Барбара Картленд - Обитель страха

Завтрак в классной подавали в восемь. Когда, сильно задержавшись, из своей комнаты выплыла мисс Харрисон, Бьюла, хотя и ела раздражающе медленно, уже кончала завтракать.

– Я пообещала показать Бьюле, как будут отъезжать карета лорда главного судьи и его всадники, – объяснила Арабелла в ответ на замечание мисс Харрисон, что они приступили к завтраку без нее.

Гувернантка выглядела усталой и раздраженной. Даже не взглянув на накрытый стол, она направилась прямехонько к своему любимому шкафчику и достала заветную бутылку. После рюмки коньяка апатия мисс Харрисон слегка поубавилась, и, хотя глаза ее по-прежнему слипались от сна, она уже была готова позабавиться стоявшими на столе деликатесами в серебряных тарелках.

– Когда уезжает лорд главный судья? – после долгого молчания спросила гувернантка.

– В половине десятого. Мне кажется, Бьюле будет лучше виден кортеж отъезжающих, если мы немного пройдем с ней по подъездной аллее.

– Только никому не докучайте. Просто помашите рукой и сделайте книксен, – машинально проговорила гувернантка, погруженная в собственные мысли.

С распущенными по плечам темными волосами мисс Харрисон выглядела удивительно сладострастно. И как только женщина, думала Арабелла, пусть даже самая грубая и вульгарная, могла взять в любовники человека вроде Джентльмена Джека!

– Я собираюсь отдыхать, – заявила гувернантка, – и не желаю, чтобы меня беспокоили. Вы можете погулять подольше, мне не нужен шум в классной.

– Конечно, конечно, – ответила Арабелла. – Можно нам идти? Очень сложно заставить Бьюлу поторопиться.

– Попроси кого-нибудь понести ее, – сладко зевнув, сказала гувернантка и снова устремилась к шкафчику с коньяком.

Арабелла быстро подняла Бьюлу из-за стола, надела на нее чепчик и понесла к лестнице. Пока она раздумывала, сможет ли снести девочку вниз, на лестнице появился Джордж.

– Ага! – воскликнул он. – Ранехонько вы сегодня. Далеко ли путь держите? Бьюсь об заклад, затеваете проказы.

– Коняшки. Идем… смотреть… коняшки, – опередив Арабеллу, ответила Бьюла.

– Любит скотинку, верно? – сказал лакей Арабелле.

– О да, – согласилась она. – Потому я и подумала, что ей захочется посмотреть, как лорд главный судья будет отъезжать в Лондон.

– Можете и его светлости помахать ручкой на прощание. Они собираются ехать вместе с судьей в его карете, – по секрету сообщил Джордж.

– В самом деле? А почему не в фаэтоне? – простодушно спросила Арабелла, хотя ответ знала заранее.

– Я слыхал, там чего-то не то с колесом. Его светлость ругались на чем свет стоит, когда Тернер принес это известие из конюшни. Да уж, поди, невелика радость всю дорогу кричать глухой тетере в ухо!

– Верно, – согласилась Арабелла. – С такими людьми очень нелегко.

– Ничего не попишешь, надо терпеть, – усмехнулся Джордж. – Это старик его пригласил. "Мой мальчик, – говорит, – ты поедешь со мной. В карете, – говорит, – места хватит". Поглядели бы вы тогда на его светлость! А делать нечего, пришлось согласиться.

– И когда это произошло?

– Чуть только господа спустились к завтраку. Я был в зале, когда Тернер оповестил его светлость, что фаэтон не в порядке. Вот так дела! Вчера я сам видал этот фаэтон и не приметил ничего чудного.

– В чем же тогда дело?

– Сном-духом не ведаю, но как, бывало, говорил мой дядька, худая сбруя – несчастный выезд.

Арабелла не могла не отдать должного Джентльмену Джеку: замыслено все было очень умно. Неужели он сумел предусмотреть каждую деталь? Или ему помогал Тернер? Значит, и дворецкий вместе с другими участвует в заговоре? Девушку охватило отчаяние. Ей казалось, будто они с маркизом попали в окружение враждебных туземцев, потрясающих отравленными копьями. Не желая больше слушать откровения Джорджа, она подхватила Бьюлу и вышла в парк.

Девушке хотелось уйти куда-нибудь подальше от замка, но с едва ковыляющей Бьюлой это было вряд ли осуществимо. Арабелла взяла девочку на руки.

– Бьюла… идти! – категорически воспротивилась та.

– Я хочу с тобой кое-чем поделиться, – попыталась умиротворить ее Арабелла. – Это секрет, и притом очень-очень важный! Мне нужна твоя помощь.

– Секрет! Бьюла любить… секреты!

– Я знаю. То, что я тебе скажу, очень большой секрет. Послушай меня, Бьюла. Это очень важно.

Нести тяжелого ребенка на руках и еще говорить при этом оказалось задачей не из легких. Тем не менее, Арабелле как-то удалось справиться. Они миновали мост, когда оказались под сенью величавых дубов, которые росли по обе стороны аллеи, протянувшейся до самых въездных ворот.

Деревья частично скрывали замок, но Арабелла с Бьюлой устроились на большой лужайке, находившейся чуть в стороне от аллеи. Усадив девочку на траву, Арабелла еще раз повторила ей, что от нее требуется.

– Не забудь, Бьюла! Когда услышишь, что я подхожу, закрой глазки и лежи очень смирно. Помни, это наш с тобой секрет.

Бьюла кивнула.

– Секрет… секрет! Бьюла… закроет… глазки.

Арабелла посмотрела в направлении замка. Карета, прежде стоявшая у входа, тронулась в путь.

– Не забудь закрыть глазки, Бьюла, – еще раз повторила девушка и во весь дух, как только позволяла густая трава, бросилась обратно к аллее. Когда, наконец, карета застучала колесами по мосту, она вышла на дорогу и стала махать рукой.

Сначала Арабелле показалось, что кучер вовсе не собирается останавливаться. Тем не менее, она продолжала стоять, пока лошади, натянув вожжи и закусив удила, не замерли на месте, чуть не наехав на нее.

Из окна кареты выглянул маркиз.

– В чем дело? Почему мы встали? – спросил он, не замечая Арабеллу.

– Это девочка, милорд, – ответил кучер.

Арабелла подбежала к карете и, едва переводя дыхание, заговорила:

– Милорд, Бьюла упала. Мне кажется, она без сознания! Прошу вас, пойдемте посмотрим.

– Сию минуту! – не размышляя, согласился маркиз.

С козел спрыгнул лакей и открыл маркизу дверцу.

– Что такое? Что случилось? – откуда-то из глубины кареты раздался недовольный старческий голос.

– Боюсь, какая-то неприятность с моей сестрой, милорд.

– Вас подождать?

Маркиз заколебался.

– Здесь нужно немного пройти, – обратилась к нему взволнованная Арабелла.

– Нет, я не хочу задерживать лошадей, – наконец принял решение маркиз и, добавив: – До свидания, милорд. Очень, очень жаль, что я не смогу сопровождать вас в Лондон, – вылез из кареты. – Пошел! – крикнул он кучеру.

Пришпорив коней, верховые в белых париках и островерхих шляпах встали впереди экипажа, и, поднимая облако пыли, вся кавалькада тронулась.