Маргарет Мур - Распутник и чопорная красавица

Если бы с ней что-нибудь случилось…

Он был так рад, что забыл обо всем. В два прыжка он оказался рядом с ней, поднял ее со стула и пылко, жадно поцеловал, вложив в поцелуй всю страсть, которую, как он себе постоянно напоминал, не имел права испытывать. От ее волос пахло дымом, а от губ — чаем «Граф Грей», но ему было все равно. Она жива, невредима и драгоценна, и на целый славный миг она прильнула к нему и позволила целовать себя. Правда, очень быстро отпрянула.

— Утеночек! — воскликнула она, покраснев и запыхавшись. — Где вы были? От вас разит перегаром!

— Я был в клубе. Как вы? Я увидел дым и подумал…

— Со мной все хорошо. Никто не пострадал, и ущерб, похоже, минимальный, — ответила она, взглядом напоминая ему о том, что они не одни.

Кроме кухарки, отвернувшейся от плиты, из кладовой выглядывала экономка, а от двери черного хода на них изумленно таращилась посудомойка.

— Могло быть и хуже, — заметил Куинн как можно равнодушнее и указал на треснутое стекло в окне кухни.

— Я вызову стекольщика и маляра, — вызвалась миссис Луэллен-Джонс.

— Отлично. Распорядитесь, пожалуйста, чтобы в комнату моей жены сейчас же принесли ванну и горячую воду — и то же самое мне, — приказал он, беря Эзме за руку и выводя ее из кухни.

У подножия лестницы Куинн заметил, что у Эзме темные круги под глазами, и вообще она была очень бледной. Она шагнула на первую ступеньку и вдруг пошатнулась. Он тут же подхватил ее на руки.

— Ничего не говорите, все равно не отпущу, — шепотом предупредил он, поднимаясь по ступенькам.

Эзме и не собиралась протестовать. Устало вздохнув, она положила голову ему на плечо.

— Вы точно не пострадали? — спросил он тихо и озабоченно. — Иногда вначале кажется, что все в порядке, а потом…

— Нет-нет, я просто устала.

Куинн отнес Эзме в спальню и захлопнул за собой дверь. То, что он должен был ей сказать, предназначалось только для ее ушей.

— Эзме, мне так жаль, что меня не было рядом! — сказал он, чувствуя себя последним подлецом. — Если бы с вами что-то случилось…

Она доверчиво положила руку ему на плечо. Наверное, так же она утешает своего брата… Его кольнула острая тоска. Ему не суждены любовь и преданность женщины вроде Эзме…

— Все хорошо, — тихо ответила она. — Серьезного ущерба нет. Пожар был очень маленький, и дом пострадал незначительно. К счастью, когда начался пожар, миссис Луэллен-Джонс уже была на ногах. Она увидела дым, разбудила слуг, и пожар потушили. — Неожиданно Эзме покраснела. — Извините, я забыла, что должна изображать дурочку…

Почему она чувствует себя виноватой? Это он должен был быть здесь и защищать ее, а не болтаться без дела в очередном клубе!

— И прекрасно, что вы вели себя благоразумно — ведь меня не было дома! — Может быть, она расстроилась из-за того, что он при всех поцеловал ее на кухне? Куинн решил, что подумает об этом потом. — По словам Максуини, пожар начался после того, как на солому и ящики из-под вина упала лампа. Как вы думаете, все произошло случайно или кто-то устроил поджог?

Эзме сдвинула красивые брови:

— Я тоже думала о том, что пожар, вполне вероятно, подстроен; злоумышленник мог проникнуть в сад со стороны конюшни, но тогда его сразу обнаружили бы, ведь ему нужно было открыть ворота. Я сразу же вызвала слуг и пересчитала их. Все оказались на месте. Конечно, пламя могло вспыхнуть уже после того, как злоумышленник вошел в дом и поднялся в крыло для прислуги, но до того, как миссис Луэллен-Джонс подняла тревогу.

Эзме подумала обо всем! Куинн не сомневался в том, что она весьма самостоятельная девушка, способна потушить пожар голыми руками и отдавать внятные распоряжения большому штату прислуги.

— Разумеется, поджигатель мог перелезть через стену, — продолжала она. — А если он зажег лампу в саду, конюхи не могли, его видеть… Но зачем кому-то поджигать дом вашего брата? Есть ли у него здесь враги? Или кто-то знает, что мы не те, за кого себя выдаем, пытается запугать нас и прогнать из Эдинбурга?

— Был ли пожар несчастным случаем или нет, я не желаю рисковать вашим благополучием, Эзме, — решительно заявил Куинн. — Завтра же отправлю вас обратно, в Лондон.

Эзме метнула на него беспокойный взгляд; усталость после пожара и всех волнений вмиг прошла.

— Скорее всего, пожар стал несчастным случаем и никто не желает нам зла. Ведь поджигатель мог бы все обставить и понадежнее… Кучка досок и соломы в саду была совсем маленькая; таким пожаром не уничтожишь дом и даже не причинишь серьезного ущерба! — Она расправила плечи и посмотрела на него в упор. — И потом, я не трусиха, которая бежит при первых признаках опасности! Я приехала сюда по просьбе Джейми и не уеду, пока не выясню состояние дел графа Данкоума!

Такой же упрямый огонь зажегся и в голубых глазах Куинна.

— До сих пор нам не удалось найти доказательств того, что графа обманывают. Вам незачем здесь оставаться. Сегодня я пришел к выводу, что мы оба можем вернуться в Лондон. Но, принимая во внимание пожар, мне лучше задержаться. Я постараюсь найти того, кто устроил поджог, и узнаю, зачем он это сделал!

— Если пожар устроил человек, который знает, кто мы такие, вот вам лишнее доказательство, что дело нечисто. Я не уеду, пока мы не поймем, кто за всем стоит! — решительно возразила Эзме.

— Что бы здесь ни творилось, вряд ли нам пригодятся ваши юридические познания, — возразил Куинн.

— Вы не знаете наверняка, — парировала Эзме. — Да и как вы объясните внезапный отъезд жены?

— Просто скажу, что вы поехали в Лондон навестить друзей или купить себе новые наряды.

— Но ведь!..

— Хватит, Эзме, — перебил он. — Вы уезжаете! Завтра же.

— Я не уеду!

— Я не хочу подвергать вашу жизнь опасности.

— Ничего подобного! — не сдавалась Эзме. — Ответственность за мою жизнь лежит на Джейми, ведь именно он предложил нам сюда приехать.

— Согласны вы или нет, я отвечаю за вас и не собираюсь рисковать.

Куинн вдруг осознал, что его терпение на исходе.

Эзме было все равно, злится он или нет; ей было все равно, что он говорит. Она никуда не уедет из Эдинбурга. Неужели он считает ее маленькой девочкой, которой можно приказывать? А может, она инвалид или трусиха, которая падает в обморок при первых же признаках опасности? В конце концов, пожар мог вспыхнуть и случайно; скорее всего, лампу уронил кто-то из слуг, который не признается, потому что боится, что его уволят. Она не служанка, не маленькая девочка и не трусиха. Она согласилась помочь брату узнать правду о том, что здесь творится, и, чего бы ей это ни стоило, она все выяснит! Но как ей убедить Куинна в том, что она права? Если он такой же, Как большинство мужчин, он не выносит кое-каких женских хитростей… Придется прибегнуть к уловкам, потому что он ее вынуждает!