Джулия Берд - Полуночный Ангел

– И что же? – Хью, одетый в ночную сорочку, одолженную у лорда Боумонта, встал, чтобы налить себе еще кофе. Он вдруг подумал о том, что вся его жизнь сложилась бы иначе, если бы он не позволил этой женщине ускользнуть, оставив его недоуменно гадать, где же теперь он сможет найти ее.

– Сэр Тодд заезжал навестить меня перед тем, как я отправилась тебя искать.

– И как у него дела? – спросил Хью.

– К сожалению, прочесывание улиц ничего не дало. И все заметки в газетах о похищениях тоже никакой существенной информации не добавили. Однако работа со Скотленд-Ярдом оказалась вполне продуктивной. Тодд сумел заставить комиссара начать дело против «ботаников».

– И это благодаря моим догадкам, что искать следует именно там, – не мог не добавить к этому Хью. Он поднял чашку к губам и сделал большой глоток кофе. – Я сообщил комиссару, что в деле похищения Софи могут оказаться замешаны «ботаники».

– Выделена особая группа, которой поручено допросить членов этого общества.

– Но теперь мне кажется, вернее, я даже убежден, что подозрения в причастности «ботаников» к похищению неоправданны.

– Да, я тоже думала об этом. Полагаю, ты прав.

Хью удивленно вскинул бровь:

– Ну надо же! А почему ты так считаешь? – Он подвинул к себе тарелку и набросился на вареные яйца с таким аппетитом, словно не ел целую вечность.

– Я собиралась сказать тебе раньше, но… хотела сначала поговорить с Боумонтом. – И Лидия рассказала об услышанной в клинике Ист-Энда истории Мэй.

– Значит, ее изнасиловали в праздник?

– Или же в канун праздника.

– Белтейн…

Лидия прикусила губу, а затем тихо произнесла:

– Хью, у Мэй на запястье имеется страшный шрам – точно кто-то вырезал ей на руке бабочку.

Хью откинулся назад, словно его ударили.

– Господи! – выдохнул он и покачал головой. – Ведь у молочницы, которую нашли у подножия Девилс-Пик, тоже имелся шрам на запястье, похожий на бабочку.

– Да, я перечитала те страницы своего дневника, где описано то, что с нами случилось, когда мы… когда ты и я спускались в скальную пещеру. Возможно, изображение бабочки каким-то образом связано с тем, что мы обнаружили в пещере, – сказала Лидия. – Что, если год назад девушка из клиники находилась в тех местах? Мы же слышали с тобой стук барабанов, Хью? Ты ведь помнишь это? А нам известно, что праздник костров сопровождается неким ритуальным действом.

– Но почему столь похожие жертвы были обнаружены совсем в разных частях страны?

– Мэй подверглась нападению в такие же предмайские дни, что и погибшая молочница. Да и Софи похитили как раз накануне праздника. Когда на нас набросились в пещере, я на мгновение увидела человека в темном плаще с капюшоном, но, прежде чем рухнуть без сознания от удара по голове, я заметила яркий блеск из-под капюшона. На том человеке была бриллиантовая маска – что еще могло так ярко блестеть? Почему бы не предположить, что маска имела форму бабочки?

– Ты подозреваешь Тревора Добсона?

– Не знаю. Я только хочу собрать разрозненные факты воедино, чтобы попытаться как-то увязать их вместе. Клуб, который содержит Добсон, называется «Бриллиантовый лес». Дуб практически основной элемент декора интерьера клуба. А ведь друиды считают дуб священным деревом. Некоторые из источников утверждают, что свои ритуалы друиды отправляют в круге, образованном гигантскими камнями. Тот человек, который ударил меня по голове, был одет в длинный плащ наподобие тех, какие можно увидеть на древних литографиях, изображающих жрецов-друидов.

– Значит, ты полагаешь, что сэр Тревор Добсон исповедует верования друидов?

– Я думаю, он может притворяться друидом. Хью, мы собственными глазами видели, что он обожает маскарад, необычные костюмы и даже своего рода театральные постановки. Почему бы ему не заинтересоваться древними ритуалами?

– Да. Ты права. Убранство клуба скорее наводит на мысль о друидах, нежели о «ботаниках». Но, возможно, Добсон и в самом деле является друидом. Общества друидов существуют и в наши дни, по большей части это актеры, которых привлекает лишь романтический флер. Насколько я понимаю, все это вполне безобидно.

– Взгляни-ка на это. – Лидия подошла к столу, за которым сидел Хью, и взяла газету. – Вот что привез мне сэр Тодд. Детективы Скотленд-Ярда обратили внимание на одно странное объявление в «Таймс», связанное с растительной тематикой, – теперь все, что может касаться «ботаников», стало предметом их пристального изучения.

Хью взял газету и поднес ее поближе к свету газовой лампы.

– «Ива, дрок, бузина, боярышник, тис, тополь, орешник, бузина, пихта, клен, тополь, плющ, дрок, клен, пихта, дрок». – Он задумчиво повторил: – Бел… Вел…

– Вельзевул, – подсказала ему Лидия. – Это языческий бог. Он упоминался в книге про кельтские ритуалы, помнишь?

– 30 апреля – ночь накануне Первого мая. Но что значит все остальное? – задумался Хью. – Не иначе это какой-то тайный код.

– Возможно, кто-то передает кому-то зашифрованную информацию. Как по-твоему, Добсон мог это сделать?

– Трудно сказать.

– Ну и где же твоя хваленая проницательность? – вспылила Лидия.

– Не оскорбляйте меня, графиня, – мягко произнес Хью.

– Тогда постарайся расшифровать эту запись и найди Софи! – Лидия нашла в себе силы улыбнуться, чтобы как-то смягчить не в меру резко высказанное требование.

Дверь внезапно распахнулась, и в комнату торопливо вошел Пирпонт.

– Сэр, я должен поговорить с вами, – заявил он.

– Я тебя слушаю, – кивнул Пирпонту Хью. Пирпонт сделал вид, будто не заметил напряжения, возникшего при его появлении между Лидией и Хью.

– Я только что говорил с мистером Шейном, и мы поняли, что у нас появился важный ключ к разгадке этого дела.

– Очень надеюсь, что вам повезло куда больше, чем мне, – усмехнулся Хью. – Так что у вас есть?

– Дело в том, что я получил послание от сэра Малькольма Данбара. Будучи большим сплетником и добытчиком информации для вас, он заявил, что ему кое-что известно о матери Софи. Он привел не самый, правда, полный список, но в числе ее любовников был и сэр Тревор Добсон.

– Тревор Добсон и Луиза Кэнфилд? О Боже! – охнула Лидия, всплеснув руками.

Пирпонт был весьма доволен эффектом, который произвели на нее его слова.

– Данбар сказал, что это дело прошлое, но они и сейчас поддерживают дружеские отношения.

– Но если он был близок с мисс Кэнфилд… – проговорил Хью.

– …тогда ему наверняка было известно, что Софи – ее дочь, – закончила его мысль Лидия. – Она даже могла проговориться сэру Добсону, что отцом Софи является граф Боумонт.