Мэри Патни - Обретенное счастье

– Мы! – Алекс и Кейти вскочили на ноги, и они направились в дальний конец бухты вдоль кромки моря. Кейти шла впереди, хохоча от восторга, когда волна оказывалась слишком высокой и окатывала ее выше колен.

– Спасибо, что привезли нас сюда, Гэвин. Сегодняшний день будет самым приятным воспоминанием, когда наступит холодная английская зима, – мечтательно проговорила Алекс.

– Я подозреваю, – хмыкнул Гэвин, – что англичане прославились как отважные путешественники потому, что всю жизнь тоскуют по теплому климату. И находят его почти везде.

Она засмеялась.

– Возможно, вы и правы, но что касается меня, я была бы рада провести остаток своих дней в Британии. Я представляю себя этакой старой эксцентричной леди в окружении любимых кошек, которая будет надоедать внукам бесконечными рассказами о своих приключениях.

Он внимательно оглядел ее точеный профиль.

– Не могу представить вас старой.

Ее смех растаял.

– Да? А я иногда чувствую себя просто древней старухой. Но вы правы – Мадура останется в нашей памяти как призрачный сон. Уже сейчас все кажется мне чуточку нереальным. Как будто это произошло не со мной. – Она задрожала, несмотря на жаркое солнце.

Даже когда она смеется, подумал он, тени под ее глазами не исчезают.

– Вам часто снятся кошмары? – спросил он.

– Иногда, – призналась она, – но это не имеет значения. Я чувствую себя такой счастливой, что просто дух захватывает. Я благодарна вам, Гэвин, за свободу и за возвращение моей дочери. – Она подозрительно посмотрела на него. – А вы? Почему вы спросили? Вам снятся тяжелые сны?

– Бывает, – кивнул он, – но совсем непохожие на ваши. – Он отвел глаза, боясь, что может выдать себя. Как правило, ему удавалось сдерживать свое желание, но в самый неожиданный момент оно вдруг захлестывало его, и он чувствовал себя разбитым и измученным. Он решил сменить тему: – И хотя я рад распрощаться с Ост-Индией и Англия по-своему красива, но она не сравнится с этой землей.

– Вы, похоже, сильно привязались к этим местам… Может быть, вернетесь когда-нибудь на острова?

– Если и вернусь, то ненадолго. – Он безуспешно старался метнуть плоскую ракушку в море так, чтобы она несколько раз подпрыгнула по водной глади. – Я провел последние годы в своем доме на Макао, часто наезжая в Кантон или посещая острова. Это было интересно, мои услуги пользовались спросом и хорошо оплачивались. Но однажды я почувствовал, что… какая-то фаза моей жизни закончилась. Настало время перемен. Тем более что для поездки в Англию причин хватает.

– Мне кажется, вы рассматриваете поездку в Англию как вынужденный поступок, а не как удовольствие. – Она шагнула в набежавшую волну. – Почему же тогда вы так стремитесь в страну, где будете чувствовать себя неуютно?

Он молчал, прикидывая, что он может, а что не может сказать. Не было смысла говорить о человеке, который поставил себе целью искалечить его жизнь без всякой причины. Но Алекс заслуживала честного разговора.

– Мой отец покинул Англию в позоре и бесчестье. Его семья отвернулась от него, когда он женился на женщине, стоявшей ниже его на социальной лестнице, хотя моя мать была из респектабельной семьи. В наказание мой дед лишил его наследства.

– Так вот почему вам так не нравится стремление англичан к делению общества на классы?

– Да, именно это деление и сыграло трагическую роль в судьбе моего отца. Он служил на флоте, и после проигранного сражения с французами всю вину возложили на него, зная, что семья не встанет на его защиту. Он едва избежал трибунала. За прошлые заслуги ему было позволено уйти в отставку, и мы отправились в Америку.

– Значит, любовь к морю у вас от отца, – задумчиво произнесла она. – И ваш отец так никогда и не помирился с семьей?

– Нет. Я хочу попасть в Лондон, войти в наш фамильный особняк и признаться моему деду, что я – его внук.

Подняв голову, она с тревогой взглянула на него из-под полей шляпы.

– Если вы хотите, чтобы семья вашего отца приняла вас, то война не самый лучший способ добиться мира.

– Я вовсе не стремлюсь к тому, чтобы меня приняла горстка зазнавшихся выскочек. Я просто хочу, чтобы они узнали обо мне. Трагедия моего отца не разбила его жизнь и ничего не значит для меня. – Он улыбнулся видению, которое посещало его долгие годы. – Я очень хочу заявиться в Лондон этаким богатым, вульгарным американцем и объяснить всем, кому это интересно, что я представляю одну из ветвей фамильного древа Эллиотов.

Она засмеялась.

– Это скорее слабость с вашей стороны. Впрочем, я думаю, удовольствие от реванша быстро приедается.

– Реванш – слишком сильное слово. Справедливость – вот более подходящее определение. Но среди тех причин, которые вынуждают меня отправиться в Англию, есть и хорошие. Компании «Эллиот-Хаус» необходим офис в Лондоне, и потом у меня достаточно друзей, так что пребывание в этом городе обещает быть интересным – друзья, конкуренты и один заклятый враг.

Кейти подбежала к ним, держа в руках пригоршню ракушек.

– Смотри, мама!

– Какие они красивые. – Алекс положила ракушки в карман саронга. – Можно собрать целую коллекцию.

Кейти кивнула и вприпрыжку побежала вперед. Глядя вслед дочери, Алекс мягко произнесла:

– Я была бы очень огорчена, если бы моя семья отказалась от меня. Ваш отец легко справился с этим?

– Если честно, то нет, – признался Гэвин. – Он очень переживал, когда покинул Англию. Он никогда не говорил о прошлом, за исключением одного раза, когда рассказал мне, что предъявленные ему обвинения были необоснованными. Несколько лет назад я нанял одного человека, чтобы разобраться, что же погубило его карьеру. Так вот, этот человек утверждает, что мой отец не виноват – на самом деле его действия предотвратили катастрофу, и все английские корабли вернулись в порт. Но о правде быстро забывают, когда власть решает найти козла отпущения.

– А как ваша мать отнеслась к переезду в Америку и необходимости покинуть родину?

– Моя мать сожалела, что оставляет друзей и родных, но она всегда была авантюристкой по складу характера, и неизвестная Америка манила ее своей загадочностью.

– Вы, похоже, пошли в нее. – Алекс помолчала. – Вы, кажется, говорили, что ваши родители умерли?

– Моя мать всегда плавала с отцом, она утверждала, что они слишком часто разлучались, когда он служил на флоте. – Гэвин с трудом проглотил комок, застрявший в горле, – даже сейчас он не мог вспоминать об этом без боли. – Они возвращались с Карибов домой, когда ураган швырнул корабль на прибрежные рифы. Никто не выжил.

Алекс прикоснулась к его руке.

– Мне очень жаль, Гэвин.