Стефани Блэйк - Живу тобой одной

Келли нахмурилась.

– Но я не вижу тротуара для пешеходов.

– А почему мы должны заботиться о пешеходах, если не собираемся взимать с них плату?

– Дело не в этом. Они будут мешать движению транспорта.

Карл решил поддразнить ее:

– И откуда же возьмется весь этот ваш транспорт?

– Вот увидите, настанет день, когда машины будут двигаться по мосту непрерывным потоком, день и ночь.

– Обычно платные мосты на ночь перекрываются, – заметил Карл.

– Но только не наш мост, – твердо заявила она.

Вначале Мейджорсы слушали ее снисходительно, уверенные в том, что строительство – мужское дело. Келли не возражала против такого покровительственного отношения: знала, что ее время придет очень скоро.

Она обладала острым аналитическим умом, впитывавшим информацию, как губка, и редким даром моментально вычленять из беспорядочного потока фактов те, которые необходимы для решения проблемы.

– Прежде чем приступать к выполнению такого грандиозного проекта, надо как следует подготовить почву, – заметил Карл. – Необходимо тщательно изучить местные условия в округе Сара-тога и на той стороне реки, в округе Вашингтон. Выяснить все, касающееся налогов, оплаты лицензии и прочего. Этот штат политически не слишком устойчив, я бы сказал. Здесь есть восприимчивые политики.

– Отец хочет сказать, – улыбнулся Брюс, – что нам придется кое-кого подмазать, чтобы устранить кое-какие препятствия.

Карл присел на край письменного стола, закурил сигару.

– Скоро Уитли должен посетить Уэйн Гаррисон. Он сенатор штата и мой давний верный друг. Попробую пригласить его на следующий уик-энд. Через несколько недель выборы. Он собирает деньги на избирательную кампанию. Думаю, он может положиться на нас, так же как и мы можем положиться на него. – Карл подмигнул.

– Натаниэль упоминал о нем, – сказала Келли.

Карл усмехнулся.

– Значит, вы, как я понимаю, тоже готовы вложить деньги в его избирательную кампанию?

– Разумеется. Можете сказать сенатору Гаррисону, что я намерена вложить ту же сумму, что и вы.

– Вы уверены, что это разумный шаг? Натаниэль оставил вам приличное состояние, хотя точной суммы я, конечно, не знаю. Но вы молодая вдова, ждете ребенка, поэтому должны быть крайне осмотрительны в своих расходах.

– Дорогой Карл, – улыбнулась Келли, – не волнуйтесь за меня. За последний год я многому научилась у Натаниэля в смысле финансов и бизнеса. Дохода от поместья Найтов нам всем хватит до конца жизни – мне, Хэму, будущему ребенку. Мы обеспечены более чем достаточно.

– Рад слышать. Мне и самому следовало бы догадаться. Ваш муж всегда отличался предусмотрительностью. Уверен, что он мудро распорядился своими средствами. Наверное, вложил их в ценные бумаги. Ну, знаете, акции, государственные облигации и все такое.

Келли нахмурилась.

– Боюсь, в каком-то смысле он был чересчур предусмотрителен. Как только завещание вступит в силу, и имущество будет оценено, я бы хотела обратиться к вам за советом, Карл. По поводу своих капиталовложений.

– Почту за честь оказать вам помощь. Но вы ведь можете пользоваться рекомендациями его брокеров.

Келли облизала губы.

– В том-то и дело. Мне не нравится то, что они рекомендовали Натаниэлю. Они… как бы это выразиться… слишком осторожничали.

– Вы, вероятно, имеете в виду, что они слишком консервативны. Да, вы правы, представители компании «Бартлетт лимитед» звезд с неба не хватают. Вы желаете изменить направленность своих вложений?

– Да, я хочу продать пятьдесят процентов наших холдингов и вложить их в будущее.

Карл поднял брови.

– В будущее?

– Да. В каучук, в нефть, в недвижимость. В то, что неизбежно будет расти в цене с развитием страны.

– Что скажешь, Брюс? Ты с этим согласен? – Карл обернулся к сыну.

– Да, пожалуй. Если автомобильная промышленность будет в ближайшие десять лет развиваться теми же темпами, что и в прошедшее десятилетие, то нефть и сталь сулят настоящие золотые горы. Что же касается недвижимости, то те прибрежные земли во Флориде, о которых мы сейчас подумываем, представляются мне очень перспективным вложением.

– Посмотрим. Я пока не очень в этом уверен. Майами – прекрасное место для зимнего отдыха богачей. Но основные доходы обычно приносят вещи общедоступные. Земли у побережья Флориды для представителей средних классов? С таким же успехом можно торговать недвижимостью на Луне. Как туда добраться?

– На автомобилях, – вставила Келли.

– По песчаным дюнам? До многих дешевых мест на побережье по суше не добраться. Только по морю.

– Значит, надо построить новые мосты и дороги. Люди всегда найдут способ добраться туда, куда им хочется.

– Такие, как вы, Келли?

Она смотрела на него, пытаясь определить, что он имеет в виду. Закусила губу. Кивнула.

– Да, как правило, я попадаю туда, куда мне хочется. А вы разве нет?

Он потянулся к ней, сжал ее руку.

– В общем, да. А если мы с вами найдем общий пункт назначения и проследуем туда вместе?

Она ответила ему улыбкой. Подняла глаза на Брюса. Тот стоял по другую сторону, отвернувшись от нее, напряженный, с опущенными руками. Она коснулась его руки.

– Может быть, отправимся туда втроем?

Шли недели, месяцы. Живот ее увеличивался. Наступила зима со снежными заносами; в долине выпало рекордное количество снега, В течение полутора месяцев морозы стояли ниже десяти градусов.

Два-три раза в неделю Карл Мейджорс ездил на своей машине через замерзшую реку, навещал Найтов. Почти каждый уик-энд Келли гостила в Уитли. Ее мир значительно расширился.

Зимой в Уитли приезжали с визитами многие из наиболее богатых и влиятельных людей штата. Келли их всех очаровала. Что же касается сенатора Уэйна Гаррисона, высокого худощавого человека с острым профилем и орлиными глазами, то его она просто обворожила. Будучи родом с Запада, он вводил многих в заблуждение своим протяжным южным выговором. Он обладал таким же цепким и живым умом, как и Келли.

– А, так, значит, вы и есть строительница моста! Я много о вас слышал.

– Так же как и я о вас, сэр.

Он разглядывал ее, не скрывая восхищения.

– Вы очень красивая женщина.

И действительно, Келли выделялась среди других. Остальные дамы, даже хорошенькая Крис, бледнели на ее фоне. Келли блистала в обществе. Длинное просторное вечернее платье в греческом стиле, скроенное личным портным жены губернатора, оставляло открытыми спину и плечи, соблазнительно обнажало пышную грудь, становившуюся с каждым днем все пышнее, а драпировка на животе лишь еще больше возбуждала воображение.

Золотистая корона на голове представляла собой результат неустанных ухищрений Крис Мейджорс, которая в эти первые дни их знакомства относилась к Келли с почтительным обожанием младшей сестры, не видя, какую сложную игру ведет Келли одновременно с ее отцом и братом. Крис наивно полагала, что объятия и поцелуи, которыми одаривает Келли Карл Мейджорс, чисто отеческие, такие же, как и по отношению к ней, Крис.