Виктория Джоунс - Поединок ревнивцев

Он очень удивился:

– Так ты приехала, чтобы утешить меня?! – а ее чувственные губы уже касались его шеи, и он ощущал дрожь ее горячего дыхания… Но, резко задрав вверх ее подбородок, лорд твердо заявил: – Утешать меня нет необходимости! Кто тебе соврал, что я не люблю свою жену? Бетти так прелестна и так обаятельно-строптива!

Жанет от удивления приоткрыла рот:

– Это правда?.. Ты не обманываешь меня, Гарри? Дорогой мой, посмотри мне прямо в глаза!

– Я не обманываю тебя, маркиза де Рамбуйе! Я уже представил тебе свою жену! И ты могла лицезреть ее красоту. Так что ты еще хочешь от меня?! – лорд дал понять, что ему наскучил никчемный разговор, однако леди Жанет продолжала гнуть свою линию:

– Богатая жена – это всего лишь небольшая помеха утехам настоящего мужчины! Ее всегда можно легко устранить!

Гарольд недовольно прищурился. Похоже, они с маркизой говорят на разных языках! Сколько можно повторять, что он женат и любит свою Бетти?! Как смеет эта, так называемая знатная дама, которая украсила голову мужа ветвистыми рогами, рассуждать об устранении Бетти?! Кто дал ей это право?!

– Что тебе нужно от меня, Жанет? – он еще не мог позволить себе вышвырнуть бывшую любовницу из своего дома грубо и безжалостно, но она, похоже, сама нарывалась на жестокое обращение. Приличная леди должна все понимать сама с полуслова.

– Я хочу, чтобы все между нами было по-прежнему, Гарри! – маркиза вновь сомкнула свои руки на его шее, но Гарольду ее настойчивость уже наскучила. Он терпеливо и осторожно разомкнул навязчивые пальцы и почти брезгливо отстранился:

– По-прежнему? И как ты себе это представляешь? – лорд пристально рассматривал эту наглую, «навязчивую особу. Оказывается, он так и не разобрался в ней до конца. А маркиза де Рамбуйе, неправильно истолковав его взгляд, в очередной раз попыталась вернуть его любовь:

– Ты должен любить меня, как прежде! Ведь я все та же… я совершенно не изменилась, милый Гарри!

– Ты называешь нашу банальную интрижку любовью? Но она вовсе не тянет на истинную, жаркую страсть, которая испепеляет человека! Мне жаль тебя, Жанет де Рамбуйе!

Француженка уставилась на него с оскорбленным видом:

– Но ты любил меня, пока я была несвободна!

– Ты была мне лишь приятна, Жанет, но я никогда не любил тебя! Ни тогда, когда твой муж был жив, ни теперь! Повторяю еще раз – я женат, Жанет, и очень люблю свою суженую! Мы обвенчаны перед Господом, дорогая маркиза!

Жанет скрестила руки на груди и, надув губы, молча, с укором взглянула на лорда.

– Гарри! Гарри! – умоляюще прошептала она, выдержав положенную театральную паузу.

– Ты не ответила мне – почему ты здесь? Зачем? – не обратив внимания на ее мимику, вновь холодно поинтересовался лорд.

– Я честна перед тобой, милорд! И приехала, как друг, чтобы утешить тебя, Гарри! Я знаю, что значит для тебя потеря свободы!

– Тебе не стоило беспокоиться по такому поводу! – Гарольд прекрасно знал, что Жанет может вытворять подобное лишь тогда, когда есть возможность нажиться. Она достаточно извлекла звонкой монеты, находясь рядом с его кошельком.

Отвернувшись, маркиза некоторое время молчала, словно в раздумье, и Гарольд терпеливо ждал ответа. Когда же пауза затянулась, лорд уже сердито потребовал:

– Маркиза Жанет, я жду вашего ответа! – ему весьма наскучил пустопорожний разговор.

Но хитрая француженка вдруг повернулась к нему и вновь самодовольно усмехнулась:

– Ты вовсе не любишь эту серую мышь, дорогой! – и она нагло рассмеялась.

– С чего ты решила, Жанет?! – лорд с непониманием уставился на бывшую любовницу.

– Да ведь ты бросил ее одну с прислугой во дворе! Что это, если не насмешка и презрение?

Гарольд встревожено соображал. Он так растерялся, увидев во дворе бывшую подружку, что совершенно забыл о самом главном! Спеша объясниться с маркизой Жанет, он не подумал о чувствах Бетти! И зачем только он расшаркивался с любовницей и даже представил ей свою Бетти? Он совершенно не сообразил, что может при этом почувствовать его новобрачная! Его Бетти! Милая скромная Бетти!.. С каким потерянным видом стояла она посреди двора под сочувствующими взглядами крестьян и прислуги!.. Господь мой, он ведь унизил Бетти! Как он виноват перед ней! Она будет права, если всерьез обидится на него!

– Бетти! – выкрикнул лорд в раскаянии. – Проклятье! Что я наделал?!

Он стремительно зашагал по коридору к выходу. Навстречу ему уже спешил сэр Эмерик. Похоже, даже приторно-услужливый племянник осуждал его:

– Сэр, она ушла! – Эмерик был не на шутку встревожен.

– О чем ты говоришь, Рик?! – Гарольд взволнованно уставился на него.

Тревожное предчувствие охватило душу. Перед мысленным взором проплывала давняя картина – худенькая девочка бьется в водовороте, колотит руками и ногами по воде, намокшее бархатное платье обвисло, отяжелело и неуклонно тянет ее вниз в водную пучину смерти. И смерть, довольно ухмыляясь, распахивает навстречу ей свои костлявые объятья…

– Леди Элизабет сбежала! И мы не сумели ее остановить, милорд!

– Бетти покинула замок? – Гарольд не мог до конца поверить управляющему.

– Похоже на то, милорд! Возможно, она уже далеко отсюда! Скорее всего – возвращается в замок лорда Стэнли!

– Как же я зол на себя, Рик! – Гарольд зарычал, словно раненый зверь. – Необходимо отыскать Бетти! Она, конечно, оскорблена и теперь спешит в замок дяди!.. Отправь людей с извинениями к лорду Стэнли! – Гарольд застонал, точно от нестерпимой боли. – Отыщи Бетти! Отыщи мою жену, Рик!.. Маркиза де Рамбуйе, Вам сейчас лучше покинуть замок! Возвращайтесь в Париж! Для Вас это лучший и самый безопасный выход! – и, закрыв лицо руками, Гарольд направился в свой рабочий кабинет.

Бетти с трудом держалась на ногах. Она пробиралась сквозь колючие заросли ежевики и терна. Ее свадебное платье трещало, цепляясь за колючки и твердые сучки, и лоскутки ткани оставались на ветвях, словно сигнальные флажки. Бетти терпеливо возвращалась и срывала их, не замечая, что при этом оставляет новые…

Слезы градом катились по ее искаженному горем лицу. Во рту было солоно и горячо от слез. Как он мог?! Как мог лорд Гарольд, ее супруг, в первый же день после венчания, привести в их дом свою прежнюю любовницу, эту шлюху?!.. Как же она была права, когда не хотела этой свадьбы, словно чувствовала заранее, что он может предать, оставить ее без внимания ради какой-то парижской потаскухи?!.. Но теперь все кончено! Элизабет не желала разделять с этим человеком не только супружеское ложе, но и всю семейную жизнь!

– Тогда почему же тебе так горько, Бетти?! – внезапно горько усмехнулась она. – Почему тебе так обидно и досадно, Бетти?! Почему? – задала она себе вопрос, полный невыносимой печали.