Джил Грегори - Побещай мне рассвет

Фрэнсис задумалась. Идея ей явно понравилась. Ее пухлые губы расплылись в ухмылке.

– Да, золотые подойдут больше. И как это мне самой не пришло в голову? Очень хорошо, можешь заменить пуговицы. Но платье мне понадобится к четвергу.

– Хорошо. – Белинда и Люси украдкой обменялись быстрыми взглядами.

Белинда повернулась, чтобы уйти.

– Всего доброго вам обеим, – произнесла она бодро. Фрэнсис Майлз не удосужилась ответить. Она в своей обычной манере отдавала распоряжения Люси:

– Живо отнеси свертки в кухню. Поторопись, девушка! Да, кстати, ты не видела ребенка Гершолма? Этот безмозглый сопляк забрел куда-то, и теперь полдеревни его ищет. Вот уже два часа, как заметили, что он пропал.

– А-а-а!

Фрэнсис от неожиданности умолкла, а Белинда резко повернулась в дверях: кричала Люси. Она обхватила голову руками, глаза ее были закрыты.

– Люси, что с тобой? – Белинда подскочила к ней сбоку, испуганно вглядываясь в посеревшее лицо подруги. – Люси, нет, только не сейчас, – шептала она, видя, с каким недоумением Фрэнсис смотрит на свою светловолосую служанку. Но Люси, похоже, ее не слышала. Она словно оцепенела, забыв, где она и кто ее окружает. Белинда умоляюще дотронулась до ее руки. – Люси! Люси, прошу тебя…

Внезапно глаза девушки распахнулись. От сверкавшего в них ужаса у Белинды мурашки побежали по коже.

– Ребенок! – ахнула Люси, бледная, как сама смерть. – Ребенок Гершолма! Я вижу его в пруду!

Белинда почувствовала, как румянец сходит с ее щек. Сердце ее подпрыгнуло.

– В пруду? В каком пруду? Скорее, Люси!

У Люси дрожали руки. Она прижала ладонь ко лбу, словно ощущала ужасную боль.

– В Уистлдаунском пруду, у Дальнего луга, – выдавила она. Потом у Люси подкосились ноги, и она опустилась на скамью.

– Присмотрите за ней! – бросила Белинда через плечо и опрометью понеслась к Дальнему лугу.

Она заметила, как вытянулось лицо Фрэнсис Майлз, и страшилась последствий странного поведения Люси, но сейчас ей некогда было думать об этом. В этот момент только ребенок имел значение – маленький карапуз, внук Гудуйаф Флетчер. Белинда бежала к Дальнему лугу, моля Бога о том, чтобы не опоздать. Дорога к лугу преграждалась густым лесом, и девушка цеплялась за ветки, продиралась через чащу, но не замедлила своего бега. Белинда неслась не разбирая дороги, размахивая руками, дыша тяжело и прерывисто. Страшное видение: ребенок, безжизненно покачивающийся в кристальных глубинах, – подстегивало ее, заставляя забыть обо всем прочем. Платье ее рвали кусты ежевики. Белинда спотыкалась о камни, цеплялась ногами за корни и мчалась дальше. У нее появилось такое чувство, словно ей предстоит бежать вечно. Разгоряченная, выбившаяся из сил, она удерживалась на ногах лишь за счет силы своего отчаяния. Внезапно на глаза ей попались Уилл Гершолм и его старший сын, ведущие поиски в зарослях впереди нее. Собрав последние силы, она выкрикнула:

– Пруд!

Но из груди ее вырвался лишь негромкий хрип. Задыхаясь, она приблизилась к ним и повторила свою попытку.

– Пруд! – наконец прохрипела она, когда коренастый усатый фермер и его долговязый сын повернулись к ней с недоуменным видом. – Он… в пруду… – выдохнула Белинда и, не дожидаясь ответа, побрела мимо них к воде, которая, как она знала, начиналась совсем рядом, за березовым перелеском.

По топоту ботинок, раздававшемуся у нее за спиной, Белинда поняла, что Уилл Гершолм с сыном бросились за ней следом. Перегнав ее, они первыми оказались у пруда. В тот момент, когда Белинда добралась туда, мальчик крикнул: – Сюда, папа!

Все трое в изумлении наблюдали, как крепыш всего двух лет от роду полз через кусты ежевики на дальней стороне Уистлдаунского пруда. Щеки его были вымазаны ежевичным соком. Он радостно улыбался. И тут, у них на глазах, ребенок, засмеявшись, взмахнул ручонкой и плюхнулся в воду. Белинда вскрикнула.

Уилл Гершолм бросился в пруд прямо в ботинках, одетый и, прошлепав по мелководью, быстро достиг того места, где барахтался малыш. Уилл быстро вытащил мальчика из воды и понес к берегу, прижимая его к груди и бормоча что-то хрипло и сердито.

Белинда с облегчением всхлипнула. Все закончилось. Ребенок спасен. Она, тяжело дыша, опустилась на влажную траву у самой воды. Девушка смутно осознавала, что Уилл и старший мальчик смотрят на нее, обсуждая что-то, но в голове стучало, а бок мучительно ныл. Закрыв глаза, Белинда приникла щекой к мягкой траве. Выложившись без остатка во время изнуряющего бега, она совсем обессилела. Внезапно какой-то шум вывел ее из глухого забытья. Сев медленно, неуверенно, словно пьяная, ошеломленная Белинда обнаружила, что теперь они с Уиллом и его двумя сыновьями уже не одни на берегу пруда. С полдюжины людей стояли среди камышей и первоцвета, рассматривая ее с ужасом и отвращением.

– Ведьма сказала ей. Вот откуда она узнала! – воскликнул Уилл Гершолм, и лицо его, обычно красное, побелело. – Да, вовремя я вытащил своего мальчика из воды. Как есть вовремя!

– А где эта ведьма сейчас? – гаркнул какой-то мужчина из толпы.

Фрэнсис Майлз вышла вперед со скрещенными на груди руками.

– Сидит под замком в нашем сарае, – сообщила она. – Папа продержит ее там, пока Нед съездит в деревню за констеблем и мировым судьей Кэди. – Она выразительно посмотрела на Белинду, и ее голубые глаза заблестели. – И эту тоже нужно арестовать. Обе они – прислужницы дьявола, – объявила Фрэнсис.

– Нет! – подала голос Гудуайф Флетчер, бабушка маленького Джона Гершолма. – Белинда спасла ему жизнь. Она не ведьма. Она – провозвестница милосердия!

Люди нерешительно переглядывались, что-то обсуждая вполголоса. Но стоило Белинде, пошатываясь, встать на ноги, все умолкли и устремили на нее настороженные, подозрительные взгляды.

Белинда прошла вперед, к Фрэнсис Майлз.

– Так, значит, вы послали за констеблем, чтобы арестовать Люси? – недоверчиво спросила она. – Как вы могли?

– А чего еще ты от меня ожидала? – набросилась на нее Фрэнсис, скривив и без того малопривлекательную физиономию. – Эта девчонка – ведьма! Дьявол посылает ей видения, она вступила с ним в сговор, прислуживает ему…

– Уилл Гершолм! – Белинда подошла к коренастому фермеру, с которого после купания в пруду до сих пор стекала вода. Тот смущенно посмотрел на нее. – Неужели вы считаете Люси Бруер ведьмой? Она спасла жизнь вашему сыну! Видение, снизошедшее на нее, которому мы с Фрэнсис Майлз стали свидетелями, – это божественный дар, сохранивший жизнь вашему ребенку! Неужели вы этого не понимаете?

Близко посаженные карие глаза Уилла метались туда-сюда, от Белинды к Фрэнсис. Он нерешительно переминался с ноги на ногу, потирая большие мозолистые ладони.