Джоанна Линдсей - Когда любовь ждет

В зале, полном людей, было шумно, однако Рольфу показалось, что здесь находятся лишь он и Леони. Рольф с радостью взирал на нее, желая, чтобы она увидела его. Наконец какое-то предчувствие заставило ее повернуть к нему голову. Их глаза встретились, и жажда обладать Леони вспыхнула в нем горячо и пронзительно, поразив его своей силой.

Когда Леони увидела Рольфа, ее сердце дрогнуло, Она глубоко вздохнула, стараясь унять волнение при виде того, как он направился к ней, пожирая ее глазами. Сердце ее сжалось.

Итак, ей предстояло узнать, что он думает о произведенных ею изменениях в его доме, и она почувствовала, что храбрость покинула ее. Кровь бросилась Леони в голову, оглушая ее.

Однако Рольф, ни на секунду не сводя с нее глаз, не замечал происходящего вокруг, и ее лицо внезапно залила краска, когда Леони поняла, почему он так пристально смотрит на нее. Она поспешно опустила голову и слегка отвернулась от него, когда Рольф приблизился к столу. Она не могла приветствовать его, утратив дар речи.

Множество глаз следили за Рольфом, пока он целеустремленно следовал через зал, но он не замечал никого, кроме Леони. Уилда и Мэри затаили дыхание, испытывая опасение за свою хозяйку, тогда как люди Рольфа с улыбкой переглядывались. Амелии не удалось скрыть выражение пренебрежения, светившееся в ее глазах, но никто не смотрел на нее, потому что внимание всех привлекла встреча хозяина с женой.

Леони глубоко вздохнула, когда Рольф отодвинул ее стул от стола, и завизжала, когда он подхватил ее на руки и, ни слова не говоря, направился к лестнице. За их спиной в зале раздался взрыв хохота и приветственные крики, едва собравшиеся увидели, как они скрылись наверху лестницы.

Леони была настолько потрясена, что спрятала лицо на груди Рольфа. Ее парализовал стыд, и голос к ней вернулся только после того, как за ними закрылась дверь, отсекая доносившийся снизу шум.

— Как вы могли? — воскликнула она, вырываясь из его объятий.

Крепко сжимая ее, он невинным тоном спросил:

— Что же я сделал кроме того, что отнес вас туда, куда хотел?

— Все, конечно, поняли ваши намерения! — в бешенстве вскричала она, не испытывая других чувств, кроме стыда.

Рольф довольно усмехнулся, его карие глаза, полные нежности, стали бархатными.

— Дорогая, вы придаете этому слишком большое значение. Они могли подумать, что я принес вас сюда, чтобы побить.

— Вы слишком легко к этому относитесь, — возмущенно парировала она, — но даже звери с большим почтением относятся к своим подругам. Я успокоюсь только в том случае, если немедленно спущусь вниз.

Он с такой силой поцеловал Леони, что ее мысли отлетели подобно шелковым нитям, унесенным ветром. Когда, обуреваемый страстью, он опустил ее на пол, она едва это осознала.

— Так вот, — произнес он. — Ваши губы так припухли, что все решат, будто я хотел всего лишь похитить ваш поцелуй. Посему, Леони, можете успокоиться и спуститься вниз.

— Вы говорите серьезно? — Она была возмущена.

— Я жажду вас, но если вас огорчает то, что я держу вас здесь… А теперь побыстрее уходите, пока я не передумал.

Леони опустила глаза, ее голос задрожал.

— Благодарю вас, мой господин.

— «Мой господин», — повторил он с отвращением и вздохнул. — Заканчивайте свой ужин. И прошу — распорядитесь, чтобы мне приготовили ванну, заодно пришлите мне оруженосца. Кстати, Леони, пусть ваши служанки немедленно придут и заберут — отсюда свои вещи, если во время моего отсутствия они перебрались сюда. Но через час вы должны вернуться сюда, или же у вас вновь будет повод назвать меня зверем. Леони поспешно вышла из комнаты. От поручений Рольфа у нее почти возникло ощущение того, что она настоящая жена, и она выполняла их с немалой долей гордости. Это позволило ей преодолеть смущение, и она даже успокоилась до такой степени, что смогла доесть ужин.

Но когда приблизилось время вернуться к Рольфу, спокойствие оставило Леони, Вместо того чтобы оттянуть этот момент и дать волнению утихнуть, она поспешно поднялась по лестнице, чтобы не поддаться искушению где-нибудь спрятаться Рольф закончил мыться и теперь сидел в кресле возле очага. Он повернул кресло лицом к двери и, когда Леони вошла, смотрел прямо на нее. Рольф надел халат из тонкого желтого шелка, и его карие глаза приобрели более светлый оттенок. Он не стал тщательно заворачиваться в халат, и в распахнутом вороте виднелись черные густые волосы Ее глаза постоянно обращались к этому месту на его груди, и, заметив, что он поймал ее взгляд, Леони густо покраснела.

Рядом с ним на столе лежал кусок ее мыла и толстое шерстяное полотенце, которое она попросила Уилду передать Дэмиану для Рольфа. Он положил мыло обратно в маленькую деревянную коробочку, чтобы оно высохло, мокрое полотенце было свернуто.

Рольф посмотрел в глаза Леони.

— Был ли какой-то скрытый смысл в том, что вы передали мне это ароматное мыло? — спросил он.

— Нет, мой господин. Ведь с тех пор, как я знаю вас, ваш запах не был мне неприятен. — Она улыбнулась, неожиданно произнеся этот комплимент. — Это мыло изготовлено из розмаринового масла. Я решила, что оно может понравиться вам больше, чем то, грубое, которое я нашла здесь.

— Дорого ли оно обходится?

— Дорого только время изготовления. Я сама делаю его.

— Тогда я рад, что вы подарили его мне. — Его голос звучал глуше, когда он добавил:

— Но мне было бы еще приятнее, если бы вы вернулись сюда раньше.

— Я не задержалась.

— Вы избегаете прямого разговора со мной, зная, чего мне стоило отпустить вас?

— Я… я не понимаю.

— Возможно, — тихо ответил он, — но думаю, что все же понимаете.

Леони не нашлась что ответить. От его взгляда она заволновалась еще больше и бросилась к кровати, надеясь, что от этого разговора их отвлекут приготовления ко сну. Однако постель уже была застелена и заниматься этим не пришлось.

Она села на край постели подальше от Рольфа и отвернулась. Несомненно, он являл собой образец мужественности — мощные мышцы, мужская сила, неотразимая красота, и все это вместе было пронизано ощущением его уверенности в себе. Леони была готова поспорить, что уж он-то никогда не ведал страха, тогда как она сидела, чувствуя, как ее сердце билось испуганно.

Она закрыла глаза, но это не остановило его. Он подошел и встал перед ней.

— Я помогу вам раздеться.

— Я справлюсь сама, — прошептала она, и Рольф напрягся.

— Леони, вы продолжаете капризничать?

— Я не капризничаю. Я никогда не капризничаю Капризничают дети! Я же не ребенок.

Она резко выговаривала каждое слово, борясь со шнуровкой на боку. Он терпеливо стоял, наблюдая за тем, как она сдергивала платье, потом сердито набросилась на шнуровку корсета. В конце концов она сбросила всю одежду и осталась только в сорочке кремового цвета без рукавов и длиной по колено. Она была из такой тонкой ткани, что Рольф видел, как сквозь нее просвечивают соски. Он затаил дыхание.