Сари Робинс - В сетях обольщения

Проклятые мужчины! Почему они стремятся занять все ключевые позиции? Постоянно контролируют окружающее пространство и повсюду оставляют свои метки, словно дикие псы, как бы напоминая женщинам, кто здесь настоящий хозяин. Вот и ее отец в свое время повел себя как деспот и сорвал свою злость на ней, своей невинной дочери. А позже ее сердце ранил муж Квентин, мошенник и плут, промотавший все ее приданое и оставивший ее без гроша. Это жалкое ничтожество разрушило ее и духовно, и материально. И вот теперь на ее жизненном пути возник Хит Бартлетт, хитрец, строящий козни, гнусным образом пытающийся использовать Тесс ради своей карьеры. И после этого ее еще считают скандалисткой!

В ярости от подобных мыслей, Тесс наступила каблуком на подол юбки и чуть было не упала на дорожку, пока шла к своей карете, чтобы уехать домой.

Обеспокоенная ее странным видом, Кэтрин Данн спросила, все ли с ней в порядке. И даже Фиона с недоумением осведомилась, насколько болезненно проходят на этот раз ее «трудные дни».

Тесс едва не взорвалась от негодования. Если бы только эта проблема была единственной, с которой ей пришлось столкнуться на этой неделе! Знала бы наивная Фиона, до чего довел ее своими манипуляциями один лживый предатель в спальне графини, она бы не задавала таких глупых вопросов. Вспомнив, как она млела и таяла от сладких ласк Хита, Тесс вновь пошатнулась и с трудом устояла на ногах.

Приближаясь к конюшням, она ощутила приступ паники: ее ладони вдруг взмокли, а сердце бешено заколотилось. К встрече с Хитом она определенно не была готова, ей требовалось остудить свои эмоции, как-то успокоить расшалившиеся нервы. Для этого ей лучше всего немного побыть одной и обрести внутренний покой, это всегда ей помогало в трудную пору ее жизни, когда от нее все отвернулись и положиться она могла только на самое себя.

Ноги Тесс сами повернули в другую сторону и понесли ее к парку, туда, где ничто не будет ей напоминать ни о Хите, ни о ее прошлом, ни о Квентине. Мать природа примет ее в свои ласковые объятия и подарит ей желанный покой.

Бесшумно ступая по ковру из мха, Тесс слушала, как чирикают и пересвистываются в ветвях деревьев птицы. В благоговейной тишине резко прокричал ворон, но это не нарушило гармонии звуков. Чистый воздух, насыщенный запахом хвои, бодрил. Набухающие почки радовали взор, напоминая о скором воцарении весны.

Тесс прислонилась спиной к стволу векового дуба с толстыми корневищами, похожими на пальцы дракона, и сделала глубокий вдох.

«Мне нужно успокоиться, – внушала себе она, зажмурившись. – Нужно быть готовой к тому, что кто-то захочет повергнуть меня или вывести из равновесия. Надо замкнуться в себе, не позволять никому и ничему вывести меня из себя, простить себе все ошибки и грехи, не вспоминать о допущенных досадных промахах. Ничто не должно меня тревожить, я собранна и уверена в себе».

Она медленно опустилась по стволу на покрытую листвой землю и вытянула ноги, скрестив их в лодыжках. Постепенно дыхание ее стало глубоким и ровным, мышцы расслабились, успокоилось и сердце. На губах заиграла безмятежная улыбка, ей стало значительно лучше, она вновь обрела над собой контроль. Ничто и никто не мог вселить в нее смятение.

– Так вот вы где! – раздался знакомый голос.

Тесс вздрогнула и открыла глаза.

По дорожке к ней быстро шел Хит, его мускулистые ноги жадно поедали разделявшее их расстояние. А в его облике ощущались уверенность и властность, он надвигался на нее, словно вражеская армада, в сером просторном плаще и черных высоких сапогах, с темной гривой волос и сверкающими, словно раскаленные уголья, глазами.

– Ваш дворецкий сказал, что вы отправились в парк, а миссис Данн подсказала, где именно вас можно найти. Сегодня прекрасная погода, не правда ли? – пророкотал он.

Тесс едва не затряслась от ярости. От ее спокойствия и с трудом обретенного душевного равновесия не осталось и следа. Очевидно, догадавшись по выражению ее лица, что она не в духе, Хит перестал глупо улыбаться и сказал:

– Я вижу, что вы чем-то расстроены. Осмелюсь предположить, что вас потрясло неожиданное появление в минувший вечер в гостиной мистера Дагвуда. Что ж, он действительно вторгся в комнату не вовремя, это было нетактично с его стороны…

Тесс вскочила на ноги, сжав кулаки. Однако Хита это не смутило, он подошел к ней еще ближе, изобразив на лице благожелательную улыбку, и добавил:

– Послушайте, Тесс, я вам искренне сочувствую. Но не принимайте все так близко к сердцу, в жизни всякое случается. Ну кто бы мог подумать, что Дагвуд поведет себя так бесцеремонно?

Все поплыло у Тесс перед глазами, она покачнулась, охваченная ненавистью к своему утешителю, и заскрежетала зубами. Он явно издевался над ней, мерзкий лицемер!

– Я понимаю, что все это не кажется вам забавным, – состроив серьезную мину, промолвил Хит. – В действительности появление Дагвуда в самый неподходящий момент и на меня подействовало удручающе. Но согласитесь, ничего ужасного не произошло. – Он улыбнулся и сжал ее запястья.

Она уставилась на его пальцы, вырвала руки и влепила ему пощечину.

Он перенес это стоически и схватил ее за плечи.

Тесс попыталась высвободиться и влепить ему новую оплеуху, но он крепко сжал ей плечи и строго произнес:

– Прекратите! Успокойтесь!

Она сопротивлялась, шумно дыша.

Он привлек ее к себе и, заключив в объятия, повторил:

– Успокойтесь, Тесс! И не давайте воли своим рукам.

Она вспомнила моменты страсти, которые испытала с этим сильным и самоуверенным мужчиной, и пришла в еще большую ярость. Но все ее попытки высвободиться из его хватки потерпели неудачу. Он прижал ее к своему сильному телу и сказал:

– Пожалуйста, Тесс! Не надо на меня злиться.

– Я вас ненавижу! – визгливо воскликнула она.

– Правда? – Он усмехнулся. – Вы мне сейчас тоже не очень нравитесь.

– Тогда отпустите меня!

– Сперва успокойтесь!

– Я спокойна, как никогда!

Он неохотно отпустил ее, она отступила на шаг и стукнула его кулачком в грудь, настолько сильно, что отшибла костяшки пальцев.

– Какая муха вас укусила? – спросил он, вскинув бровь.

– Не смейте ко мне прикасаться! Я терпеть вас не могу!

– Неужели? – Он вновь привлек ее к себе.

Она ошалело заморгала, почувствовав прилив жара.

Он наклонился и поцеловал ее в губы.

Внутри у нее словно что-то взорвалось, она задрожала от охватившего ее вожделения, раскрыла рот и со стоном ответила на его поцелуй. Все клеточки ее тела молили о немедленном удовлетворении, голова наполнилась туманом, ярость ушла, сменившись страстью.

Язык Хита проник ей в рот. Она прижалась к нему грудью и со стоном прикусила ему губу.