Барбара Картленд - Цветы для бога любви

Вдоль всего первого этажа проходил длинный коридор, а кабинет Рекса находился в самом его конце с западной стороны.

Как и в Лакхнау, гостиная, столовая и зал были в другом конце дома.

Чувствуя, что у нее нет времени ни звать на помощь, ни объяснять часовым у главного входа, что случилось, Квинелла ворвалась в холл и, не обращая внимания на изумленных слуг, бросилась дальше.

Она прекрасно знала, как трудно объяснить им причину такой спешки, а кроме того, они бы и не поняли ее, если бы она, запыхавшись, стала изъясняться на урду, и это только отняло бы у нее драгоценные секунды.

Повернув из холла направо, Квинелла из последних сил понеслась по коридору к кабинету Рекса. Она распахнула дверь — комната была пуста!

Рекса не было! Она почувствовала, что у нее подкашиваются ноги, но тут же усилием воли быстро закрыла дверь и осталась в коридоре.

Если Рекс жив, то нужно поймать человека, который прячется в камине, чтобы они не могли сделать повторной попытки.

Сердце ее стучало так, будто хотело вырваться из груди, губы пересохли: ведь она бежала что было мочи от самого парка. Квинелла лихорадочно думала — кто же были эти двое в саду, кроме Амара и того, кто помог ему пробраться в погреб.

Она стояла, дрожа и тяжело дыша открытым ртом, и вдруг услышала шаги: Рекс как ни в чем не бывало шел ей навстречу вдоль по коридору.

Она рванулась к нему, не думая ни о чем и не рассуждая, как ей себя вести, а только радуясь, что он жив и невредим и она может предупредить его о грозящей опасности.

Он удивленно посмотрел на нее, а она бросилась прямо ему в объятия и прижалась к нему всем телом и щекой — к его щеке.

Она быстро и едва слышно зашептала ему в ухо — он с трудом мог разобрать, что она говорит:

— Они… хотят… убить вас! О-о, Рекс… вас подстерегает… человек, чтобы… убить!

Рекс с недоумением слушал, руки его обвили ее дрожащее тело, а она продолжала торопливым шепотом:

— Он спрятался… в камине… ждет, когда вы… останетесь один… ему… заплатили.

Рекс крепко прижал ее к себе и спокойно сказал:

— Все хорошо. Не надо дрожать — расскажите мне по порядку, что случилось.

Слезы подступили к глазам Квинеллы и побежали по щекам; она плакала от пережитого ужаса и оттого, что в его руках ей было так хорошо, так спокойно, — а еще оттого, что она не могла понять своих чувств.

— Не волнуйтесь, — мягко сказал Рекс, — расскажите медленно и как можно спокойнее, что вам известно.

— Я… заблудилась… в саду, — начала она, — и услышала, как… разговаривали двое мужчин.

— На урду?

— На урду… но я все… поняла.

— Продолжайте!

— Они сказали: кто-то заплатил человеку по имени Амар, и он должен проникнуть в дом с Садхином, когда тот понесет дрова для камина. Он должен… спрятаться в подвале и пробраться в… ваш кабинет через… камин — ход… проделали два дня назад!

Она замолчала — ей было очень трудно дышать, и Рекс тихо сказал ей на ухо:

— Продолжайте! Не спешите.

— Мне кажется… он хочет… убить вас… ножом — вы ведь будете… за столом… Я так боялась… не успеть.

— Но вы ведь успели, — сказал он ей спокойно. — А теперь слушайте: сейчас вы пойдете в комнату адъютантов и скажете, что я приказал срочно послать двух солдат для охраны выхода из погреба.

Он замолчал, а Квинелла подняла голову и посмотрела на него.

— И послать еще солдат… сюда?

— Это позже, — согласился Рекс, — когда я попрошу.

Она широко открыла гдаза и вскрикнула:

— Но ведь вы же… не пойдете туда… один?

— Со мной все будет в порядке.

— Нет! Нет! Она обхватила руками его шею.

— Я не вынесу этого… он убьет вас! Рекс… пожалуйста… пусть пойдут… солдаты… а не вы!

— Я смогу сделать больше, чем солдаты.

— Я могу… ошибиться… у него может быть… револьвер.

— Я буду очень осторожен.

— Это так… опасно… они хотят… убить вас, и если… это случится, я… не вынесу!

Она почувствовала, что он еще крепче прижал ее к себе. И услышала его слова:

— Верьте мне.

— Пожалуйста… пожалуйста, будьте… осторожнее.

— Я постараюсь, раз вы просите меня, — ответил он.

И когда она подняла на него глаза, полные слез, умоляя его не только словами, но и каждой клеточкой своего пробудившегося тела, он встретился с ней взглядом.

Словно не в силах противиться внезапному порыву, он коснулся губами ее губ.

Это длилось всего одну секунду. Потом она почувствовала, что объятия его разжались, и услышала его голос. Это был уже совершенно другой голос:

— Идите в комнату адъютантов, как я вам сказал. Это был приказ. Она видела, что Рекс уже направился в свой кабинет.

Ей хотелось повиснуть на нем и на коленях умолять не делать этой глупости — ну зачем подвергать себя такой опасности?

Но она понимала, что он не будет даже слушать ее, и в отчаянии и тоске пошла выполнять его приказ. Теперь она знала, что любит его и что, если он сейчас погибнет, жизнь для нее потеряет всякий смысл.

Глава 7

Покинув Квинеллу, Рекс медленно, без всякой спешки направился в свой кабинет.

Он открыл дверь, вошел в комнату и замер на мгновение. Потом громко, с раздражением в голосе произнес:

— Черт возьми!

Затем возвратился к двери, громко хлопнул ею, но остался в комнате.

Несколько секунд он не двигался, оценивая обстановку.

Квинелла была права в своих догадках — стол стоял напротив окна, и камин был слева от него.

Рекс предположил: кто бы ни подстерегал его здесь, в кабинете, он должен находиться в левой части комнаты, так как оттуда можно наблюдать за тем, кто сидит за столом.

Комната была довольно большая, и после короткого раздумья Рекс стал бесшумно передвигаться вдоль стены, которую невозможно было видеть из того угла, где был камин.

Первое, чему учили участников Большой Игры, — умению двигаться бесшумно.

Это было очень легко усвоить индусам, постоянно ходившим босиком, но намного труднее англичанам, носившим туфли или ботинки.

К счастью, Рекс овладел искусством двигаться без малейшего шума в любой обуви, и через несколько секунд он уже достиг выступающего края мраморной каминной доски.

Не торопясь, он вынул из кармана маленькую монетку и бросил ее так, что она со звоном покатилась в дальний конец комнаты.

Это был старый прием, но он сработал.

Человек, притаившийся в камине, выглянул, чтобы увидеть, откуда идет этот шум, и в следующее мгновение цепкая, как клешня, рука схватила его мертвой хваткой за шею, а нестерпимая боль в запястье правой руки заставила выпустить отточенный узкий нож, который он сжимал.

Когда Квинелла, задыхаясь от бега, ворвалась в комнату адъютантов, она застала там только капитана Андерсена, бывшего однополчанина Рекса.