Лора Ли Гурк - Супружеское ложе

— Отцепись!

Мур расхохотался.

— А может, ты решил, что жена добровольно бросится в твою постель через несколько недель ухаживания только потому, что о твоем искусстве любви ходят легенды?

Издевательства Мура после всех неудач с Виолой еще больше обозлили Джона.

— У меня нет жены! — воскликнул он, нападая. Но противник парировал удар. — У меня нет жены вот уже восемь с половиной чертовых лет!

— Да неужели? Если у тебя нет жены, кто та прелестная блондинка, которая называет себя леди Хэммонд?

Мур сменил позицию и сделал ответный выпад. Джон, предвидя это, ловко уклонился, обошел противника и, не успел Мур обернуться, приставил кончик рапиры к его груди.

— Туше, — констатировал Джон.

— Ты понимаешь, о ком я, — сказал Мур.

Поединок на время прервался, и противники направились к центру зала.

— Миниатюрная, зеленовато-карие глаза, красивый рот… Помню, как присутствовал в церкви, когда ты почти девять лет назад женился на женщине, соответствующей этому описанию.

— Мужа и жену, которые живут в разных домах и спят в разных постелях, нельзя назвать супругами. Это фарс. И фарсом это можно было назвать почти с самого начала, каждый это знает.

Сталь снова зазвенела о сталь. Около десяти минут приятели молча дрались, а потом опять разошлись, тяжело дыша.

Мур взглянул в глаза Джона.

— Фарс, говоришь? Что же ты не смеешься? А вот мне кажется, над тобой посмеялись!

Джон, не отвечая, сделал обманный выпад, пытаясь снова нанести удар в грудь, но противник не попался на удочку и ловко отступил в сторону. Рапира Джона застряла в стене, и прежде, чем он успел прийти в себя, и его ребро уперся кончик рапиры Мура.

— Туше. Ты никак не можешь сосредоточиться.

— Да неужели? По-моему, всего минуту назад тебя ранили в грудь.

Друзья опять возобновили поединок. Несколько минут оба молчали. Единственными звуками, нарушавшими тишину зала, были звон стали и тяжелое дыхание. Но Мур недолго сдерживался.

— У меня есть предложение, — сказал он, отступая. — Предложение, которое может помочь тебе помириться с женой.

— И это говорит человек, который сам женат… погоди… сколько… семь месяцев? — ехидно хмыкнул Джон. Настала его очередь поиздеваться над другом. — Сначала проживи с женой девять лет, а уж потом давай советы!

— Я серьезно, Хэммонд. — Дилан отступил и поднял клинок к потолку, делая знак, что поединок закончен. — Послушай меня. Ты знаешь, что я, как правило, не вмешиваюсь в дела своих друзей, но все же ты мне небезразличен. Пусть мое предложение не слишком тебе понравится, но, вероятно, поможет смягчить жену.

Голос его звучал так искренне, что Джону стало любопытно.

— Какое предложение?

— Скажи Виоле, что хочешь стать ей другом.

Это показалось Джону до того абсурдным, что он презрительно фыркнул:

— А мне показалось, что ты серьезно! Мы с Виолой друзья? Что за странная мысль!

— Я совершенно серьезен. Стань ей другом.

— Господи, — невесело рассмеялся Джон, — где ты был последние восемь с половиной лет? Виола ненавидит меня. Ты не в своем уме, если воображаешь, будто мыс ней можем стать друзьями. За девять лет мы успели побыть любовниками, потом врагами, но друзьями?.. Никогда.

— Тем больше причин попытаться. В моем случае это сработало. Мы с Грейс были друзьями до того, как решили жить вместе.

— Она была твоей любовницей.

— Да, но сначала стала моим другом.

— Если так, эта идея принадлежала не тебе, а Грейс.

— Так и есть. Мне она ужасно не понравилась, но потом я понял, что эти моменты были лучшими в моей жизни.

— Но вы не были женаты в отличие от нас с Виолой. А это совершенно разные вещи. — Джон нетерпеливо взмахнул рапирой. — Хватит разговоров. Вернемся к нашему поединку.

— Почему разные? Мы теперь женаты, и я не вижу разницы. Мы с Грейс по-прежнему друзья.

— Вы с Грейс не ругаетесь. Она не презирает тебя. — Джон встал в боевую стойку и взмахнул рапирой. — Будем фехтовать или болтать?

— Виола снова может влюбиться в тебя. Именно этого ты опасаешься? — Мур последовал примеру Джона и тоже поднял рапиру. — А может, боишься, что сам влюбишься в нее?

И тут Джон взорвался.

— Любовь, любовь, любовь! — закричал он, давая волю эмоциям. — Меня уже тошнит от этого слова!

Он сделал резкий, быстрый выпад, используя все свое умение, чтобы прижать Мура к стене. Сколько раз Виола упоминала о своей любви к нему, когда хотела упрекнуть! А в тот, последний раз, когда посчитала любовью его связь с Пегги Дарвин?!

Ярость и бешенство вновь взыграли в Джоне. И он, желая сорвать их на противнике, начал его атаковать. Воспользовавшись небольшой ошибкой Мура, он загнал его в угол и наставил острие рапиры ему в живот.

— Туше.

Дилан взглянул на Джона, явно удивленный такой горячностью.

— Похоже, я попал в точку.

Джон, тяжело дыша, отступил и отвернулся.

— Любовь… Все, особенно женщины, постоянно болтают о любви, но что это означает? Чаще всего обычную похоть. Или романтическое увлечение. Иногда — и то, и другое. Это и есть любовь?

— Если ты сам не знаешь ответа на этот вопрос, ничем не могу помочь. Сам я его нашел.

— Но как? — допытывался Джон. — Каким образом? А когда нашел, откуда узнал, что этот ответ верен? Купидон пустил стрелу, ангелы запели — и ты все понял?

— До чего же пренебрежительно ты говоришь о любви! До этого момента я не понимал всей глубины твоего цинизма. Ах, Хэммонд, ты еще больше презираешь любовь, чем я когда-то!

— Я не циник и не презираю любовь. Просто…

«Я просто не знаю, что это такое».

Осознание этого потрясло Джона. Он замер и уставился на друга. Вернее, смотрел сквозь него, как в пустоту, потому что видел в это время жену — веселую, счастливую, с ребенком на руках.

Странная пустота вернулась, та самая пустота, которая, словно призрак, преследовала его всю последнюю неделю. Пустота, о которой Джон4старался не думать, которую всегда скрывал и которая была с ним, сколько он себя помнил.

— Хэммонд! — Голос Мура нарушил течение его мыслей. — В чем дело?

— Что? — Джон недоуменно моргнул, пытаясь сообразить, что имеет в виду друг.

— Ты стоишь здесь, смотришь на меня, словно пораженный громом. Тебе нехорошо? — встревожился Дилан.

— Нет, — пробормотал Джон. — Возможно. Не знаю. — Он тряхнул головой, пытаясь собраться с мыслями. — Давай на сегодня закончим.

Да что это такое — любовь?! Джон продолжал задавать себе этот вопрос, пока вместе с Муром убирал рапиры на место, одевался и выходил из фехтовального зала.