Кейтлин О'Райли - Грешная ночь

– Моя мама умерла, когда я родилась, – просто сказала Вивьен и посмотрела на Эйдана.

Он не знал, что на это сказать.

Затем Вивьен широко улыбнулась ему и продолжила:

– Но мой папа живет вместе со мной, когда возвращается из плавания.

Эйдан застыл на месте. Он тут же понял, почему маленькая колдунья привела его сюда.

– У твоего папы есть корабль?

– Да, и очень большой, – с гордостью объявила она, кивая головой. Потом Вивьен дала ему маленькую вещицу, которую взяла с полки. – Мой папа нашел это на одном из островов недалеко от Флориды, когда я была совсем маленькой, и привез мне в подарок. Это раковина моллюска. Я хочу, чтобы ты взял ее с собой.

Эйдан протянул руку, взял ее из рук девочки и осторожно, с благоговением положил к себе на ладонь. Раковина была очень хрупкой, изящной, бледно-розового цвета, с концентрическими спиралями, которые шли одна поверх другой. Конечно, Эйдан находил много раковин на берегу моря, но ни одна из них не пробуждала в нем образы горячего солнца, синей воды и тропических растений, которые он видел в книгах.

– Я никогда не видел ничего подобного. Почему ты отдаешь ее мне?

– Чтобы эта раковина напоминала тебе о всех тех местах, которые ты однажды увидишь, и для этого тебе даже не придется тайком забираться на корабль. Если ты приложишь ее к уху и подождешь немного в тишине, то услышишь звуки океана.

Эйдан так и сделал и действительно услышал шум прибоя.

– Это поразительно! И ее действительно привезли с другого берега Атлантики?

– Да. Мой папа привозит мне всякие вещи из всех своих плаваний. – Прежде чем Эйдан сообразил, что она затевает, Вивьен опять взобралась на подлокотник кресла, взяла что-то с полки и спрыгнула на пол. Протянув вперед руку, она торжественно показала Эйдану какой-то белый продолговатый предмет.

– Потрогай его, – с волнением проговорила Вивьен. – Это зуб аллигатора! Настоящего живого аллигатора из Флориды. Его мне тоже привез папа.

Эта новость лишила Эйдана дара речи. В его игровой комнате в Кэшелвуде было много самых разнообразных игрушек, купленных в дорогих магазинах, – оловянных солдатиков, книжек с красивыми картинками, деревянных кубиков, набитых ватой животных, красок и кисточек, а также различных музыкальных инструментов. Но у этой маленькой девочки, живущей в таком небольшом доме, были сокровища, о которых он не мог и мечтать.

– А твой папа убил аллигатора? – наконец вымолвил Эйдан.

– Нет, это сделал кто-то из его команды. А теперь мой папа поплыл в Южную Африку. Если ты пообещаешь, что не станешь забираться тайком на корабль – сегодня или в любой другой день, – то я возьму тебя с собой на его судно, «Большую волну».

Глаза Эйдана расширились от изумления.

– Ты не шутишь?

Вивьен кивнула, подтверждая свои слова. На ее лице появилась улыбка, и Эйдан вновь вспомнил об эльфах.

– Но почему? – недоверчиво спросил он, пораженный тем, что Вивьен была так щедра с ним. Да, Эйдан носил знатную фамилию, жил в прекрасном и богатом поместье и предположительно имел все, что пожелает. Но тем не менее он понял, что завидует ирландской девочке из простой семьи. Эйдан чувствовал, что ее жизнь была более полной и счастливой, чем его, и потому сильно робел перед Вивьен и отчаянно восхищался ею.

– Друзья всегда так поступают друг с другом, Эйдан Кавана. Ты помог Энни. Значит, теперь ты мой друг.

Эйдан ощутил, как его щеки залил горячий румянец. Ему казалось, что он сейчас расплачется, только непонятно отчего – от радости или смущения. У него появился первый друг. У Эйдана никогда раньше не было настоящих друзей, ведь он всю жизнь находился под пристальным наблюдением мамы. А она считала, что все вокруг не годились для того, чтобы дружить с ним. Вивьен Монтгомери была младше его, да еще и девочкой, но она, наверное, действительно умела колдовать, потому что теперь Эйдан больше всего на свете хотел, чтобы она стала его другом. Он застенчиво улыбнулся ей.

В этот момент в комнату вошла пожилая женщина, вытирая на ходу руки о белый передник, повязанный вокруг талии. Она была худощавой, с такими же черными волосами, как у Вивьен, а на ее морщинистом лице сияла добрая улыбка. Наверное, это и была ее бабушка, знаменитая колдунья!

– Я работала в саду и не слышала, как ты вернулась, Вивьен, – начала она, но тут заметила Эйдана. – Так, я смотрю, у нас гость? – спросила женщина и посмотрела на него теплым взглядом, как будто давным-давно знала его.

Вивьен сказала:

– Бабушка, это Эйдан Кавана. Я встретила его на берегу. Эйдан, это моя бабушка, Агги Джойс.

– Потомок одного из местных племен Голуэя, – выпалил Эйдан, думая о том, способна ли она и вправду накладывать заклятия. Мальчик вежливо пожал протянутую ладонь, осторожно переложив драгоценную раковину в другую руку.

Агги усмехнулась и сказала:

– Ну, я смотрю, ты уже все знаешь. Похоже, Вивьен опять хвасталась. – Она кинула на внучку сердитый взгляд, а потом повернулась обратно к Эйдану: – Вы пришли как раз вовремя, мистер Кавана из Кэшелвуда, чтобы выпить с нами чаю. Вивви, неси чашки.

Вивьен побежала накрывать на стол, и Эйдан последовал за ней в маленькую кухню, где тут же нашел источник восхитительного запаха. В чистой гостеприимной комнате стоял большой и крепкий деревянный стол, который окружали разные по форме и размеру стулья. Кухня явно была сердцем этого дома.

Эйдан молча уселся на красный стул и широко открытыми глазами смотрел, как бабушка и внучка суетились на кухне, наполняя ее смехом и весельем. Агги поставила перед ним тарелку свежеиспеченного хлеба со сливочным маслом и чашку горячего чаю с сахаром. Вивьен забралась на полинялое желтое кресло рядом с ним и без особых церемоний принялась за еду. Агги села за стол напротив них.

Эйдан никогда в жизни не ел на кухне! На самом деле повар в Кэшелвуде постоянно выгонял его оттуда. Как правило, он принимал пищу наверху, в своей комнате. По настоянию мамы он также порой ужинал вместе со своими родителями в формальной и давящей атмосфере их парадной столовой, где не произносилось ни одного приятного слова. В общем, время еды никогда не вызывало в нем приятных чувств.

Но сейчас... Этот маленький дом казался ему раем! Агги и Вивьен непринужденно разговаривали и даже смеялись, пока пили чай и ели хлеб. Их простая трапеза превратилась в радостное событие. Впервые в своей жизни Эйдан чувствовал в душе тепло и спокойствие, как будто он наконец вернулся в свой настоящий дом, где все было родным и знакомым.

Вивьен рассказывала, как они встретились на пляже и как помогли Энни, бедной больной девушке. Также она, не церемонясь в выборе слов, высказала бабушке все, что она думала о тех местных ребятах, которые издевались над ее подругой.