Мэдлин Хантер - Воскресшая любовь

– Что, ради всего святого, ты здесь делаешь, Фиппен?

Все трое повернули голову и посмотрели на Истербрука. Фиппен замер, затем, поспешно спрятавшись за спиной Миллера, с опаской поглядывал в сторону окна. Миллер улыбался. Он был еще слишком молод и неопытен, чтобы понять, что бывают моменты, когда твоя жизнь висит на волоске.

– Извините, что мы вас разбудили, милорд. Но может быть, это даже к лучшему. Здешняя горничная наотрез отказалась входить в хозяйскую спальню, как мы ее ни уговаривали.

– Неудивительно: если бы она это сделала, я бы очень сильно рассердился. Она хорошая служанка и знает, как важно вести себя осмотрительно и быть незаметной.

Фиппен округлил глаза. Миллер захлопал ресницами.

– Мы бы не пришли, не будь дело очень важным, сэр. Вчера ночью принесли записку от вашего брата, лорда Хейдена.

Была только одна причина, по которой Хейден мог прислать записку среди ночи.

– Все закончилось? Да?

– Да, милорд. Леди Алексия разрешилась от бремени и…

– Она хорошо себя чувствует? Здоров ли ребенок?

– Да, милорд, с ними все в порядке. Вчера ночью мы ждали вас. Думали, вы вернетесь домой. Когда вы не пришли ночевать, я сказал Фиппену, что нам нужно попытаться вас разыскать, потому что вы ждете не дождетесь этих новостей. И вы уж извините, конечно, но я догадался, что вас можно найти в этом доме.

– Молодец. Фиппен, поднимайся в дом. Помоги Изабелле приготовить ванну. Миллер, ступай в дом к Хейдену и передай ему, что я сейчас же буду у него.

Кристиан отвернулся от окна и увидел, что Леона проснулась и сидит на кровати.

– Что случилось? Почему ты кричал?

– Я не кричал.

– Кричал. Только что. Наверное, ты разбудил всех людей в округе. – Леона подошла к Кристиану, не обращая внимания на то, что оба они голые. Она посмотрела в окно. – С кем ты разговаривал?

– Со своим слугой и с камердинером.

– Они всегда следуют за тобой туда, где живут твои любовницы?

– Это особый случай. – Истербрук сообщил Леоне приятные новости. – Фиппен поможет Изабелле приготовить ванну и все такое. Я хочу как можно скорее быть в доме брата. Нам нужно торопиться.

– Нам?

– Я хочу представить вас Алексии. Вам она понравится. – Истербрук снова перешел с Леоной на вы.

Леона посмотрела на него как на полоумного:

– Истербрук, вы с ума сошли. Женщина только что родила. Ей сейчас не до этого. А вы – со своими визитами.

– Мы свои люди. Мы же близкие родственники. А что касается вас, она не будет против. Она будет рада с вами познакомиться. Не сомневаюсь в этом.

В этот момент в дверь тихонько постучали. Переглянувшись, оба вспомнили, что стоят посреди комнаты совершенно голые. Истербрук поспешно надел брюки.

– Наверняка у вас есть еще одна комната. Мы с Фиппеном воспользуемся ею. Скажите Изабелле, чтобы поторопилась.

Кристиан деловито чмокнул Леону в щечку и открыл дверь. В дверях стояла Изабелла. Увидев обнаженного по пояс Истербрука, она округлила глаза, а затем скромно потупилась. Кристиан как ни в чем не бывало прошествовал мимо Изабеллы. Ему нужно было немедленно разыскать Фиппена.

Вот так ночка! У него появилась новая возлюбленная, а у Хейдена – ребенок!

Уже много лет Леона считала себя умудренной опытом женщиной, и ей это нравилось. Она знала, что обладает большими способностями по части приспособления к обычаям и нравам иноземцев.

В странах, где у женщин было принято прятать лица, Леона, согласно местному обычаю, надевала платок и закрывала лицо. Она могла есть любую пищу, даже если не знала, из чего она приготовлена. Когда она проводила деловые переговоры, ей удавалось находить общий язык с людьми всех цветов кожи, с представителями любых религий. Но она никогда не пыталась быть для них чем-то большим, чем просто одной из женщин. Деловые люди закрывали глаза на то, что перед ними женщина, потому что Леона уважала обычаи и верования их страны, а еще за то, что делала им выгодные предложения.

Однако Лондон не Макао. В Англии существовали определенные тонкости правил поведения и норм морали. Леона очень быстро разгадала особенности английского воспитания и старалась уважать принятые в Англии нравственные нормы.

Поэтому сейчас, когда они с Истербруком ехали в экипаже по Хилл-стрит, Леона нервно кусала губы, сожалея о том, что, отправляясь поздравить брата с рождением ребенка, Кристиан решил взять ее с собой.

Спорить с Истербруком сегодня бесполезно. Он считает себя выше норм и правил. По его мнению, это он, маркиз Истербрук, должен диктовать правила. Он не считал себя обязанным слепо подчиняться принятым в обществе нормам поведения, которые призваны блюсти нравственность для людей, стоящих ниже, чем он, на социальной лестнице. Истербрук буквально втащил упиравшуюся Леону в экипаж.

Когда они приехали в дом Хейдена Ротуэлла, слуга взял шляпу Истербрука и перчатки и помог Леоне снять накидку. Фиппен и Миллер рано утром сбегали в дом Истербрука и принесли ему другую одежду, чтобы он мог предстать перед братом в лучшем виде.

Слуга проводил Леону и Истербрука в гостиную. Кристиан вошел в гостиную брата сияющий и роскошно одетый, как и подобает человеку его положения.

Пока они ждали Хейдена, Кристиан нервно расхаживал по комнате. Он молчал, погруженный в свои мысли и не обращая на Леону никакого внимания. Это смущало Леону, которая и без того чувствовала себя здесь лишней. Наконец в гостиную вошел мужчина высокого роста – очевидно, это был Хейден Ротуэлл. Братья были очень похожи внешне, однако выражение лица Хейдена было более строгим, чем у Кристиана, если не сказать суровым.

Хейден остановил свой взгляд на Леоне. У нее тоскливо засосало под ложечкой. Леона собралась с духом, чтобы по крайней мере продемонстрировать вежливость и учтивость.

Но затем Хейден улыбнулся, и выражение его лица мгновенно изменилось. Леона догадывалась, что эта сияющая улыбка была адресована не ей лично. Скорее всего такая улыбка была естественным выражением радости новоиспеченного отца.

– Мне жаль, что ты не застал меня дома, – поздоровавшись с братом, сказал Кристиан. – Знай я об этом заранее, сидел бы и ждал этого события здесь, вместе с тобой.

– Все произошло очень быстро. К тому времени, когда я смог послать тебе записку, все уже закончилось. – Хейден перевел взгляд на Леону.

Кристиан представил свою спутницу, и знакомство, которого с нетерпением ждала Леона, состоялось. Лорд Хейден был слишком хорошо воспитан, чтобы спросить у Леоны напрямик, что она здесь делает. Леона виновато улыбнулась.

– Алексия не спит? – спросил Кристиан.

– Нет. Она настаивала, чтобы я привел тебя.