Сабрина Джеффрис - Загадочный виконт

Выбора у него не было — надо нагибаться и шарить по полу в поисках сумочки, отчего он волей-неволей вынужден был убрать руку со спинки ее кресла. Когда же он, выпрямившись, с поклоном подал ей расшитый жемчугом пустячок, Регина уже позаботилась отодвинуть свое кресло подальше от стены.

Хитрая бестия! Возможно, ей и пришлось по вкусу целоваться с ним вдали от посторонних глаз, но мисс Задавака была по-прежнему твердо намерена скрывать их отношения от глаз света.

Будь он проклят, если позволит ей сделать это!

— Простите, — вкрадчиво прошептал он ей на ухо, придвигаясь поближе. — Я забыл свое обещание быть более дерзким… — И с нарочитой медлительностью взял ее руку в свои.

С той же подчеркнутой неторопливостью Регина отняла у него руку. Слабая краска выступила на ее щеках.

— Знаете, я предпочла бы, чтобы вы на этот раз вообще обошлись без непочтительности.

— Я думаю, это потому, что вы боитесь, как бы кто-нибудь случайно не стал свидетелем моего дерзкого поведения. — Маркус опустил руку на ее бедро. Регина испуганно дернулась, чтобы сбросить ее, и он, воспользовавшись этим, вновь завладел ее рукой. Она попыталась было высвободиться, но на этот раз ей это не удалось — Маркус словно тисками сжал ей пальцы.

Она метнула в него встревоженный взгляд, потом слегка прищурилась, как будто прикидывая что-то про себя.

— У вас есть мой перевод либретто, сэр?

— Вы прекрасно знаете, что есть. Вы же сами дали его мне еще в карете.

При входе в оперу продавались программки с переводом либретто той оперы, что давали в этот день, но Регина, ко всеобщему удивлению, объявила, что послала за ними еще накануне. Она объяснила это тем, что, мол, желает ознакомиться с содержанием заранее, чтобы потом ничто не мешало ей наслаждаться музыкой. Но Маркус сильно подозревал, что причина не в этом — скорее всего это позволит мисс Задаваке презрительно морщить носик при виде тех, кто покупает программку у входа.

— Замечательно. — Глаза ее коварно блеснули. — Не могли бы вы мне ее дать?

Программка оказалась зажатой между стульев, на которых они сидели, — в точности там, куда он сунул ее, когда они вошли. Но достать ее оттуда Маркус смог бы, только отпустив руку Регины. Что ей было отлично известно. Вот чертовка!

— А где же та, которую я купил? — нахмурился Маркус.

— Она у Луизы и Сайсели. Так что не могли бы вы дать мне мою?

С кривой улыбкой Маркус выпустил ее руку. Ухватив плотный лист программки, он уже потянулся, чтобы передать его ей, но тут Регина одним быстрым движением отпрянула в сторону и, вспорхнув со стула, встала во весь рост в углу ложи.

Оркестранты настраивали инструменты. Представление должно было начаться с минуты на минуту. Маркус взирал на нее с удивлением.

— Уж не намерены ли вы простоять там до самого конца? Собираетесь читать нам вслух, мадам? — с едкой усмешкой спросил он.

В ярком свете он заметил, как вспыхнули ее щеки.

— Конечно, нет. Просто хотела освежить в памяти третий акт.

Интересно… она ведь успела перевернуть всего лишь одну страницу, подумал он про себя. Стало быть, третий акт тут ни при чем.

— Он немного дальше. Дайте мне программку. Я вам покажу.

В ее глазах неожиданно мелькнул страх.

— Благодарю вас, сэр. Я в состоянии сделать это сама.

Это вырвалось у нее так громко, что их спутники не могли не услышать ее. Мисс Тремейн повернулась, чтобы метнуть в их сторону встревоженный взгляд. Маркус смотрел на нее в упор и сверлил ее глазами, пока Регина, неловко кашлянув, не отвернулась.

— Садитесь, — прошипел он Регине, чье упорное нежелание позволить ему даже пальцем дотронуться до нее изрядно его раздражало. — Сейчас начнется.

Тут дверь в ложу распахнулась и мужской голос позади них проговорил:

— Я так и решил, что это вы! Разве я не сказал тебе, Генри, что видел леди Регину в ложе Айверсли?

— Конечно, Ричард.

Генри с Ричардом оказались молодыми людьми примерно того же возраста, что и Регина. Она радушно поздоровалась с ними, и юноши устроились возле нее, а следом за ними — и еще один, помоложе, которого все они называли Томом.

Маркус встал, и Регина с присущим ей светским тактом и изяществом представила ему молодых людей. Генри оказался лордом Уитмором, наследником графа Пэкстона. Ричард и Том, как выяснилось, были его братьями, а все трое — то ли двоюродными, то ли троюродными братьями Регины и Саймона. И очень любящими братьями, мрачно решил он про себя, — судя по тому, как все трое смотрели на нее.

Назойливые щенки! Столпились вокруг нее, пожирают Регину глазами, скулят и жалуются на тесноту и приглашают ее в их ложу! Словно его, Маркуса, тут нет! «Ну, это мы еще посмотрим!»

Надо отдать ей должное, Регина отказалась. Но они продолжали настаивать, и терпение Маркуса лопнуло. Он выпрямился во весь рост:

— Леди, кажется, ясно сказала «нет». Так что если вы, джентльмены, дорожите своей шкурой, советую вам удовлетвориться этим.

Луиза поспешно вскочила.

— Успокойся, Маркус, — миролюбиво затараторила она. — Я уверена, эти джентльмены не имели в виду ничего дурного.

— Не петушитесь, Дрейкер, — добродушно посоветовал тот, кого называли Ричардом. — Мы же заботимся только об удобствах леди. Как она может услышать хоть что-то, сидя в этой обувной коробке?

— Она услышит достаточно, если избавится от кучки молодых болванов, которые трещат как сороки, словно у них дел других нет! — отрезал Маркус.

Уитмор, сжав кулаки, шагнул к нему:

— Послушайте, вы, здоровенный…

— Генри, — поспешно вмешалась Регина, схватив его за локоть, — мне бы хотелось пройтись, подышать свежим воздухом, до того как начнется представление. Ты проводишь меня?

По лицу Генри разлилось торжество.

— Почту за честь, кузина, — гордо заявил он, с вызовом глянув на Маркуса.

Все четверо вышли, оставив виконта стоять и смотреть им вслед.

Как только дверь за ними захлопнулась, Маркус в бешенстве повернулся к мисс Тремейн, с безмятежным видом сидевшей в своем кресле.

— Ну? Вы ее компаньонка или нет? — рявкнул он. — Или вы готовы отпустить ее на все четыре стороны с любым Генри, Томом или… как его там?.. Диком?!

Мисс Тремейн невозмутимо пожала плечами:

— Это ведь ее кузены. С ними она в полной безопасности. — И, смерив его неодобрительным взглядом, с нажимом добавила: — К тому же они джентльмены.

Да уж… молодые ослы, вот они кто, злобно подумал про себя Маркус.

— Ладно, тогда пойду я. — Он ринулся к двери, не обращая внимания на протестующие возгласы за своей спиной.

В общем, они, конечно, правы — он ведет себя как полный идиот, но ему была ненавистна сама мысль о том, что Регина сейчас развлекается в компании этой троицы. Ему не нравилось, как они смотрят на нее. Ему претило, как они разговаривают с ней. А больше всего его раздражало то, что она предпочла удрать с ними — и все только ради того, чтобы не оставаться с ним, с Маркусом.