Кайла Грей - Обжигающий поцелуй

— Да, конечно, — кивнула Мэдлин. — Думаю, что он настоящий джентльмен. — Сказав это, Мэдлин нисколько не покривила душой. Она действительно не смогла найти в Хью никаких изъянов, и теперь ей казалось, что все предостережения Ангела не заслуживают внимания.

— Надеюсь, что он поговорит с моим отцом сегодня, — сказала Оливия.

— Я тоже на это надеюсь, — пробормотала Мэдлин.

— Мэдди, так тебя это по-настоящему беспокоит? Ты сегодня стала… какой-то тихой. И ты не общаешься со всеми этими красивыми мужчинами. Даже не замечаешь, как они восхищаются тобой, особенно этот мистер Грэм, — добавила Оливия, кивнув на Кейна. — Он очень красив, но смотрит только на тебя, дорогая. Совершенно не замечает других женщин. А ты даже не общалась с ним.

— Ошибаешься, я с ним разговаривала, — возразила Мэдлин.

— Да?.. И он тебе не понравился?

Мэдлин почувствовала, что больше не может скрывать правду. Собравшись с духом, она проговорила:

— Оливия, если честно, то я не только разговаривала с ним. Я кое-что расскажу тебе о нем, но ты должна обещать, сохранишь все в тайне. Обещаешь?

— Да, конечно, — кивнула Оливия. — О, Мэдди, в чем дело? Кто он?

— Помнишь капитана того пиратского корабля, на котором мы оказались?

Оливия снова кивнула.

— Так вот это он, Кейн Грэм. И ты была права — он нападает на английские корабли в знак протеста против англичан.

— Да-да, я так и знала! — воскликнула Оливия, захлопав в ладоши. — Интересно, знает ли об этом мой отец? Он бы с удовольствием…

— Дорогая, не забудь, что ты обещала молчать, — перебила Мэдлин. — Никто не должен знать, чем он занимается.

— Ох, Мэдлин, прости. Конечно, я никому ничего не скажу. — Подруги подошли к каменной скамье под раскидистым кленом, и Оливия спросила: — Такты поэтому так расстроена?

— Не совсем из-за этого. Видишь ли, я… я спала с ним, — прошептала Мэдлин.

Оливия уставилась на нее в изумлении.

— Но как же… Он заставил тебя?

— Нет. — Мэдлин со вздохом покачала головой. — Сначала я не хотела. Но чем больше я узнавала его… Он был таким убедительным… Мы разговаривали о самых разных вещах, и мне казалось, что я почти во всем с ним согласна. И еще казалось, что мы с ним — давние знакомые. А потом случилось так… В общем, я сама этого захотела. Просто не смогла устоять. Он действительно на редкость красив. К тому же… я никогда еще не встречала такого мужчину, как он. Все мужчины, которых я знала, были грубыми и жестокими и совершенно не заботились о том, что женщина думает или чувствует. А когда я была с Кейном, мне показалось, что его это заботит. Тогда я это чувствовала.

Девушки сели на скамью, Оливия обняла подругу за плечи и, заглянув ей в лицо, тихо проговорила:

— Но если так, Мэдди, то тогда я не понимаю, почему ты расстроена. Ведь он здесь. Разве ты не должна быть счастлива? Совершенно очевидно, что он пришел ради тебя — он не может отвести от тебя глаз.

— Нет, он здесь не ради меня. Он здесь с женщиной. С красивой женщиной. Но дело не в этом. Я вовсе не хочу, чтобы он приходил ради меня. Я хочу совсем другого… Не желаю больше видеть его.

— Мэдди, почему? Я не хочу тебя обидеть, но ты же понимаешь, что если уж так у вас произошло… то есть когда ты выйдешь замуж… Твой муж, наверное, вправе будет ожидать, что ты девственница.

— Ты ведь прекрасно знаешь, что я не собираюсь выходить замуж. Никогда. Я хочу найти работу, накопить денег и уехать отсюда. А потом куплю таверну или, может быть, ателье. Я буду рассчитывать только на себя и отвечать только за себя.

— Да, помню, ты всегда так говорила, — сказала Оливия. — Просто мне пришло в голову, что, ты, возможно, передумала.

— Нет, не передумала. — Мэдлин решительно покачала головой. — Она хотела жить одна не только потому, что не доверяла мужчинам. Просто она… не заслуживала любви, не заслуживала счастья. Ведь она, Мэдлин, — убийца. Да, Джеффри пытался изнасиловать ее, но это вряд ли оправдывает убийство. — Нет, я не передумала, — повторила она со вздохом.

— А как же любовь? Как же дети? Ты была бы чудесной матерью.

— Я не хочу всего этого, — ответила Мэдлин с дрожью в голосе. — И самое главное — я не хочу видеть его. — Она кивнула в сторону Кейна. — Понимаешь, я ведь надеялась, что никогда больше его не встречу. А ночи с ним… они были для меня как сон. И я надеялась, что так все и останется. Меня это вполне устраивало, правда устраивало. Ну почему он пришел сюда?!

— О, Мэдди, дорогая, успокойся, — сказала Оливия. — Я уверена, что все как-нибудь… разрешится. И вообще такое впечатление, что ты пытаешься наказать себя за что-то, словно ты считаешь, что не заслуживаешь счастья. Но ты, Мэдди, должна быть счастлива. Уже хотя бы потому, что ты моя лучшая подруга, — добавила Оливия с ласковой улыбкой.

Мэдлин тоже улыбнулась. Оливия пыталась поднять ей настроение, и она была ей за это благодарна.

— Дорогая, прости, что я сегодня слишком уж скучная, — сказала Мэдлин. — Не знаю, что на меня нашло. А ты иди к своему Хью. А то он, возможно, беспокоится — думает, что ты ушла с каким-то другим мужчиной.

— Да-да, Хью! — с улыбкой воскликнула Оливия. — Чуть не забыла!.. Он же хотел, чтобы я поиграла в крокет с ним и его друзьями. Правда, мне следует проводить больше времени с другими гостями, но очень уж не хочется отходить от Хью.

— Но все-таки придется на время оставить его в покое, — посоветовала Мэдлин. — Ведь тебе, наверное, надо поговорить с отцом.

— Черт возьми, ты права! — закивала Оливия. — Сначала поговорю с отцом, а потом займусь крокетом. — Она внимательно посмотрела на подругу. — Мэдди, ты уверена, что с тобой все в порядке? Я могу посидеть с тобой еще какое-то время.

— Нет, я в полном порядке. Иди же, дорогая. А я… я, кажется, ужасно проголодалась. Сейчас пойду к столу и съем кусок ананасного торта.

— На здоровье, Мэдди. День только начинается, а вечером, наверное, будет очень весело. — Оливия поднялась со скамьи и, подмигнув подруге, быстро зашагала по высокой густой траве.

* * *

— Чего, по-твоему, адмирал хочет от нас? — спросил у друга Дэниел Джексон.

Кейн поморщился, завязывая галстук, и со вздохом пробормотал:

— Не знаю, Джакс. Наверное, он просто хочет прощупать нас. Возможно, что-то слышал о «Джексон шиллинг». Думаешь, он хочет купить корабль-другой?

— Скорее он прикажет их конфисковать от имени правительства, — проворчал Джакс.

— Успокойся, приятель. Тебе эта война только на пользу, так что не нервничай.

— Разве я нервничаю? Да я спокоен как…

— Как бешеный бык. Еще раз говорю: не нервничай, Джакс. И предоставь мне вести переговоры. По крайней мере, до тех пор, пока мы не узнаем, как обстоят дела. Но мне кажется, что все будет в порядке.