Лаура Гурк - Двойной шантаж

Внезапная настороженность Кэти неожиданно прибавила ей очарования: девушка показалась Итану такой слабой и беззащитной… Поддавшись порыву, он приподнял одним пальцем за круглый детский подбородок ее голову, заглянул в большие голубые глаза, показавшиеся ему бездонными, и сказал:

— Не беспокойся, милая, ты сможешь участвовать в нашем фарсе с кристально чистой совестью, ведь я не собираюсь покушаться на твою женскую честь! — Скользнув восхищенным взглядом по ее прелестному лицу, он с грустью добавил: — Хоть мне и чертовски жаль!

Он резко убрал руку и проговорил уже другим, деловым тоном:

— Кроме того, еще до конца нашего спектакля ты заработаешь право на вознаграждение, которое я тебе обещал.

— Я не сомневаюсь в вашем слове, но у меня есть вопрос, — сказала Кэти, доверительно наклоняясь к нему через стол. — Каким образом мне придется зарабатывать это право? Может быть, уже пора посвятить меня в детали вашего плана?

— Всему свое время, — улыбнулся Итан, твердо глядя в ее вопрошающие глаза.

— Бог наградил вас поистине редким умением держать язык за зубами! — с досадой заметила Кэти, раздраженная его упорным нежеланием раскрыть ей хоть какие-нибудь секреты. — Как прикажете шпионить для вас, если я не знаю даже, что именно вас интересует?

Итан хотел было ответить, но их разговор прервало появление подавальщицы с двумя полными до краев кружками эля в руках, которые она тут же водрузила на стол перед Итаном и его собеседницей. Кэти бросила на нее любопытный взгляд — молодая, полногрудая, с тонкой талией и пышными бедрами, с длинными темными волосами, рассыпанными по плечам, подавальщица была очень недурна собой. Заметив изучающий взгляд Кэти, она сердито сверкнула на любопытную посетительницу глазами и повернулась к Итану, при этом воинственный блеск в ее глазах сразу сменился восторженным.

— Здравствуйте, мистер Хардинг! — с искренней теплотой в голосе сказала она и зарделась. — Извините, что не сразу подала вам эль, но у нас сегодня полно народу, как вы сами видите. Я так рада, что вы нас не забываете!

Если румянец на щеках подавальщицы еще можно было отнести за счет отсветов огня, ярко пылавшего в расположенном поблизости камине, то сердечность, с которой она приветствовала Итана, выдавала незнакомку с головой. «Бедняжка, — про себя резюмировала Кэти свои наблюдения, — она по уши влюблена в этого негодника!»

Ответив на приветствие, Итан тем не менее не представил девушек друг другу. Вместо этого он сказал подавальщице:

— У тебя, наверное, есть для меня новости? Девушка с готовностью кивнула, и он добавил:

— Иди, мы поговорим позже!

Хотя Итан выразился предельно ясно, подавальщица чуть помедлила, видимо, желая еще что-то сказать, но потом передумала и, обиженно закусив губу, пошла прочь, впрочем, успев на прощанье окинуть Кэти еще одним ревнивым, подозрительным взглядом.

— Кто она такая? — не удержалась от вопроса Кэти, когда подавальщица скрылась из виду. — Она смотрела на меня так, словно боялась за свой кошелек.

— Просто Дороти весьма проницательная особа, она сразу раскусила, что ты за птица, — ответил Итан с улыбкой, не глядя на собеседницу. Его глаза были устремлены в переполненный зал за ее спиной, и Кэти, воспользовавшись удобным случаем, принялась исподтишка разглядывать этого странного человека. Как он всегда напряжен, как беспокойно скользит по залу его ищущий взгляд, как будто он ждет нападения и в любую минуту готов его отразить… Догадывается ли он, что самый страшный его враг сидит за одним с ним столом на расстоянии вытянутой руки, что этот враг — она, Кэти?

От этой мысли девушке стало не по себе. Она отвернулась и сделала несколько больших глотков эля.

— Не так быстро, милая! — услышала она его насмешливый голос. Итан уже не смотрел в зал, а, подперев рукой подбородок, с интересом наблюдал, как она пьет. — Здешний эль легок на вкус, но очень крепок, а мои осведомители нужны мне только трезвыми, — добавил он, явно подтрунивая над ней.

Их взгляды встретились, и у Кэти вдруг перехватило дыхание и пошла кругом голова, но вовсе не от выпитого спиртного, — всему виной была близость Итана, дразнящий блеск в его глазах, таких притягательных и одновременно холодно-отстраненных. Она почувствовала себя так, словно легко и радостно, несмотря на головокружение, шла по самому краю нависшего над бездонной пропастью утеса к чему-то светлому, манящему, не забывая при этом, что один неверный шаг будет стоить ей жизни.

— Я не собираюсь напиваться, — пробормотала девушка.

— Очень благоразумно с твоей стороны. Рад это слышать!

— Скажите наконец, зачем вы меня сюда вызвали? — спросила Кэти, сделав еще один глоток из кружки.

— У меня были для этого целых две причины. Во-первых, я собирался обсудить с тобой предстоящий ремонт, а во-вторых, хотел тебя познакомить с двумя своими людьми. С Дороти ты уже познакомилась.

— А кто второй?

— Джошуа Макэлви, — ответил Итан, показав рукой на невысокого крепыша за стойкой, который наполнял из бочек пустые кружки. — Он владелец «Белого лебедя» и мой хороший друг.

— Вот как? Вы дружите с хозяином одной из излюбленных пивных английских солдат? — удивилась Кэти.

— Он же не виноват, что его питейное заведение им приглянулось! Просто «Белый лебедь» находится в двух шагах от форта, и англичанам не надо далеко ходить, чтобы пропустить кружку-другую. Для нас же «Белый лебедь» — источник ценнейшей информации: ты не представляешь, сколько важных новостей и слухов выбалтывают англичане после нескольких пинт доброго эля.

— Полагаю, Джошуа придерживается совсем не тех политических убеждений, что его покровители-англичане?

— Можно сказать и так, — улыбнулся Итан, и Кэти впервые заметила у него возле глаз легкую сеточку морщин, какие со временем появляются у смешливых людей. Должно быть, мистер Хардинг тоже любит посмеяться, но с ней он обычно держится серьезно, даже угрожающе…

— Мы с Джошуа знакомы уже много лет, — продолжил Итан, возвращая мысли девушки к теме разговора.

— Вы друзья детства? — попробовала угадать она.

— Нет, — ответил Итан. — Мы товарищи по оружию, вместе воевали в рядах колониальной милиции против французов на стороне Англии.

— Не может быть! Вы воевали на стороне Англии?

— Хочешь верь, хочешь нет, но это так. И мы с Джошуа не исключение — многие тогда думали иначе, чем теперь. В те времена мы считали Англию своей родиной, а короля — добрым отцом и защитником подданных. «Да здравствует Его Величество Георг!» и все такое…

Он замолчал и, нахмурившись, принялся задумчиво вращать кружку с элем между ладонями, видимо, размышляя о превратностях судьбы. Кэти даже показалось, что он забыл о ней, но после долгой паузы Итан вновь заговорил: