Джейн Арчер - Луна для влюбленных

– Да.

– Я горжусь вами.

– Благодарю вас.

– Что случилось? Почему вы решили бросить все и податься на Запад? – поинтересовался Мэверик.

Губы Синтии изогнулись в горькой усмешке.

– Со мной произошло то же, что и с моей матерью. Человек, наживший состояние за счет потогонной системы на фабриках, купил наше издательство. Он дал мне понять, что я могу сохранить свою работу, если буду ублажать его.

Мэверик крепче сжал ее руки:

– Я не хочу, чтобы то же случилось с Розалиндой. Меня охватывает гнев, когда я вижу, как люди злоупотребляют властью. Я и сам испытал это в сиротском приюте. То же самое я видел и в случае с индейцами.

– С индейцами кроу?

– Да.

Синтия поежилась.

– Я бы хотела отомстить Хаскелу Рейнзу.

– И отомстите.

– Откуда у вас такая уверенность? У него прочное положение в Нью-Йорке. Он богатый и могущественный человек. А я...

– Право на вашей стороне. Кроу верят в круговорот жизни. Что бы ни делал человек, ему воздается втройне и за плохое, и за хорошее, – сказал Мэверик.

– Хотелось бы в это верить.

– Что сделал Рейнз, когда вы отвергли его?

Снова Синтия почувствовала резь в глазах, возвещающую подступающие слезы. Казалось, она вернулась в прошлое.

– Синтия? – окликнул Мэверик.

Она глубоко вздохнула, вспомнив о своей решимости добиться цели.

– Я лягнула его в щиколотку и убежала из издательства.

– Вы правильно поступили, – одобрил Мэверик.

– Но он позаботился о том, чтобы я больше не получила работы в Нью-Йорке.

– Вы создадите свой издательский дом, а я помогу вам. Мэверик заглянул в ее зеленые глаза.

– Виктория Малоун тоже обещала мне помочь.

– Она писательница?

– Да.

– Так это она вместе с мужем владеет ранчо Кордова?

– Именно так.

– Возможно, она и верный друг, но у нее не будет для вас времени, – рассуждал Мэверик. – А мне и Розалинде вы нужны. Поедем со мной. Дайте нам шанс. Вы сможете оставить мое ранчо, когда пожелаете, но если захотите основать свое издательство, то лучше это сделать в Вайоминге.

Синтия отвела глаза, не в силах выдержать пристальный взгляд синих глаз Мэверика, Ей хотелось верить ему.

– Доверьтесь мне, – предложил Мэверик.

– Чего вы хотите от меня? – спросила Синтия.

– Всего.

– Это невозможно. Вы же знаете мое прошлое. Я не склонна доверять людям.

– Я могу подождать.

Она снова посмотрела на него:

– Вы ведь не отступитесь?

– Нет, когда знаю, чего хочу. – Он нежно погладил ее по щеке. – Но ведь я предлагаю вам то, чего и вы хотите.

Она кивнула. Он улыбнулся:

– Со мной вы ничем не рискуете.

– С вами я в опасности постоянно. Мэверик усмехнулся:

– Но ведь вы первая подошли ко мне. Разве не так?

– Вы были мне нужны тогда, как и сейчас.

– Отлично. Вы такая же бродяга, как и я.

– Как вы?

– И как Розалинда. Бродяги должны держаться вместе. Мы нужны друг другу.

Она поджала губы.

– Если я поеду с вами, мне нужно позаботиться об одежде. Он застонал:

– Но у вас ведь ее целые сундуки.

– Нам надо купить одежду для Розалинды. Я не думаю, что у вас на ранчо найдется что-нибудь подходящее для нее.

– Так вы едете с нами? – допытывался Мэверик.

– Я еще думаю, – тянула время Синтия.

– Едете.

Это был уже не вопрос, а утверждение.

– Я хочу подремать. Разбудите меня в Лордсбсрге. К тому времени я буду знать точно.

– He стоит вас будить. Я получу ваши чемоданы и погружу их на поезд. Я предпочитаю, чтобы вы проспали до самого Вайоминга, – сказал Мэверик.

– Чтобы не передумала? – спросила Синтия.

– Верно.

– Но ведь и вы можете передумать.

– Маловероятно.

Она улыбнулась, потом медленно отвернулась и прислонилась головой к окну. Но сон не шел.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ

ПОД ПРИБЫВАЮЩЕЙ ЛУНОЙ ЧЕРНЫЕ КОНИ ПРИХОДЯТ С ЗАПАДА

Синтия стоит в Хижине Грез. Он опоит с ней рядом. Их руки переплетены и связаны сыромятными кожаными ремнями. Это четыре стихии – земля, огонь, ветер и вода. Глиняный горшок стоит возле костра.

Женщина-знахарка подходит к ним. Она несет длинный нож, которым разрезает сыромятные ремни вокруг запястий и бросает их в костер. Она передает ему нож, потом скрывается в тени.

Он делает надрез на левой стороне груди, вынимает свое трепещущее сердце и передает его Синтии. Она обеими руками высоко поднимает его сердце, потом встает на колени и кладет его в глиняный горшок, стоящий возле костра. Синтия возвращается к нему. Левой рукой она сжимает его правую руку. Их пальцы переплетаются.

Знахарка снова рядом. Она смотрит на Синтию:

– Теперь твое сердце бьется за вас обоих. До тех пор пока его помыслы, намерения и жизнь останутся чистыми, ваши сердца в безопасности.

И Синтия познает счастье.

Глава 11

Синтия и Розалинда сидели за столом напротив Мэверика в кафе «Гремучая змея». На мексиканских глиняных тарелках цвета ржавчины лежали остатки бифштекса и картофеля. За соседними дубовыми столиками болтали и смеялись другие посетители, звенела посуда и стеклянные стаканы. Стены были украшены изделиями из кожи гремучей змеи всевозможных размеров и форм. Скатерти и салфетки с рисунком в форме многогранников придавали столикам яркий и праздничный вид.

Синтия и Мэверик прихлебывали кофе. Розалинда пила молоко. Время от времени они смотрели из окна на Ринкон, располагавшийся в южной части штата Нью-Мексико. На фоне пустыни вырисовывались островерхие деревянные крыши строений. По тротуарам слонялись ковбои, позванивая шпорами. По улицам катились шары перекати-поля. Грохотали проезжавшие мимо повозки. В сумеречном свете были отчетливо видны закатные цвета – оранжевый, красный и кровавый, разрисовавшие западную часть неба яркими полосами. Через пыльную улицу потянулись тени.

Будь они уже в Вайоминге, Мэверик мог бы и отдохнуть. После тяжелого дня наступало время, когда уместно было бы поговорить, обсуждая планы на завтра. Мэверик не чувствовал себя одиноким в обществе Синтии и Розалинды. Это время могло стать самой приятной частью дня. Но он знал, что расслабляться рано. Они были слишком далеко на Юге, чтобы чувствовать себя в безопасности. И все же Мэверик не хотел тревожить Синтию и Розалинду сомнениями и беспокойством. На рассвете они должны были покинуть городок. У них уже куплены билеты на поезд.

Мэверик посмотрел на Синтию. Зачем он пытается заманить ее на ранчо? Она из крупного города, не привыкла к большим пространствам. Если ей там станет скучно и страшно, если все вокруг начнет ее раздражать, она уедет. А что будет с Розалиндой? Да и сам Мэверик не хотел терять Синтию.