Сьюзен Джонсон - Понравиться леди

Воспользовавшись его обмороком, Роксана схватила Робби за ноги и потащила к воде. Разрезав рубашку и куртку кинжалом, она оставила его в одних штанах, а когда немного отдышалась, потянула его на мелководье. Сделав нечто вроде подушки из их курток, так, чтобы его лицо держалось над водой, она присела рядом.

Когда холодная вода просочилась в загноившуюся рану, Робби пошевелился и застонал. Но глаза его открылись лишь на мгновение, а потом он вновь погрузился в темноту. Роксана не знала, сколько просидела рядом с ним, наблюдая, как он тяжело дышит, и постоянно осматривая рану, словно могла одним взглядом заставить ее закрыться. Но когда солнце село и воздух стал прохладным, ее охватил озноб. Она не смела покинуть Робби и не могла развести огонь на открытой местности — ведь преследователи шли по их следам. Сбитая с толку, не зная, что делать, Роксана засомневалась, стоит ли держать Робби в ледяной воде… Не заболеет ли он еще больше? Что, если, послушавшись Робби, она тем самым убивает его? С другой стороны, у него жар!

Кроме того, она не сможет сдвинуть с места его тяжелое тело! Как она дотащит его до хижины?!

Когда на небе стали появляться первые звезды, Роксана решила, что должна доставить его в хижину, иначе оба насмерть замерзнут. Она не может тащить полуголого Робби по земле, а их куртки просто не выдержат его веса.

Совершенно потеряв голову, Роксана выругалась.

— Нужна помощь?

При благословенных звуках его хоть и слабого голоса она разрыдалась. Услышав ее плач, Робби попытался приподняться, но боль в руке была такой мучительной, что он снова повалился на спину.

Разбрызгивая воду, Роксана подобралась к нему, упала на колени и стала целовать.

— Слава Богу, о, слава Богу, — бормотала она, лаская теплыми губами его ледяную кожу.

— Мне холодно, — пожаловался Робби, не смея пошевелиться: отголоски боли были еще живы в нем.

— Прекрасно! — выдохнула она, пощупав его лоб. — Это означает, что жара у тебя нет. Теперь нужно добраться до хижины.

— Мне нужно спиртное, чтобы подняться. В хижине его много.

— Но могу ли я оставить тебя?

— Я, пожалуй, подожду здесь, — невесело усмехнулся Робби.

Роксана вскочила и побежала к хижине. Взлетев на крыльцо, она широко распахнула дверь. В глубине комнаты виднелись очертания буфета, в нем-то Роксана и отыскала бутылки с бренди.

Вернувшись к озеру, она поднесла бутылку ко рту Робби. После хорошей порции бренди у него заметно прибавилось сил, он медленно встал на колени и прислонился к Роксане.

— Когда я досчитаю до трех, помоги мне подняться, — прошептал он. — И продолжай держать меня, даже если буду кричать.

Еще некоторое время ушло на то, чтобы собраться с силами и привыкнуть к мыслям о предстоящей пытке. На счет «три» он героическим усилием поднялся и вцепился в Роксану.

Опираясь на нее, скрипя зубами, тяжело дыша, покрытый холодным потом, преодолевая сокрушающую боль, он заставил себя идти.

К тому времени как Робби добрался до крыльца, голова его кружилась, а к горлу подкатывала тошнота. Он чувствовал, что силы покидают его, но нужно было еще взобраться по ступеням. Упав на колени, Робби попытался преодолеть это последнее препятствие, однако не смог и потерял сознание.

Роксане так и не удалось привести его в чувство. Пришлось сделать постель прямо на полу передней. Она принесла со второго этажа тюфяк, уложила на него Робби и укрыла одеялами.

Роксана развела в камине огонь, завела в конюшню лошадей, вычистила их и накормила. Наносила в дом воды. Разложила по местам вещи и переоделась в сухое платье.

В домике стало заметно теплее, Робби спал, опасность им пока не грозила. Теперь нужно было позаботиться о еде. Роксана прошла на кухню и, к своему восторгу, обнаружила немало запасов: сушеные фрукты, соленья, овсяные лепешки, вино. Похоже, с голоду они не умрут! Их обстоятельства значительно улучшились по сравнению с тем, что было час назад.

Роксана положила на поднос еду и удобно устроилась на полу рядом с Робби. Пока он спит, она могла спокойно перекусить…

Через некоторое время Робби приоткрыл глаза.

— Мне нужно выпить, — пробормотал он уже более сильным голосом.

— И поесть тоже, — сказала Роксана.

Она положила его голову себе на колени и дала ему выпить бренди.

— Поем позже, — отказался Робби.

— У меня есть финики, абрикосовый и апельсиновый джем и лепешки.

— Хорошо. Но не сейчас.

Он поморщился, когда Роксана уложила его голову обратно на подушку.

— Озерная вода помогла прогнать лихорадку, — сообщила Роксана.

— Попозже я еще полежу в воде. Холмс научил меня этому лечению. У него больше ран, чем у итальянского дуэлянта.

— Я хочу, чтобы ты поел.

— Да, мамочка!

В полумраке блеснули белоснежные зубы Робби.

— Я не шучу. И не напоминай о том, как ты молод, — пробормотала Роксана, вскинув брови.

— Я достаточно старый, чтобы любить тебя, — усмехнулся он. — Любить долго и страстно.

— О, если бы не твоя любовь, ничего бы не случилось! Теперь о твоей любви знает вся страна.

— В таком случае придется всю страну пригласить на нашу свадьбу.

— Ты бредишь!..

— Возможно, но я все равно женюсь на тебе, так что лучше привыкнуть к этой мысли.

— Может, я не хочу снова выходить замуж? — весело парировала Роксана. — Об этом ты задумывался?

— Ни на секунду. Я, как любой пуританин, питаю отвращение к жизни во грехе.

— И давно ты стал пуританином? — ехидно осведомилась Роксана.

— Недавно, но какая разница?… — Его улыбка была поистине ослепительной. — И я намереваюсь заставить тебя передумать.

— Это вряд ли возможно.

— Дай мне полчаса, пока не подействует спиртное, и как только я смогу пошевелиться, я немедленно начну тебя убеждать.

Роксана послала ему предупреждающий взгляд:

— И не мечтай!

— Надо бы выпить, — попросил Робби. — Люблю, когда мне бросают вызов.

Но даже спиртное не смогло заглушить острую боль. Сил хватило только на то, чтобы приподнять голову, когда она его кормила.