Лоретта Чейз - Вчерашний скандал

Поскольку я привык к походным кроватям или одеялам на полу гробниц, то, разумеется, не стану спорить из-за расцветок и стилей. Полагайся на собственное суждение, и если ты сочтёшь, что требуется что-то ещё, прошу, добавляй это к своим покупкам без колебаний. В любом случае, у меня нет сомнений, что твой вкус в подобных делах значительно превосходит мой.

Я направил письмо Мэйнсу, агенту моего отца в Эдинбурге, известив его о твоей миссии. Все счета отсылай ему. Я знаю, что он, как и любое другое разумное существо мужского пола, будет счастлив помочь тебе во всём, что тебе потребуется. Ты найдёшь его имя и адрес в списке Николса.

Надеюсь увидеть тебя через неделю-другую в нашем Замке Ужасов.

Искренне твой,

— О, Лайл, — сказала Оливия. — Эти игры немного ребячливы. И всё же…

Она задумалась.

— Да, ты не полный тупица. Ты заметил ошибку в своих действиях, я не сомневаюсь. С глаз долой, из сердца вон.

— Мисс?

Оливия помахала ей письмом.

— Передышка, Бэйли. Он уехал, а мы отправляемся за покупками.

Эдинбург, 12 октября

Дорогой Лайл,

Чтобы не подвергать Леди ещё одному Долгому Дню в карете, я решила ехать в Эдинбург без спешки, с частыми остановками. Мы прибыли сегодня Поздно Вечером, и о, какое зрелище предстало перед нами, в точности как описывал Скотт:

И башни кажутся темнейОт блеска солнечных лучейГромады их издалека —Как грозовые облака,А замок над крутым холмом,Как в блеске молнии немом,Над гребнями далеких кручВеличественен и могуч.Мой романтичный город![12]

Может быть, ты припоминаешь, что я здесь была в Детстве, но мои Воспоминания туманны, и я думала, что выдумала их: Замок, венчающий собою Огромную Скалу, виднеется сквозь копоть и туман, Шпили и Башни пронизывают задумчивую атмосферу, старинный Город с высокими Домами, громоздящимися на гребне горы. Но вот он, самый Поразительный Город в целом Мире — и да, я бы бросила вызов самому Сфинксу, чтобы соревноваться за здешнюю Атмосферу.

Однако перейду к Делу. Живописный Город полон магазинов на любой вкус. Ещё больше магазинов можно отыскать в куда менее романтичном Новом Городе, прямо на северо-западе. (Там раньше жил твой кузен, кстати, в Элегантном Здании, заполненном до ошеломляющей степени Старыми Книгами и Бумагами). Без сомнений мы сможем выполнить самые неотложные из поручений за несколько дней походов за покупками. Я пошлю тебе всё сразу, кроме слуг, без которых мы не можем обойтись. Эдвардс, наш Дворецкий, захочет сделать всё возможное, чтобы замок стал пригодным для жизни к нашему приезду. За это время я наведаюсь в бюро по найму и заявлю о наших нуждах. Учитывая УЖАС ПЕРЕД ЭТИМ МЕСТОМ у местных жителей, нам придётся полагаться на собственные Скромные Силы, по крайней мере, на какое-то время.

Я совершенно уверена, что мы быстро докопаемся до причин ПОЯВЛЕНИЯ ПРИЗРАКОВ и наймём достойную шотландскую прислугу, поскольку, как тебе известно, наши Лондонские Слуги взяты взаймы и скоро должны возвратиться. Желательно, до того как моя мама узнает, что я их Выкрала.

В среду Рой и Джок Ранкины возвращались из Эдинбурга, в их карманах побрякивала выручка от последней продажи вещей, которые им не принадлежали. Они застали горвудскую таверну, гудящей от новостей: сын маркиза Атертона, граф Лайл прибывает в Горвудский Замок с кортежем лондонских слуг. Одна карета с коробками и сундуками и прислугой уже приехала, остальные ожидаются на днях.

Рой и Джок переглянулись.

— Сомнительно это, — сказал Рой. — Какие-то лондонцы приезжают поглазеть на старый замок, как это они иногда делают. Все вокруг возомнили невесть что. Вечно думают, что кто-то приедет. Никто здесь не живёт с тех пор, как старик уехал — сколько? — лет десять тому назад.

Но окружавшие их люди были взволнованы гораздо сильнее, чем когда волновались из-за приехавших из Англии путешественников, которые желали осмотреть замок.

Через некоторое время братья покинули пивную и отправились под дождём увидеть всё собственными глазами.

Как они обнаружили, их соседи совершенно верно передали обстановку. С дороги, сквозь непрекращающийся моросящий дождь, они рассмотрели свет, по меньшей мере, в трёх окнах. Когда братья подобрались ближе, то обнаружили экипаж и лошадей в обветшалой конюшне.

— Так не пойдёт, — сказал Рой.

— Нам придётся их остановить, — добавил Джок.

Дворецкий Эдвардс был не настолько пьян, как ему хотелось бы. Дождь шёл непрерывно с тех пор, как они приехали в замок. Это была отвратительная груда камней, промозглая и пропахшая нежилым духом. Они привезли постельное бельё, но кроватей не нашлось. Для хозяина, привыкшего спать на каменном полу или голой земли, это было пустяшным делом, но Эдвардс привык к иному.

Они работали от самого рассвета и задолго после заката, пытаясь привести главную башню в место, где смогут жить дамы. Крестьяне оказались несговорчивыми. Они непреклонно отказывались понимать простейший английский, и сам господин, при всём своём знании наречий язычников, не смог ничего разобрать в их говоре.

К лондонским слугам относились как к армии захватчиков. Можно было подумать, что владельцы магазинов нуждаются в клиентуре, но попроси у них того или этого, и в ответ получаешь бессмысленный взгляд. И когда они, наконец, снизойдут до того, чтобы обслужить тебя как покупателя, то перепутают заказ.

Наконец, они поняли его верно в таверне «Кривой Посох», после того, как заставили сделать дюжину кругов и, наконец, представить заказ в письменном виде. Эдвардс остановился там, чтобы немного погреться перед тем, как тащиться обратно в проклятый замок по сырости.

Дорога была пустынной, ни единого фонаря. С одной стороны он различил силуэт церкви, сгоревшей дотла в прошлом веке. Перед ним был церковный двор, надгробные камни торчали под разными углами, словно дождь, темнота и холод тянули их книзу.

Эдвардс смотрел в том направлении, дрожа, когда услышал шорох. И вдруг она выросла прямо перед ним, белая фигура со светящимися глазами.

Он закричал, повернулся и побежал.

Он бежал, и бежал, и бежал.