Виктория Джоунс - Странное наследство

А вот Берни Дуглас считал, что все складывается в этом сезоне более удачно, чем в прошлые годы. Нынешние партнеры — Эндрю Гилмер и Пабло Гомес — уже отогнали в Райфл большой табун и положили в банк несколько сотен долларов. Берни Дуглас очень надеялся, что и дальнейшие поездки сложатся так же удачно.

За несколько дней они собрали около полусотни отбившихся от косяков лошадей. В основном это были взрослые кобылы с жеребятами и молодые жеребчики двух-, трехлетки, пробующие свою силу. Каждый из них вкусил сладость первого совокупления с молодой кобылкой и ощущал себя сильным, самостоятельным жеребцом, способным создать и охранять свой гарем.

Отношения в компании устоялись. Мэган помогала миссис Мартин на кухне. Старушка Лиззи своим спокойствием и милой философской сосредоточенностью примиряла разгоравшиеся страсти и утешала обиженных. Мистер Мартин, конечно, уставал, все-таки сказывался его возраст. Но этот человек был еще силен и крепок, и мог дать фору более молодым мустангерам. Берни, казалось, был даже удовлетворен достижениями Олив. Он умиротворенно поглядывал в ее сторону, сидя утром и вечером во главе стола и отдавая распоряжения.

Пабло Гомес уже в течение первых дней заметно похудел. Живот его больше не нависал над тесным поясом брюк, а с лица сошла пивная одутловатость, нагулянная им в салунах и пивных барах Райфла. Он больше не бросал на Оливию похотливых взглядов, так как Рони Уолкотт в поездках всегда находился рядом с сестрой, старательно охраняя девушку.

Мэган перебралась жить в летний дом. Девица оправдывала свой поступок тем, что в большом доме топят печь, и от этого в комнатах даже днем жарко, а ночью и вовсе нечем дышать, что, впрочем, совершенно не соответствовало истинному положению. Вслед за проституткой туда же отправились Эндрю и Пабло. Несмотря на тяжелую работу этим двум силачам по-прежнему требовалась интимная партнерша. И Мэган охотно исполняла эту роль. Так они мирно и сосуществовали втроем.

В первое же утро, когда они выехали на поиски косяков одичавших коней, чтобы собирать их в новые загоны, Берни Дуглас обратил внимание, что Олив забрасывает за плечо легкий охотничий карабин. Молодой человек насмешливо поднял брови:

— Оливер, ты умеешь обращаться с подобной штуковиной? Невозможно и предположить! — он издевательски расхохотался. — Вероятно, ты даже знаешь, куда вкладывают патрон?

— Ты снова насмехаешься, мистер Опекун?! — Олив быстро стянула ремень с плеча, передернула затвор и выстрелила.

Тонкая веточка с недозрелой шишкой, срезанная с сосны точным выстрелом, упала под ноги Презенту. Конь испуганно отпрянул в сторону и отчаянно заржал. Берни чуть не вывалился из седла, но удержался и сердито взглянул на меткого стрелка.

— Осторожнее, Оливер! — озадаченно предупредил он.

— Ты же хотел знать, как я стреляю! — мстительно огрызнулась Олив. — Может, проверишь еще раз?! Теперь, надеюсь, ты видишь, что я знаю, куда и как вкладывать патрон?! И насмешек я не потерплю! В следующий раз за такой вопрос отстрелю тебе, мистер Опекун, твое противное мясистое ухо! Или, лучше, нос! Как ты считаешь?!

Берни Дуглас промолчал. Пабло Гомес и Эндрю Гилмер насмешливо и довольно ухмылялись. Посмеивался и Никлас Мартин. Лишь только индеец Рони Уолкотт хранил суровое молчание, замерев в бесстрастной позе, горделиво глядя прямо перед собой.

— Когда ты успел обучить Оливера обращаться с оружием? Я не замечал, чтобы ты когда-нибудь давал ему уроки стрельбы?! — Берни Дуглас подозрительно взглянул на эту странную парочку, которая все время ставила его в тупик. У него опять появилось чувство, что его изо всех сил стараются ввести в заблуждение. Или, что ближе к истине — откровенно дурачат.

— Меня научил стрелять и скакать верхом крестный отец! — каблуки ботинок решительно ударили в бока Лили. Кобылка резво поскакала вперед, увлекая за собой верховых. И вереница всадников растянулась по дороге вдоль ограды загонов.

Сегодня Оливия снова испытывала к Берни двоякое чувство. После недавнего потрясения она в течение несколько дней и тягостных ночей наконец пришла в себя и с большим трудом все же осознала, что в таком деле, как укрощение мустангов, без жестокости, похоже, невозможно обойтись.

Свежий утренний ветер бил в лицо. Девушке хотелось, чтобы Презент Берни Дугласа поскорее обогнал ее кобылку. Пусть Берни возглавит кавалькаду загонщиков, и она, Оливия, будет с трепетом в душе любоваться посадкой Берни Дугласа! С удовольствием смотреть на его статную фигуру, широкие, мускулистые плечи…

Она оглянулась на него так призывно и завлекающе, как будто рядом никого не было, сжала бока Лили и восторженно гикнула. Сорока, прыгающая по скату крыши, заорала гортанным голосом и, сильно размахивая крыльями со сверкающими зелеными перышками, боком полетела к спасительному сосняку. Там она скрылась в густых зарослях, но ее резкий голос еще долго выдавал местонахождение пернатой крикуньи.

— Попрошайка! Она самая настоящая попрошайка! — Мэган, глядя вслед кавалькаде, презрительно фыркнула и тряхнула фартуком. Входя в дом, женщина сильно хлопнула дверью и там продолжила о чем-то разговаривать сама с собой, вероятно, осуждая порочного мальчишку: —…И чего выслуживается?! Прямо-таки смозолила глаза о патрона!

— Мэган! Что с тобой? — старушка Лиззи вошла в дом, держа в руке корзину с чистым бельем. — Чем тебе помешал Оливер? Опять недовольна… Из-за тебя я забыла развесить белье на веревках. Может быть, ты сделаешь это за меня, Мэгги? У меня что-то разболелась поясница.

— Миссис Мартин, знаете что? — проститутка остановилась перед пожилой женщиной и лихо подбоченилась. — Может быть, хватит играть и притворяться?! Достаточно почудили и пошутили! Берни Дуглас вам этого никогда и ни за что не простит! Он злопамятный и самоуверенный парень!

— Не понимаю тебя, Мэгги, детка! Если тебе трудно, то я все сделаю сама! Извини меня, пожалуйста! — миссис Лиззи подхватила тяжелую корзину.

— Стойте, миссис Мартин! Вот что скажу вам, дорогая! Я перевидала в своей жизни не только множество мужчин, но и мальчиков, совершенно неоперившихся юнцов, подростков! Ко мне за опытом их приводили старшие братья, друзья, отцы!.. Конечно, это ее личное дело — этой девчонки, которую зовут как?.. Оливия? Оливия Смитт?.. Ах, нет! Как?! Оливия Гибсон!.. Спасибо! Отлично! И главное, видно насквозь — она до потери памяти влюблена в босса Берни Дугласа! И ненавидит его за то, что он не замечает ее сочных губок, прелестных глазок, нежных ручек, стройных ножек, тугих сисечек!.. И всего прочего!

— Ох! Мэган! Мэган! Да, ее зовут Оливия Гибсон! Оливия Эстер Гибсон! — миссис Лиззи Мартин шлепнулась на скамью и взмолилась: — Господь Милостивый, за что ты посылаешь мне еще и это испытание?!