Эмилия Хендриксон - Красавица

Лорд Помрой рассердился:

— Кто вы такой, молокосос, чтобы прерывать джентльмена, разговаривающего с молодой леди?

Ферди стал похож на свирепого кота, который приготовился наброситься на ничтожную мышь.

— Я друг этой молодой леди, очень близкий друг. Мое имя Эндрюс.

Очевидно даже лорд Помрой знал о богатстве мистера Эндрюса, потому что с уважением кивнул.

— Слышал, — признал он.

— Мисс Гарриет обещала мне следующий танец. Пожалуйста, извините нас, — свысока объявил Ферди.

Гарриет была уверена, что наблюдать за этой сценой было все равно что смотреть пьесу в театре — контраст между красивым молодым человеком и старым дураком был почти театральным.

Помрой кисло кивнул, отпуская их разрешающим жестом, и сказал:

— Я получил, за чем приходил сюда, но мы встретимся снова.

Гарриет решила, что его смех напоминает кудахтанье. Затем он повернулся и вышел из комнаты, после чего раздался общий вздох облегчения, а потом снова зажужжали сплетники.

— Будем танцевать? — Ферди вел ее под руку в другую комнату. Музыканты начали вальс, и Гарриет закружилась в вихре танца.

— Я считаю, что вы просто спасли меня от позора, который я была готова навлечь на себя. Я уже собиралась послать это отвратительное существо в ад или того хуже, — заметила она, неохотно поднимая глаза на Ферди. Он выглядел таким же, каким она видела его до встречи в парке с Лафлер. Только будущее Гарриет несколько изменилось.

Ферди хмыкнул.

— Я восхищен твоей стойкостью. Немногие женщины противостояли бы ему, как ты, и сохранили бы самообладание. Не могу понять, о чем думает твой отец, ведь я справился: он не игрок. То, что отец может приветствовать такой союз, просто выше моего понимания.

— Лорд Помрой сказал, что снова увидит меня, но это произойдет, только если я ничего не смогу сделать, — с чувством произнесла Гарриет. — Я не выйду замуж за этого человека!

— Ты должна кого-нибудь найти, — беспомощно подтвердил Ферди.

Он не предложил сэра Базила, и, честно говоря, Гарриет была разочарована, когда этот джентльмен подвел ее, исчезнув при приближении лорда Помроя. Это свидетельствовало об отсутствии у него мужества.

— Я найду, не бойтесь, — ответила она с оптимизмом, которого не чувствовала.

— Ты по-прежнему собираешься со мной на завтрак и состязание лучников завтра, да? — спросил Ферди после того, как они продемонстрировали одну из вариаций вальса, которую он показывал ей раньше.

Запыхавшаяся и довольная танцем, Гарриет была бы самым неблагодарным человеком, если бы отказалась.

— Я не забыла, сэр. Я пойду с вами, если вы еще хотите моего общества, — сказала она, вспоминая Лафлер. Он не мог привести туда эту женщину, но, может быть, он совсем не хочет заменить ее Гарриет. Возможно, он просто вежлив?

— Естественно. — Он казался довольным, что в свою очередь улучшило настроение Гарриет в этот неудачный вечер.

Вскоре подошли Эмма с мужем, и все вместе они сели в ожидающий экипаж лорда Уинстея и отправились к дому Мейнов. Эмма успокаивала, а Гарриет чувствовала себя героиней.

— Задача в том, — поделилась Эмма с Дианой в тишине гостиной своего дома, — чтобы поощрять сэра Базила и Гарриет и при этом не расхолаживать Гарриет и Ферди.

— Я не вижу, как можно это сделать, — сказала Диана, бросив на сестру взгляд, полный сомнения.

— Мы что-нибудь придумаем, — безмятежно ответила Эмма.

— А я считала, что это я самая легкомысленная в семье, — пробормотала Диана.

— Ну, она говорила о капитане Бенвелле, а я ничего о нем не знаю, — сказала Эмма, вопросительно глядя на сестру.

— Я знаю. Он охотится за приданым и ни на что не годен. Дамон говорил, что он много играет. Капитан красив и имеет отчаянный вид. Конечно, у Гарриет хватит здравого смысла не обратиться к нему. — Диана пришла в ужас при мысли, что Гарриет каким-либо образом окажется связанной с капитаном Бенвеллом.

— Возможно, он покажется в лучшем свете на фоне тети Кроскомб или лорда Помроя, если надо будет делать выбор, — с чувством подчеркнула Эмма. — Ты бы видела этого человека вчера вечером. Он еще хуже, чем о нем говорят. Клянусь, меня всю трясло. Ей нельзя позволить выйти за это существо, особенно когда у нас есть лучший кандидат.

— Верно, — Диана поерзала на тахте, потом спросила: — А тебе Гарриет говорила о том, что тетя не может найти себе компаньонку и теперь требует, чтобы племянница приехала составить ей компанию?

— Правда? Какая ужасная перспектива для любой молодой женщины. — Эмма многозначительно посмотрела на сестру.

— Есть одна надежда. Ферди упоминал о стрельбище, на которое они вместе пойдут сегодня, и он настаивает, что Гарриет должна поехать с ним на рыбалку, которую мы устроили. Слава Богу, мальчики согласны на все, что делает их дядя.

— Это плюс, — согласилась Диана. — О, эти двое так подходят друг другу, но я не знаю, получится ли из этого что-нибудь путное, учитывая холостяцкие привычки Ферди.

— Безусловно, Гарриет не понравилась история с Лафлер. Никому бы не понравилось, — сказала Эмма и, кинув взгляд на дверь, тихо добавила: — Я уверена, Эдмунд не гуляет на стороне. По крайней мере, я стараюсь, чтобы он был счастлив дома, если ты понимаешь, что я хочу сказать.

— О да, — согласно кивнула Диана. — Дамона надо немного подтолкнуть, но я согласна. Я тебе показывала ночную сорочку, которую для меня сшила мадам Клотильда? Она нежного персикового цвета и из тончайшего батиста. Дамону она нравится, — добавила она с озорной улыбкой.

— Эдмунду бы тоже понравилась, — усмехнулась Эмма.

Они продолжили обсуждение этой волнующей темы, потом вернулись к Гарриет. К концу дня ими был тщательно продуман план. Теперь оставалось заручиться поддержкой Гарриет и надеяться, что Ферди все снова не испортит.

Завтрак лучников должен был состояться после состязаний. Гарриет согласилась, что она посетит оба мероприятия. Даже после столкновения с Лафлер и Ферди в парке она сдержала свое слово. Так как Ферди спас ее от лорда Помроя прошлым вечером, она не могла даже подумать о том, чтобы под благовидным предлогом уклониться от общения.

Норберт и Бетси шли следом за Гарриет к месту, выделенному Ферди для стрельбы. После встречи с Лафлер Бетси не собиралась позволять своей любимой госпоже оставаться наедине с этим человеком, как теперь называла она прежде обожаемого мистера Эндрюса.

Расстроенный более, чем он мог сам поверить, холодным приемом со стороны Гарриет и ее явным удовольствием от общества сэра Базила, Ферди решил победить в состязании.