Джо Гудмэн - Больше, чем ты знаешь

Катч стремглав вскарабкался на берег, сгорая желанием увидеть свою добычу. Рэнд уже стоял возле нее на коленях, стараясь вытащить крючок, и глаза Катча удивленно остановились на нем. Побагровевшее от напряжения лицо капитана явно не соответствовало их странному улову.

– Сдается мне, я выловил femina corsetus[7].

Рэнд упорно не поднимал глаз от земли.

– Похоже на то.

– Наверное, свалился в воду где-то выше по течению.

– Наверное.

– Может, даже возле «Хенли».

Рэнд издал какое-то ворчание, которое могло означать все, что угодно. С чувством, похожим на мрачное удовлетворение, он наконец отцепил крючок Катча, запутавшийся в плотной материи корсета, потом взял валявшийся на траве сюртук и сунул в рукав мокрый корсет Клер. Перебросив его через руку, Рэнд молча спустился к реке и поднял свою удочку. Так и не сказав Катчу ни слова, он решительно зашагал в сторону «Хенли».

Подхватив другую удочку, Катч бросился вдогонку за Рэндом. Поравнявшись с ним, он пристроился рядом, стараясь не отставать.

– Думаю, не стоит распространяться об этом в «Хенли».

– Само собой, – не поднимая глаз, проворчал Рэнд. – Никому ни слова.

Когда Рэнд с Катчем вернулись в дом, глазам им представилось странное зрелище: устроившись в большом холле, Оррин Фостер проводил судебное разбирательство. Держась за перила, Элизабет стояла на лестнице. С другой стороны ее поддерживала Клер. Лицо матери, все еще бледное, было искажено от боли. Клер была встревожена. В отличие от них обеих Бриа выглядела невозмутимой – ни неудовольствия, ни раздражения, ни даже любопытства. Ее очаровательное личико было совершенно бесстрастным, как будто речь шла о том, что ей было давным-давно известно и успело уже смертельно надоесть.

Доктор Стюарт устроился у основания лестницы. Повязка, скрывавшая его разбитый нос, казалась не бледнее его измученного лица. Он с решительным видом облокотился на одну из колонн винтовой лестницы, всем своим видом показывая, что намерен защищать женщин от любых посягательств, которые только могут прийти в голову изрядно захмелевшему хозяину. В углу возле самой двери сбились в кучку Джебедия, Адди и еще кое-кто из слуг – бледные, испуганные, они, казалось, боялись дышать, чтобы не привлечь к себе внимание разбушевавшегося хозяина.

Рэнд сунул удочку и куртку в руки Катчу.

– Что тут происходит, Оррин? Почему моей матери пришлось встать с постели?

– Ну и что, раз уж все равно в постели от нее мало толку? – прорычал тот заплетающимся языком.

Рэнд шагнул к нему, бессознательным жестом сжав руки в кулаки.

– Рэнд, нет! – Испуганный голос матери заставил его застыть на месте. – Он просто выпил, – прошептала она. – Это скоро пройдет.

С губ Оррина сорвался пьяный смешок.

– Твоя матушка, как всегда, строит из себя миротворца! – фыркнул он. – Ничего, теперь я обзавелся собственным миротворцем[8]! – До сих пор он держал левую руку так, что Рэнд не мог видеть, что в ней. Но теперь он медленно вытянул ее вперед, и Рэнд заметил в ней тяжелый «кольт». Оррин выразительно махнул им в сторону лестницы. Элизабет и доктор Стюарт съежились от страха. Клер отреагировала не сразу – только почувствовав дрожь, пробежавшую по телу Элизабет, она слегка побледнела. Одна лишь Бриа продолжала невозмутимо разглядывать отчима.

Рэнд знал, что мог бы отобрать оружие у Оррина, но только если оно не заряжено. Он решил попробовать.

– Положи револьвер, Оррин. Зачем тебе «Хенли», если тебя вздернут за убийство?

– «Конкорд», – машинально поправил тот, направив револьвер на Рэнда. – Будь ты проклят, ублюдок, ты что, забыл, что теперь поместье называется «Конкорд»?! Никаких «Хенли»! Никаких Богом проклятых Гамильтонов! Это теперь мой дом, и будь я неладен, если позволю кому-то входить в мой кабинет и копаться в моих бумагах! А, ты думал, что я ничего не замечу? Нет, щенок! Мне известно все, что тут происходит, слышишь меня? Все!!!

– Оррин, – перебил Рэнд, стараясь говорить спокойно, но в голосе его слышалась угроза.

– Заткнись! – заорал Оррин, сжимая пальцы, обхватившие рукоятку револьвера. Теперь его дуло было направлено прямо в грудь Рэнду. – Иначе я всем расскажу о том, что видел прошлой ночью. Хочешь этого, Рэнд? А? Хочешь?

Рэнд отвел глаза, стараясь не смотреть на Клер. Будь он проклят, если выдаст себя виноватым взглядом! В надежде отвлечь внимание пьяного отчима, он попытался перевести разговор на другое:

– Что это за намеки? Ты что же, вбил себе в голову, что кто-то побывал в твоем кабинете? Именно для этого ты заставил всех явиться сюда?

– Не только, – пьяно ухмыльнулся Оррин. – Кто-то еще копался в моих книгах. Я-то помню, в каком порядке они стояли. И тут же заметил, что их снимали с полки, а потом ставили на место. Ах да, и мой письменный стол! Я всегда держу нож для разрезания бумаги поверх документов. А сегодня, когда я вошел, он лежал совсем в другом месте. А почему, спрашивается? И никто ничего не знает! Ты немного опоздал, Рэнд. Так, может, это ты?

– Нет. Это я, – заявил Катч.

Брови Оррина взлетели вверх. Судя по всему, он совсем забыл о присутствии чернокожего и сейчас не мог прийти в себя от изумления.

– Будь я проклят! – едва слышно пробормотал он, пьяно покачиваясь. И тут прогремел выстрел.

Глава 6

Катч отшатнулся, едва не потеряв равновесия, но великан был так силен, что пуля не смогла свалить его на пол. Слабый стон, сорвавшийся с его губ, перекрыл душераздирающий крик Элизабет и щелчок перезаряжаемого револьвера. Прежде чем Оррин успел поднять его и выстрелить еще раз, сокрушительный удар Рэнда заставил его рухнуть на колени. Раздался грохот от упавшего револьвера, и «кольт» отлетел в сторону. Пришедший в себя Маколей Стюарт кинулся за ним, но револьвером уже завладела Бриа. Она медленно поднялась, держа «кольт» обеими руками, только теперь дуло его смотрело туда, где барахтался все еще не пришедший в себя Оррин. Возле него, прижав его к полу, стоял Рэнд. В лице Бриа не было ни кровинки, но руки, державшие револьвер, не дрожали.

Когда она заговорила, голос ее казался неестественно спокойным.

– Отойди в сторону, Рэнд, – велела она.

Удивленный Рэнд взглянул на сестру. На бледном, бесстрастном лице, будто высеченном из куска льда, только сверкающие синие глаза казались живыми. «А ведь она сейчас его убьет», – молнией пронеслось в голове у Рэнда. Не будь Бриа его сестрой, он с легким сердцем благословил бы ее прикончить эту пьяную скотину. – Нет, Бри. Отдай револьвер Стюарту.

Подняв глаза, он увидел, как его мать без сил опустилась на ступеньки лестницы. Она беззвучно плакала, по лицу ее градом катились слезы. Клер по-прежнему одной рукой крепко обнимала худенькие плечи Элизабет. Только ее присутствие, ее молчаливое участие удерживали его мать от истерики, и Рэнд это хорошо понимал. Взгляд его упал на Стюарта. Доктор с угрожающим видом навис над Бриа, явно намереваясь выхватить из ее рук «кольт». Судя по всему, он и думать забыл о раненом Катче.