Джиллиан Хантер - Порочен, как грех

Она вздохнула в предвкушении. Но едва их губы соприкоснулись, Гейбриел поднял голову и тихо выбранился.

– Окно.

Она снова вздохнула:

– Вы правы – это может подождать.

– На дороге стоит экипаж, – сказал он. – Я думал, вы наблюдаете.

Элетея оглянулась с досадой.

– Он принадлежит кузинам Шрусбери. Трем замужним женщинам, обожающим раздувать скандалы из ничего.

Гейбриел рассмеялся.

– Ну что ж, я здесь только для того, чтобы подать вам чай.

В тишине раздалось громкое цоканье трех пар каблучков на старой лестнице, ведущей в зал для собраний. Элетея в ужасе уставилась на дверь. Половина Хелбурна уже поняла, что она пригласила Гейбриела на ужин не только ради его умения играть в карты. А вторая половина очень скоро поймет.

– Нам придется обвенчаться в Лондоне, – торопливо сказал он, поняв ее. – Мои двоюродные братья будут настаивать на свадьбе с участием всей семьи. И на званом вечере, где мы объявим о нашей помолвке.

– Вы так серьезны.

– А вы нет?

Стук каблучков стал громче. Он задумчиво огляделся:

– Хотите, я спрячусь за занавесками?

– Как будто это не покажется еще более подозрительным. С таким же успехом вы могли бы вылить этот…

Дверь отворилась. В тишине явственно прошелестел женский шепот:

– В последнее время леди Элетея явно не очень-то оплакивает Джереми.

– А вы как бы поступили? – спросила самая молодая из кузин. – Боскасл порочно красив.

– И красиво порочен, насколько я понимаю, – со вздохом сказала старшая.

– Какой контраст с лордом Джереми! – сказала средняя, когда они вошли в комнату. – Он был такой любезный.

Потом все трое посмотрели на красиво-порочный предмет их обсуждений. Тот поклонился.

– Разрешите, я принесу еще чаю, чтобы смочить эти неугомонные языки? – проговорил он с улыбкой, от которой, как по собственному опыту знала Элетея, из голов сестер сразу вылетели все мысли.

– Мы сожалеем, Элетея, – сказала старшая из кузин. – Мы не знали, что сэр Гейбриел здесь…

– Он пришел мне помочь, – поспешно сказала Элетея. – Помогает снимать занавеси.

– И разливает чай, – добавил он.

Элетея и остальные женщины внимательно посмотрели на него. Ее не удивило, что сравнение с ее покойным женихом оказалось в его пользу. Но хотя их замечания втайне ей и понравились и хотя, ей не терпелось объявить, что он принадлежит ей, их шепотки все-таки омрачили ее настроение.

Джереми по-прежнему оставался угрозой ее счастью. Ее позор был глубже, чем она думала.

Глава 26

Всю долгую поездку в Лондон в карете Элетея притворялась спящей; она была слишком поглощена мыслями о Гейбриеле, о предстоящем вечере, чтобы поддерживать разговор. Ее кузина, леди Понтсби, и брат Робин переговаривались шепотом о том, какой у нее в последнее время тревожный вид и как полезно будет для нее снова появиться в высшем обществе, к которому она принадлежит по праву рождения. Они не подозревали, что она с Гейбриелом несколько дней встречались наедине и что ее тревога имеет причины, о которых она не сообщила. Ее брат все еще не преодолел предубеждений касательно Гейбриела, в то время как она была так беспомощно влюблена в этого человека, что не могла спать по ночам, потому что, глядя в окно, не сводила глаз с его дома.

– Ей одиноко, – сказала леди Понтсби озабоченно. – Она настолько отдалилась от общества, что непременно останется старой девой. И хотя сэр Гейбриел и оказался очаровательным гостем, нельзя не задаваться вопросом, как долго он здесь пробудет.

– Ей нужно время, чтобы изжить горе, – тихо заметил Робин. – С тех пор как его не стало, она сама не своя.

– Вздор. Ей нужен муж. Должна вам сказать, что я никогда не считала Хазлетта особенным.

– А мне казалось, вы его обожаете, – удивленно возразил Робин.

– Я просто притворялась ради Элетеи, – призналась леди Понтсби. – Откровенно говоря, я считала его ограниченным молодым человеком, вечно помыкающим своими родными.

Элетея с трудом подавила вздох. Она не знала, удастся ли ей притворяться спящей всю дорогу и не выдать себя при встрече с Гейбриелом на вечере у его двоюродного брата. Скоро всем все будет известно.

– Господь небесный! – воскликнула леди Понтсби с таким неподдельным ужасом, что Элетее больше уже нельзя было притворяться. – Разбойники! Защитите нас, Робин!

Элетея открыла глаза. Действительно, она отчетливо слышала топот конских копыт. Но широкоплечий всадник в темном плаще, скакавший теперь рядом с ними, к ее восторгу, оказался Гейбриелом.

– Друзья мои, – сказал он, поднеся ко лбу руку в кожаной перчатке, – позвольте мне сопровождать вас. Сейчас, – его глаза блеснули, хотя он старался не смотреть прямо на Элетею, – опасные времена для путешественников.

– Они опасны для каждого, – пробормотала Элетея, снова откидываясь на подушки.

Ее брат некоторое время внимательно смотрел на нее.

– Воистину. Полагаю, что нас окружают опасности, о которых я и не подозревал.

Прием в честь дня рождения достопочтенного Грейсона Боскасла, пятого маркиза Седжкрофта, был мероприятием, от которого не могли отказаться сливки сливок высшего общества. Некоторая часть бомонда уже вернулась с моря или из деревни на малый сезон.

Трудно было вообразить более интересный способ снова погрузиться в лондонскую жизнь, чем получить приглашение в великолепный особняк Грейсона из красного кирпича, некогда бывший – хотя об этом и не говорилось – домом висельников. Теперь же его близость к Гайд-парку придавала ему несомненную элегантность.

Погонщики скота, направляющиеся на рынок, и любопытные горожане глазели на происходящее через главные ворота с гербом маркиза, охраняемые несколькими лакеями в пудреных париках и ливреях. А главный лакей маркиза, многоопытный Уид, надзирал за всем происходящим внутри, в его обязанности входило попечение обо всех мелочах, начиная со снабжения шампанским певцов из итальянской оперы и кончая сыном и наследником Грейсона лордом Роуаном, игравшим в прятки среди мраморных колонн в коридоре.

Ко времени приезда Элетеи большая часть гостей уже перешла из многочисленных гостиных в боковой павильон, а оттуда разбрелась по парку под приятной сенью высоких платанов и среди классических статуй из выщербленного мрамора.

Гейбриела видно не было.

– Ну, кто же может найти своего любимого друга в такой модной толпе? – не подумав, пробормотала она, обращаясь к кузине.

Леди Понтсби улыбнулась в знак согласия, но она была настолько ослеплена парадом аристократов, шествующих мимо, что не обратила особого внимания на слова Элетеи.