстым слоем всевозможных бумаг с описанием груза.

Мэдди сидела чуть поодаль и, выполняя роль хозяйки, наполняла по мере необходимости стаканы вином. При этом она заметила, что Бен пил гораздо меньше и реже, чем Майкл Фарадей.

– А, вижу, вы везете материал из Индии! Он пользуется огромной популярностью у торговцев Нью-Йорка.

– Да, я захватил эту ткань на одном французском галеоне неподалеку от Мадагаскара.

– Сорок рулонов? Недурно, недурно. Скажите, это тот самый материал, из которого шьют сари? Прекрасная ткань – мягкая, эластичная, прошитая золотыми и серебряными нитками.

– Совершенно верно, – подтвердил Бен. – Бесценное сокровище.

Маленькие хищные глазки Майкла Фарадея жадно заблестели.

– Пять рулонов?

– Согласен, – твердо сказал Бен и записал на отдельном листе: «Пять рулонов индийской ткани».

– Так, восточные пряности… ммм… – Майкл Фарадей задумался, потирая рукой щеку. – Один контейнер имбиря?

– Годится, – согласился Бен, сделав соответствующую пометку в своем списке.

– И сахар, – добавил Майкл Фарадей, указывая пальцем в нижнюю строчку декларации.

– Да, сахара у нас достаточно, – сказал Бен, довольно улыбаясь. – Мы же идем из Карибского бассейна как-никак.

Мэдди была рада, что Майкл Фарадей не видел в эту минуту ее лица. Ловко Бен надул его. Ведь они шли с совершенно противоположной стороны. Похоже, Бен не желает, чтобы чиновники Нью-Йорка знали о его маршруте.

– Сотни фунтов сахара будет вполне достаточно, – объявил Майкл Фарадей.

– Да, но это чертовски дорогой груз, – мягко возразил ему Бен, потирая ладонью щеку.

Неужели это правда? – для Мэдди это было довольно любопытное открытие. Никогда она не думала, что сахар, продукт, который в ее время был дешевым и доступным, тогда считался столь ценным товаром. Да, конечно, вспомнила она, ведь сахар доставлялся сюда из далеких стран и только много позже будет производиться на месте. Кроме того, еще не изобрели холодильников, и поэтому сахар и соль долгое время служили для сохранения продуктов.

– Как долго вы собираетесь оставаться в порту, капитан?

– Неделю, может быть, дней десять, не больше.

– Значит, вы считаете, что мы берем слишком много сахара?

– Нет, это было бы вполне разумно, если бы на этом наш список закончился.

– Согласен, – быстро сказал Майкл Фарадеи. – Пожалуйста, распорядитесь, чтобы все это было погружено в мою карету.

Бен подошел к двери и громко окликнул Черного Генри, Который в ту же минуту появился. Отдав необходимые распоряжения, капитан вернулся в каюту, где сразу же подписал документ и передал его Майклу Фарадею на подпись. Завершив все формальности, тот свернул лист и засунул его в чехол. Второй экземпляр остался у Бена.