Элейн Барбьери - В плену экстаза

Злой и уставший, Рэнд вышел на улицу. Он обошел все салуны и бары в Абилине, но Дракера нигде не было. Уже давно стемнело, и из многочисленных заведений доносились звуки музыки и взрывы смеха. В другое время Рэнд непременно куда-нибудь зашел бы, чтобы развеяться. Но сейчас всеобщее веселье только раздражало его — Рэнда одолевали дурные предчувствия.

Будь он проклят, если не обошел все увеселительные заведения в городе — все до единого! Он расспросил всех барменов и всех хозяек притонов, но никто ничего не знал о мальчишке. Так куда же Дракер отправился?..

И еще больше его встревожил тот факт, что Холл, которого он встретил в одном из баров, имел чрезвычайно самодовольный вид. Возможно, этот мерзавец догнал Дракера и избил до полусмерти, так что теперь мальчишка лежит в каком-нибудь темном переулке и… Рэнд невольно сжал кулаки и пробормотал:

— Холл пожалеет, что на свет появился, если только он посмел поднять на парня руку.

Сняв шляпу, Рэнд в задумчивости провел ладонью по волосам. Он был абсолютно уверен, что Дракер все еще находится в городе. Час назад он заходил на платные конюшни и видел в стойле лошадь мальчишки — маленькую гнедую кобылку, на которой тот отправился в Абилин.

«Но куда же парень мог пойти?» — спрашивал себя Рэнд снова и снова. В конце концов он решил отправиться в гостиницу — там, в номере, который Рэнд снял, его поджидала бутылочка «Джима Кроу»… И уже у входа в гостиницу Рэнд вдруг сообразил, что это единственное место, где он не наводил справки.

Перепрыгивая через две ступеньки, Рэнд бросился на верхний этаж. Поднявшись, остановился в гостиничном коридоре и осмотрелся. Комната под номером шестнадцать, а совсем рядом находилась комната, где остановились Люсиль и Пат. Рэнд криво усмехнулся. Если бы он принял приглашение Люсиль, то, вероятно, столкнулся бы с мальчишкой в коридоре или на лестнице.

Черт побери, а ведь он весь вечер сходил с ума от беспокойства! Думал, что парня снова избили. Вероятно, именно поэтому он остался равнодушен к роскошным формам красавицы Люсиль, которые она старательно выставляла на всеобщее обозрение. Проклятие, если бы он знал, что с мальчишкой все в порядке, то давно бы уже нежился в постели и…

Но почему он так уверен, что с парнем все в порядке? Может, Холл все же добрался до него? Может быть, Дракер сейчас…

Рэнд решительно зашагал по коридору. Остановившись у двери шестнадцатого номера постучался:

— Дракер, ты здесь?

Мальчишка не отвечал. Однако дежурный в вестибюле сказал, что не видел, чтобы парень спускался вниз. Значит, тот в номере.

— Дракер, это я, Рэнд Пирс! Ответь, черт тебя подери!

Снова молчание. Рэнд прислушался, и тут ему вдруг показалось, что из-за запертой двери донеслось какое-то бормотание, похожее на всхлипывание.

— Дракер, открой! Это я, Пирс!

— Я… я не могу вас впустить. Мистер Пирс, пожалуйста…

Рэнду показалось, что мальчишка опять всхлипнул, и его вновь охватила тревога. Значит, Дракера действительно избили! Мальчишка едва ворочал языком.

Рэнд отступил на несколько шагов, а затем с силой ударил ногой прямо в замочную скважину. Дверь не поддалась, и он нанес еще несколько ударов. Наконец раздался треск, и Рэнд, ворвавшись в комнату, невольно отступил на шаг, онемев от изумления…

Перед ним, в глубокой медной ванне, стояла очаровательная девушка, прижимавшая к груди простыню. Влажная ткань так плотно облегала ее стройную фигурку, что скорее подчеркивала, чем скрывала, то, что девушке хотелось скрыть. Волосы красавицы отливали белым золотом, а черные, точно ночное небо, глаза смотрели на него не мигая. Девушка судорожно сглотнула и еще крепче прижала к груди простыню; ее хрупкие плечи и руки чуть подрагивали…

Тут Рэнд наконец-то обрел дар речи и пробормотал:

— О Господи, Дракер, это ты?..

Ответа не последовало, но Рэнд в нем и не нуждался. Теперь он понял… Оказывается, Дракер — женщина! Да, теперь ему все ясно, теперь все стало на свои места. Вот почему его одолевало какое-то странное беспокойство, когда Дракер находился поблизости, вот почему он пытался заботиться о нем и постоянно наблюдал за ним, искал глазами хрупкую фигурку…

Рэнд внезапно улыбнулся и в смущении пожал плечами:

— Видишь ли, Дракер, я же не знал… Конечно, я чувствовал, но… Если бы я знал…

Тут из коридора донеслись чьи-то шаги, и Рэнд поспешно захлопнул дверь. Снова посмотрев на Билли, он вдруг заметил, что ома чуть пошатывается.

Решив, что девушке плохо, Рэнд бросился к ней, чтобы поддержать. Он привлек ее к себе и тут же почувствовал, как она прильнула к нему. О, это было чудесное, восхитительное ощущение… Так вот какая она, оказывается… настоящая Дракер… Рэнд еще крепче прижал Билли к себе. Сердце его гулко колотилось, и грудь распирал бурный восторг; в этот момент ему казалось, что он с самого начала все знал — знал, что Дракер вовсе не парень, а очаровательная девушка.

Тут она подняла на него глаза, и взгляд у нее был какой-то странный, отрешенный… Почувствовав резкий, но приятный запах, Рэнд перевел взгляд на полупустую бутылку и стакан на столике возле ванны. Тихонько рассмеявшись, он спросил:

— Дракер, ты напилась?

Билли вскинула подбородок и попыталась сфокусировать взгляд на лице красивого незнакомца. Впрочем, нет, ведь это… Да, это именно он, Рэнд Пирс… Тот самый Рэнд, который целовался у нее на глазах с рыжеволосой красавицей. Память снова воскресила невероятную боль, которую ей удалось на время притупить…

Билли на мгновение прикрыла глаза; когда же она снова взглянула на Рэнда, то увидела, что его чудесные голубые глаза смотрят на нее необыкновенно ласково, а губы его… они находились в соблазнительной близости. И он улыбался, вернее — смеялся. Он смеялся над ней! Да-да, он сказал, что она… напилась!

Она попыталась покачать головой в знак опровержения его оскорбительного замечания. Но тут комната вдруг поплыла у нее перед глазами, и Билли лишь с помощью Рэнда удержалась на ногах. Досадливо поморщившись, она сделала глубокий вдох и заявила:

— Я не пьяна!

Внезапно лицо Рэнда приблизилось к ней, и его губы прикоснулись к ее губам. Потом он опять улыбнулся и сказал:

— Дракер, зачем ты довела меня до этого? Я чуть не умер от беспокойства. Я носился по всему городу и искал тебя. Я не понимал, что со мной происходит, но мне казалось, что я вот-вот сойду с ума. Я ни о чем не мог думать — только о тебе. Теперь-то я понимаю, почему мне все время хотелось о тебе заботится, оберегать тебя. Как же долго мне пришлось ждать, чтобы узнать, кто ты на самом деле. И вот сейчас, когда я нашел тебя… такую прекрасную, сейчас я вижу, что ты, оказывается, пьяна…