Дебора Мартин - Серебряный лебедь

Она робко подняла глаза и увидела по его лицу, что в душе Колина борются гордость и великодушие. Анабелла затаила дыхание.

– Разрази меня гром, если я вам не помогу! – воскликнул вдруг Колин. – Я не позволю возложить невинное создание на кощунственный алтарь нашего правителя.

У Анабеллы вырвался вздох облегчения.

– Спасибо, Колин, – она хотела поцеловать его, но не решилась, испугавшись, что он может превратно понять ее порыв.

– Не спешите с благодарностями. Моя помощь имеет свою цену, и вы об этом знаете, не так ли?

Дрожь охватила Анабеллу.

– Вы получите все, что пожелаете, – прошептала она, гордость не позволила ей сказать большего.

Оценив смысл ее обещания, Колин пристально посмотрел на нее и ответил:

– Ваше предложение соблазнительно, но боюсь, я не в состоянии его принять. На самом деле мне вовсе не нужна ваша проклятая невинность.

Изумленная Анабелла несколько секунд не могла подобрать слов.

– Тогда… тогда чего же вы хотите?

– Хочу услышать правду. Если я избавлю вас от развратных королевских поползновений, вы должны будете рассказать мне все – и почему вы прикидываетесь распутницей… и зачем приехали в Лондон… и почему мой интерес так вас настораживает.

Анабелла резко отвернулась и еле слышно прошептала:

– Я предпочла бы, милорд, чтобы вы удовольствовались моей невинностью.

В ответ раздался довольный смешок:

– Не сомневаюсь! Что ж, возможно, я получу в придачу и это. Поживем – увидим.

В порыве негодования Анабелла обернулась, но, не дав ей произнести ни слова, Колин продолжил:

– Однако, мой очаровательный лебедь, я не хочу получить вашу невинность в виде платы или благодарности за какую-либо услугу. Я намерен завоевать вашу любовь. Высоко ценятся только добровольные дары.

В его глазах сквозили уверенность и вызов.

– Похоже, вы не сомневаетесь, что получите желаемое.

– Там будет видно, – Колин с фатовской усмешкой прислонился к стене и спросил: – Итак, дорогая Анабелла, вы согласны на сделку? Я обещаю вам помощь в обмен на вашу тайну.

Анабелла отошла к окну и, глядя на улицу, задумалась над его предложением. Она не хотела рассказывать ему всего, пока не поймет, на чьей он стороне. Может быть, ей удастся утолить его любопытство пустяками и сохранить в тайне самое главное?

Понимая, что выбора у нее все равно нет, девушка со вздохом ответила:

– Хорошо. Я согласна.

– Тогда приступаем к действиям. Нам нужно поспешить. Мой друг леди Фолкхем ждет меня в своей карете перед театром. Думаю, я смогу убедить ее, чтобы она отвезла нас к вам домой и помогла одурачить короля.

Анабелла видела в окно одинокую карету, стоящую в конце переулка, но не смогла разглядеть, кто в ней сидит.

– Леди Фолкхем, – как можно небрежней заметила она, – это новая женщина в вашей жизни?

Как она ни старалась, в ее голосе прозвучала обида.

Смех Колина еще больше усугубил досаду Анабеллы.

– Только не говорите мне, что в ледяном сердце лебедя есть место для ревности.

Анабелла склонила голову и, по-прежнему уставившись в окно – она боялась выдать взглядом свою ревность, – ответила уже более спокойно:

– Нет, я просто подумала, как мало времени вам понадобилось, чтобы заменить один объект воздыхания на другой.

Она не успела продолжить, Колин быстро пересек комнату, повернул ее лицом к себе и, сурово сверкая глазами, воскликнул:

– Послушай, моя остроязыкая красавица! Я не позволю себе даже прикоснуться к руке графини Фолкхем без разрешения ее мужа. Она добросердечная леди и скорее всего поможет вам выпутаться из сегодняшних неприятностей. Поэтому прошу вас обращаться с ней миролюбиво и не обижать ее своими дерзостями.

Девушка сразу почувствовала, что он говорит правду, и ее щеки запылали от стыда. В то же время она непроизвольно сравнила глубокое почтение, которое он испытывал к леди Фолкхем, с легким пренебрежением по отношению к ней самой, и ей стало обидно.

– Прошу прощения, – прошептала она, – обещаю вести себя почтительно.

Глядя на нее, Колин постепенно успокаивался, и в его глазах стала просыпаться страсть. Сейчас он впервые прикоснулся к ней после сцены в доме Ривертона.

Он чувственно погладил плечо Анабеллы и взял девушку за подбородок. Прикосновение его пальцев к пылающей коже обожгло ее ледяным холодом, но глаза Колина горели ярче разгоревшегося костра.

– У меня разрывается сердце, когда вы на меня так смотрите, – тихо произнес он. – Как я хотел бы знать, что за страдания таятся в вашем взгляде!

– Иногда лучше не знать подобных вещей.

Он вздохнул и направился к двери, бормоча на ходу:

– Может быть… может быть…

Но Анабелла почувствовала, что он с ней не согласен.

К радости Анабеллы, леди Фолкхем оказалась умной добросердечной женщиной, которая общалась с ней без аристократической заносчивости. По дороге Колин ввел миледи в курс дела. К тому времени, как они добрались до дома Анабеллы, леди Фолкхем уже оживленно обсуждала с Колином план спасения девушки от короля. Было решено, что Анабелле следует прикинуться больной.

– Я приготовлю мазь, от которой ее кожа запылает, – сказала леди Фолкхем. – Мы разотрем бедняжку этой мазью. Все будут считать, что у нее лихорадка. На самом же деле мазь совершенно безвредна. Если, конечно, правильно ее приготовить.

Колин настороженно прищурился:

– А если неправильно, Мина?

Однако леди Фолкхем продолжала, словно и не слышала его замечания:

– Действие этого снадобья длится недолго. Можно использовать рвотное. Тогда мы добьемся еще большего эффекта.

– Нет, – перебил ее Колин, взглянув на Анабеллу. – Не думаю, что мы должны прибегать к столь мучительным средствам.

– В любом случае, это будет менее мучительным, чем «ужин» с королем, – вмешалась Чэрити.

Колин наградил ее сердитым взглядом.

– Ваши средства меня не пугают, – заявила Анабелла, которой надоело, что о ней говорят так, словно ее здесь нет. – Если бы это спасло меня от короля, я согласилась бы подцепить и настоящую лихорадку.

– Настоящая лихорадка нам ни к чему, – возразила леди Фолкхем, – мы и так сумеем обвести Его Величество вокруг пальца. Ладно. Давай приступать к делу. Я обеспечу тебе жар и рвоту. Остальное – кашель, боли, озноб – тебе придется изобразить самой, – она улыбнулась Анабелле. – Судя по тому, что я видела в театре, милочка, тебе нетрудно будет это сыграть.

Анабелла польщенно зарделась.

– Да, да, моя хозяйка, если захочет, превосходно сыграет все что угодно, – с гордостью вставила Чэрити.

Взгляды Колина и Анабеллы встретились, и она поняла, что он вспоминает о предыдущем визите к ней домой.