Дебра Маллинз - Ночь накануне свадьбы

Она облизнула пересохшие губы.

– Не могу представить подобное.

– Когда мы доберемся до дома, ты увидишь страдания, которые посылает на наши земли проклятие. – Он провел большим пальцем по ее влажным губам. – После того как ты узнаешь, каким страстным любовником я могу быть, ты не сможешь отказать мне.

Ее рот приоткрылся.

– Я уже поняла это, когда ты появлялся в моих снах.

– Господи Боже мой, Кэтрин. Я всего лишь человек.

Она крепко закрыла глаза, затем резко открыла их.

– Извини, Гейбриел. Мне не следовало говорить это.

– Ты знаешь, как ты действуешь на меня?

Ее ответ был таким тихим, что он едва расслышал ее слова.

– Так же, как ты действуешь на меня.

– Тогда почему ты не принимаешь меня? Будь моей женой, Кэтрин.

Она покачала головой. В ее глазах светилось сожаление.

– Я не могу. По крайней мере пока.

– Но я буду настаивать.

– Я догадываюсь.

– Я так желаю тебя…

Она потянула воздух, удовольствие отразилось на ее лице.

– Я тоже желаю тебя, Гейбриел. Помоги мне Бог. Но мы должны подумать обо всем спокойно.

Он сжал кулаки:

– Чертово проклятие. Оно манипулирует даже нашими чувствами.

– Почему ты думаешь, что это проклятие?

Он удивленно рассмеялся:

– А что еше это может быть?

Ее губы тронула улыбка. Наверное, именно так улыбалась Ева, когда протягивала яблоко Адаму.

– Мы сами.

Глава 12

Мы сами.

Эти слова не давали покоя Гейбриелу, пока он и его товарищи продолжали двигаться в сторону границы. Кэтрин пригрелась около него, быстрая езда мешала разговору, и она затихла, прижавшись щекой к его груди. Судя по тому, как расслабилось ее тело, каким ровным было ее дыхание, Кэтрин снова уснула.

Близость ее тела, такого женственного и мягкого, творила хаос в его голове и мешала сконцентрироваться на дороге.

Конечно, это внезапное, бурное влечение, возникшее между ними, было не что иное, как часть проклятия. Такое сильное чувство редко возникает на пустом месте и, конечно, не у обычных людей.

Когда-то он испытывал нечто подобное к Джин. Он любил ее, как не любил ни одну другую женщину, их объединяла подлинная страсть. И даже сознание собственного долга не могло заставить Гейбриела не чувствовать ее очарования. Но они знали друг друга с детства. Их желание росло со временем.

Горько-сладкий привкус сожаления объял его. Если бы не долг, приказывающий ему жениться на Кэтрин Депфорд, Гейбриел уже давно женился бы на Джин Фарлан. Но проклятие лишило его выбора, и он вынужден был расстаться с Джин.

Сейчас он наконец нашел свою невесту и держал ее в своих руках. Он сломит ее неуверенность и убедит выйти за него замуж, и тогда его люди будут спасены от невзгод, которые насылало на них проклятие.

Он должен верить, что однажды Кэтрин увидит все те ужасы, которые пали на головы его людей, и примет решение выйти за него и покончить с их страданиями. Весь этот разговор об идеальном муже не что иное, как обычные девичьи фантазии. Он благородный человек, который будет предан своей жене и со всей ответственностью даст клятвы верности и любви. Чего еще хочет Кэтрин?

Только пусть не просит его говорить о любви. Это единственная вещь, которую, как казалось Гейбриелу, он не мог дать Кэтрин. Он любил только одну женщину, и даже если им не суждено быть вместе, он не верил, что сможет испытывать подобное чувство к кому-то другому. Страсти и уважения будет вполне достаточно для брака.

Так должно быть.

Письмо с требованием выкупа так и не пришло.

Джордж Депфорд тупо смотрел на лежащий перед ним деловой контракт, не в состоянии сосредоточиться на его содержании. Прошло почти два дня, и ни слова о похищении его дочери. Что это за люди украли ее? Вернувшись домой после встречи с виконтом Нордхемом, он обнаружил в доме страшный переполох и узнал, что его дочь похитили.

Домоправительница заперта в чулане. Несколько слуг избиты до потери сознания. Бедная Пег, горничная Кэтрин, которая была с ней, рассказывала, как бандиты проникли в дом, завернули его дочь в покрывало и силой вынесли из дома. Бедняжка сопротивлялась как могла, протестовала и боролась.

Бедная девочка!

Конечно, они похитили ее ради выкупа. Богатство Депфорда ни для кого не секрет. Зачем еще кому-то могло прийти в голову ворваться в дом и похитить его дочь? И местные полицейские согласны с этой версией. «Надо ждать письма с требованием выкупа», – сказали они. Но прошло уже сорок восемь часов, и никаких требований не поступило.

Как он узнает, где искать Кэтрин, если похитители не желают разговаривать с ним?

Он взял контракт и, сев на стул, уставился в потолок. Депфорд привык действовать. А эта вынужденная беспомощность была ему не по душе. Даже нанятый им сыщик не смог ничего узнать.

Кто-то постучал в дверь кабинета.

– Да! – крикнул Депфорд. Стодгинз открыл дверь:

– Виконт Нордхем желает видеть вас, сэр.

– О черт. Пусть войдет.

– Слушаюсь, мистер Депфорд. – Стодгинз отошел от двери, пропуская виконта в кабинет.

– И что же, Депфорд? Когда вы собираетесь рассказать мне все?

– Я думаю, вы уже слышали, – ответил Депфорд, пожимая плечами.

– Что ваша дочь, моя возлюбленная, похищена? Конечно, слышал. Весь Лондон говорит об этом.

– Проклятые сплетники. – Джордж жестом указал гостю на стул. – Присядьте, лорд Нордхем.

– А как же выкуп? – усаживаясь, сказал Нордхем. – Кто похитил ее?

– Понятия не имею. Я не получил от них никакого требования.

– Что?

– Это правда. Я жду, что оно вот-вот придет. Ради чего еще похитили мою дочь? Но увы, пока ничего нет.

– Значит, вы понятия не имеете, кто похитил ее, равно как и то, через какие испытания ей придется пройти?

– Да. – Джордж печально улыбнулся. – Но я ценю вашу заботу.

– Это беспокоит меня так же, как и вас. Я опасаюсь, как бы эти бандиты не изнасиловали мою будущую жену.

Джордж задрожал, кровь прилила к лицу.

– Господи, только не это.

– Не дай Бог… Я должен быть уверен, что в наследниках течет моя кровь.

Джордж посмотрел на него с отвращением:

– Не кажется ли вам, милорд, что вы должны проявлять деликатность и выбирать выражения?

– Увы, сама ситуация не располагает к деликатности, Депфорд. Даже если вашу дочь пощадят, ее репутация будет вконец испорчена, что бросит тень и на мое имя.

Джордж удивился. Имя Нордхема не особенно восхвалялось в определенных кругах.

– Моя дочь похищена силой, лорд Нордхем. Я надеюсь, вы не считаете, что она должна расплачиваться за то, что сделано без ее согласия.

– Конечно, нет. Но она женщина и находится в руках беспощадных мужчин. – Он с бесцеремонной невозмутимостью смотрел на Джорджа. – Это вам придется платить, Депфорд, чтобы я соблаговолил принять ее из ваших рук.