Дебра Дайер - Хранитель сокровищ

Эш раздвинул кончиком языка губы Элизабет и забрался в ее жаркий и влажный рот. Она вздрогнула от неожиданности, и сердце забилось еще сильнее, когда она почувствовала, как дрожит от желания Эш.

Его руки двигались вдоль бедер Элизабет, лаская каждый изгиб, прятавшийся под складками платья и нижних юбок. Что будет, если сейчас он приподнимет их и отыщет самое сокровенное местечко? Будет ли оно влажным и теплым, готовым принять его?

С каждой минутой ему было все труднее сдерживать себя. Тело сотрясала крупная дрожь. Так сильно он еще не желал ни одну женщину.

Когда он, наконец, отпустил Элизабет, с ее губ слетел тихий стон. Медленно и неохотно, как человек только что видевший сладкий сон, она открыла глаза и смущенно посмотрела на Эша. Он улыбнулся, хотя сейчас ему было не до того. Легонько коснувшись пальцами ее щеки, он сказал:

– Ну и удивили же вы меня, леди Бет.

Она сделала несколько шагов назад и уперлась в железные поручни.

Эш схватил ее за руку, помогая удержаться на ногах.

– Осторожно. Мне бы не хотелось объяснять старику, как именно вы упали с поезда.

Судорожно вцепившись руками в перила, она смотрела на него широко раскрытыми глазами.

– Зачем вы это сделали? – тихо спросила она.

– А что я сделал? – наивно удивился Эш. Он понимал, что вывел ее из равновесия, но, когда она сердилась, он чувствовал себя почему-то увереннее.

– Зачем вы меня поцеловали? – снова спросила Элизабет, и в голосе звучала, скорее, растерянность, чем гнев.

Эш пожал плечами. Он не хотел признаваться, что поцелуй был вызван, в первую очередь, желанием. Слишком, нестерпимо стало вожделение, и он не смог ему противиться. Свои мечты о любви к ней он прятал от самого себя в самые укромные уголки души.

– Именно так поступают дикари, когда у них появляется такая возможность. Они целуют хорошеньких женщин, – усмехнулся он.

– Понятно, – холодно бросила Элизабет.

Отвернувшись, она смотрела на проносящуюся мимо гористую местность. Потом снова повернулась и с раздражением упрекнула:

– Вы, по всей видимости, своей дикостью и невежественностью просто упиваетесь. Я должна напомнить, что ваши примитивные инстинкты неприемлемы в нашем обществе.

Эш глубоко вдохнул воздух, пахнущий гарью. Он понимал, что должен немедленно уйти отсюда, оставить ее одну. Но какая-то неведомая сила удерживала его, притягивая к Элизабет. Эш желал, от нее большего, хотел иметь подтверждение своим мечтам о взаимности.

– Так вот, значит, что вы делали, леди Бет? – воскликнул Эш. – Вы тоже, оказывается, не устояли перед примитивным инстинктом?

Отвернувшись, она уставилась на деревянный настил платформы.

– А вы, оказывается, обладаете удивительной способностью играть моими чувствами, – ответила она ледяным тоном, с некоторым оттенком смущения.

Стараясь удержаться от соблазна и снова не схватить ее в объятия, Эш подался назад и припал спиной к двери. Сердце его так же бешено колотилось, как и несколько минут назад. Больше всего ему хотелось крепко прижать Элизабет и держать до тех пор, пока жар его тела не растопит лед ее сомнений.

– Если вам так хочется, могу признаться: вы будите во мне зверя, – сказал он.

Элизабет покосилась в его сторону.

– Могу заверить: меня это не утешает.

Видит Бог, как сильно ему хотелось в эту минуту упасть перед этой женщиной на колени и умолять ее улыбнуться, чтобы она дотронулась до него и сказала что-нибудь ободряющее. Он ненавидел себя за эту слабость, за то, что никогда и никого не хотел так сильно. Элизабет манила его своей улыбкой и нежностью ее больших серых глаз. Она увлекала в мир, где для него не было места, каким бы знатным и богатым он ни оказался.

Как Пейтон Тревелиан он не имел будущего. Не суждено эту женщину назвать своей.

Эш молил Бога только об одном: в следующий раз, когда он посмотрит в красивые серые глаза, пусть вспомнит, что им не суждено быть вместе.

– Думаю, нам пора продолжать наши занятия, – решительным тоном сказала Элизабет и направилась к двери. – Вам еще предстоит узнать многое.

Эш открыл дверь и отошел в сторону, пропуская ее вперед. С высоко поднятой головой и расправленными плечами она стала похожа на классную даму. И только яркий румянец не соответствовал этому образу. Ему лучше было не думать о том, чем он был вызван.

Элизабет твердым шагом прошла мимо Макгрегора, надеясь, что выглядит величественно и с достоинством. Хотя понимала: вряд ли добродетельной может выглядеть женщина, всего несколько минут назад являвшая собой пример распутства.

«Идиотка! Дура! Сумасшедшая!»

Стремительно войдя в комнату, Элизабет схватила со стола книгу с правилами хорошего тона. Она позволила этому человеку играть ее чувствами. Хотя нет, если быть честной до конца, – сама дала ему повод. Подтолкнула его к себе. В последние два дня только и делала, что мечтала о том, как бы еще раз оказаться в его объятиях. Ей хотелось, чтобы он снова поцеловал ее!

«Идиотка! Совсем дура! Своими мечтаниями она чуть себя не погубила. Еще несколько минут, и этот человек полностью завладел бы ее душой и телом!

Макгрегор едва ли понимает, как важен для нее его поцелуй. Для него – поцеловать женщину было так естественно. Он мог перейти к более интимным отношениям, ни на минуту не задумываясь о дальнейших обязательствах. Ему наплевать и на нее, и на ее чувства. Она не должна этого забывать. Господи, ни в коем случае нельзя забываться. В противном случае она точно совершит какую-нибудь непростительную глупость».

Элизабет принялась листать книгу, пытаясь сосредоточиться на ее содержании и не обращать внимания на человека, усевшегося в кресло слева от нее.

Глупому увлечению должен быть положен конец! Она не собирается на радость этому дикарю превращаться в легкомысленную и вздорную старую деву. Он должен, наконец, понять, что она – женщина с сильным характером.

ГЛАВА 11

Эш сидел, подперев голову рукой, и внимательно слушал Элизабет. Маленькая и очаровательная леди, расположившись по правую руку, читала вслух отдельные главы о хороших манерах. Раскрытая книга лежала на коленях, и Элизабет походила на учительницу, объясняющую новый материал.

– Чтобы добиться успеха в обществе, – читала она громким, отчетливым голосом, – человек должен совершенствовать свои знания и развивать ум.

Маленькая, но строгая преподавательница нападала на Эша целый день. За обедом она упрекнула, что он не умеет правильно пользоваться ножом и вилкой. Это было только начало. Оказалось, что он не умеет говорить, ходить, одеваться. Одним словом, все не так. В конце концов, ему ужасно захотелось доказать этой привереде, что кое-что он может делать правильно.