Памела Морси - Свадебный камень

Полли Трейс хихикнула:

— Не могу поверить, Мегги, что он остановился у вас, а у тебя даже не хватило совести предупредить, чтобы мы надели что-нибудь получше!

— Ах, перестань, Полли! — рассмеялась Альба Пиз. — Мы и так нарядились в наши выходные платья, и ты прекрасно знаешь это, как и все остальные.

Полли посмеялась вместе с ней, и девушки дружески обнялись.

— Значит, можно считать, что я вас предупредила, — подытожила Мегги. — Кстати, Полли, я слышала, что если парень — не Ньют Уэстон, то он не представляет для тебя никакого интереса…

Полли вспыхнула ярким румянцем. Эта миниатюрная девушка со светло-желтыми волосами больше года неумело скрывала свои чувства к младшему сыну Уэстонов.

— Помилуйте! — воскликнула Мейвис Филлипс. — Рядом с этим красавчиком мистером Фарли почти все мужчины кажутся такими же привлекательными, как Пигг Бруди!

Альба изобразила на лице самое настоящее потрясение:

— А мы-то все время думали, что ты бережешь себя в надежде стать возлюбленной Пигга! — поддразнила она.

Девушки громко рассмеялись, когда в ответ на слова Альбы Мейвис вскинула руку, делая вид, что всерьез грозит подруге.

— Так вот, девушки, выбросьте из головы этого нового парня, — объявила Ида Пигготт. — Он явно не для таких, как вы!

— Ида права, — согласилась Мегги. — Он не только образован и воспитан по-городскому, но и богат. У него такой толстый кошелек с деньгами, какого вы и не видели.

— А ты откуда знаешь? — спросила Полли.

— Он предлагал мне заплатить наличными за питание.

— Кто-то желал заплатить за то, что ты готовишь? — голос Альбы даже зазвенел от недоумения. — Должно быть, он просто умирал от голода!

Мегги спокойно восприняла оценку своей стряпни.

— Полагаю, это лишний раз доказывает, насколько неприспособленным к здешней жизни он окажется в роли мужа.

— Мегги говорит верно, — сказала Ида. — Если кто-то из вас начинает с нежностью подумывать о нем, то выбросьте подобные мысли раз и навсегда.

Мегги кивнула.

— Потому что все дело в том, — продолжала Ида, — что я — единственная среди нас, у кого есть шанс добиться своего с этим парнем, и я намерена воспользоваться им!

— 0-о! — дружно воскликнули девушки. Мегги открыла рот от изумления и недоверчиво уставилась на Иду.

— Я хочу сказать, что он — мой! — спокойно ответила Ида. — И надо, чтобы вы поняли раз и навсегда: я положила глаз на этого парня Фарли и не желаю, чтобы кто-то из вас вставал на моем пути.

— Это самая большая глупость, которую ты произносила за свою жизнь, Ида Пигготт! — заявила Мегги.

Ида гордо вскинула подбородок и смерила Мегги презрительным взглядом. Легкий румянец тщеславия только подчеркнул безупречный цвет ее лица, очертаниями напоминавшего изящное сердечко.

— Ну почему же? Нельзя добиться чего-либо в этом мире, если не будешь стремиться получить то, что хочешь! А я решила, что мне нужен этот парень. Не знаю, почему ты так восприняла мои слова. Я первой объявила о своем намерении, — сказала она. — Если только ты не считаешь, что тоже имеешь права на него, Мегги!

Странное чувство овладело Мегги. Ей вдруг показалось, что волосы встали дыбом, как шерсть у дикой кошки, а ногти превратились в когти. Невольно на память пришли те первые волшебные мгновения, когда она увидела Ро и решила, что пришел долгожданный принц из сказки. Она снова ощутила на губах нежную теплоту его поцелуя. И снова пережила возбуждение, страх, стыд и смущение, вспомнив, в каком виде Ро застал ее тогда в сарае… В чем мать родила! Может быть, Д. Монро Фарли и не ее принц, но он не станет и принцем Иды!

— Чтобы выставить себя на посмешище, Ида Пигготт, совсем не обязательно спрашивать у меня разрешения, — ехидно заметила она. — Мистер Фарли — горожанин, и горожанин до мозга костей. Он находится здесь, чтобы изучать нас и нашу музыку. Для него мы, живущие в Озарке — какие-то странные существа, которых он никогда не видел раньше. Он вовсе не собирается поселиться здесь и обзавестись семьей.

Мегги пожала плечами.

— Если хочешь заигрывать с ним, то будь готова к тому, что тебя в лучшем случае примут за дуру. Вся гора посмеется над тобой, когда он уедет до первого снега!

Ида побагровела, но запугать ее было нелегко. Яркие карие глаза засверкали гневом, и она приготовилась высказать Мегги все, что думает по этому поводу.

Ее серьезные намерения прервал перезвон созывающего всех колокольчика. Недоумевающие Мейвис, Полли и Альба быстро встали между не на шутку рассерженными девушками и поспешно повели их к площадке перед школой, где уже начинались вечерние развлечения. Мегги решительно направила поток мыслей в сторону от глупостей Иды Пигготт. Она не допустит, чтобы ее неразумная подруга разрушила удовольствие от «Литературной пятницы».

Бьюлл Филлипс, в белоснежной рубашке, с причудливо застегивающимися подтяжками, занял место на верхней ступеньке школьной лестницы. Он продолжал звенеть колокольчиком, пока толпа не успокоилась и не собралась на склоне. Тогда он опустил колокольчик в коробку у двери, долгим, отеческим взглядом обвел собравшихся и заговорил.

— Пришло время, дорогие мои друзья и соседи, для вечерних литературных дебатов на горе Свадебный Камень, — объявил Филлипс. — Сегодня у нас следующая тема…

Держа лист коричневатой бумаги на расстоянии вытянутой руки, он, болезненно щурясь, прочитал громко и отчетливо написанные на нем слова:

— «Является ли огонь лучшим другом фермера, чем вода?»

Он поднял глаза от листа и выдержал театральную паузу, ожидая, пока толпа осознает всю важность обсуждаемого вопроса.

Затем, решив, что тема спора вызвала почтительный интерес и уважение аудитории, он представил выступающих.

— Защитником этого положения выступит сегодня молодой фермер, которого вы все знаете… — В голосе Бьюлла послышались легкомысленные нотки, он прокашлялся. — Я всегда считал его действительно умным парнем, но слышал, что он только что объявил о своем намерении стать женатым человеком, так что он не намного умнее всех нас!

Толпа добродушно посмеялась.

— Несмотря на это, прошу вас оказать радушный прием и уважение нашему оратору-адвокату — старшему сыну Орва и Бьюлы, мистеру Пейсли Уинслоу!

Редкие негромкие аплодисменты сопровождали Пейсли на пути от места до крыльца школы. Став на первую ступеньку, он вежливо поклонился. Сегодня Пейсли был чисто выбрит; волосы он тщательно зачесал назад. Его воскресный выходной пиджак несколько пообтрепался и стал коротковат в рукавах, но красный, в горошек, шейный платок, купленный в магазине, казался таким же экзотическим, как и все остальное на этой горе. Пожалуй, бывший воздыхатель Мегги никогда не выглядел шикарнее.