Сара Блейн - Как женить маркиза

– Неужели? – отозвался Вир, надменно поднимая одну бровь. – Я,например, со своей стороны склонен во всем этом видеть руку провидения. Ведь выходит, что ваш неожиданный визит спас меня от грабителя, который мог и броситься на меня. Похоже, я у вас в долгу, капитан. Какая ирония судьбы, а?

– Если так, то будьте уверены, в один прекрасный день я явлюсь, чтобы стребовать с вас должок.

– В чем, в чем, капитан, а в этом я уверен, – ласково улыбнулся Вир, пытаясь представить, что же происходит на верхнем этаже.

Глаза Синклера вдруг сузились, и он принялся внимательно вглядываться в черты надменного аристократа, которые сейчас выражали легкую скуку. Вир ждал, что Синклер скажет ему в ответ какую-то дерзость, которая, видно, уже была у него на кончике языка.

Но ждал он напрасно. Внезапно прямо у них над головой раздался женский леденящий душу крик, за ним сразу же последовал пистолетный выстрел, и оба мужчины лишились дара речи.

Вир, опомнившийся первым, большими прыжками помчался вверх по лестнице, Синклер кинулся за ним.

Сердце у Вира так и бухало в груди, когда он добрался до верхней площадки. Но если он ожидал увидеть там обмякшее тело Констанс в луже крови, то он очень ошибся. Увидел он капрала Гесса и его солдат, сгрудившихся возле двери Констанс, судя по всему, в состоянии крайнего ужаса.

– Какого черта!..

Это воскликнул Синклер, влетевший на площадку сразу вслед за Виром.

– Тише, капитан, тише! – предупредил Гесс своего начальника и замахал руками. – У нее там целая куча пистолетов. Она мне чуть голову не снесла пулей.

– И надо было снести! Если хоть один волос упал с ее головы, я добьюсь, чтоб вас отправили на передовую! – заявил Вир, мрачнея и пронзая служаку взглядом.

– Если ваша светлость позволит сказать – так лучше на передовую, – отозвался Гесс. – Разве ж это дело, чтоб по солдатам короля так палили, да еще бабы!

– Бабы? Что еще, черт возьми...

– Я бы вам посоветовал осторожнее выбирать выражения, капитан, – холодно сказал Вир. – Леди пострадала более чем достаточно, незачем усугублять нанесенную ей обиду выражениями, которые уместнее в конюшне.

– Прошу прощения, господин капитан, но его светлость господин маркиз тут кругом прав, если позволите сказать, – вмешался капрал Гесс, на лице которого было смущенное выражение. – Но мы вовсе не хотели ее обидеть. Откуда ж нам было знать, что там дама? Мы ворвались, а она там, и совсем неодетая, милорд! Мы и так перепугались, а она еще как закричит и выстрелила в нас!

– Что мне за дело! По мне, так пусть себе дамы палят в вас, капрал, сколько их душе угодно! – прорычал Синклер. – Меня интересует Черная Роза. Вы видели негодяя? Ну же, говори! Он там, в этой комнате с дамой?

– Никак нет, сэр. Поклясться могу, в комнате не было никого, кроме дамы.

– Естественно, его там не было, – насмешливо подтвердил Вир. – Негодяй стоял на карнизе окна моей спальни, это следующая комната по коридору. Наверняка он сбежал по черной лестнице, и его давным-давно след простыл! Я бы вам очень советовал, капитан, взять своих людей и отправиться за ним в погоню, а успокаивать леди предоставить мне.

– Вам просто не терпится спровадить нас, верно? – проговорил Синклер, глядя на Вира с нескрываемым подозрением. – А я как раз собираюсь допросить эту леди. Ведь она как-никак была свидетельницей преступления.

– Вовсе нет, – возразил маркиз мягко, но в тоне его чувствовалась сталь. – Она была свидетельницей лишь вашей чудовищной некомпетентности, о которой я, Синклер, собираюсь сообщить вашему дяде, когда увижу его. Вы понимаете меня, капитан?

Синклер нервно сглотнул и слегка побледнел.

– Вижу, что понимаете, – сказал Вир. – А теперь забирайте своих людей и уходите, капитан. Пока можете. Не следует более испытывать мое гостеприимство, так же как и мое терпение.

Синклер не стал даже притворяться, будто не понимает, какую опасность навлек на себя. Одно дело было ворваться в дом Вира под предлогом, что они якобы разыскивают известного преступника, и совсем другое – торчать в этом доме, вызывая справедливый гнев маркиза де Вира, когда предлог исчез.

И потому капитан, круто развернувшись, направился к двери, а его подчиненные с готовностью последовали за ним.

Вир, наблюдавший за их отступлением с верхней площадки лестницы, подождал, пока входная дверь закрылась за ними, а потом позвал негромко:

– Миссис Тернбау! – И, не оборачиваясь, добавил: – Будьте так любезны, вызовите звонком Джона Викерса. Скажите ему, чтобы подождал меня в кабинете. Я скоро спущусь.

Домоправительница робко вышла из-за комода в стиле королевы Анны, стоявшего как раз за спиной Вира. В руке она все еще сжимала медный подсвечник.

– Как прикажете, милорд, – отозвалась она и присела в реверансе. – Прошу прощения, милорд, но юная леди не пострадала?

– Успокойтесь, не пострадала. – Рука Вира легла на ручку двери, ведущей в комнату Констанс. – И, миссис Тернбау...

– Да, милорд? – отозвалась миссис Тернбау, не сводя глаз с широкой несгибаемой спины хозяина.

– Я буду чувствовать себя куда спокойнее, если смогу быть уверенным, что моя домоправительница не прячется за предметами мебели, готовясь атаковать гвардейцев короля с медным подсвечником наперевес. Вы меня поняли?

Ужас изобразился на лице доброй женщины, и она неловко попыталась спрятать подсвечник в складках шерстяной шали.

– Да, милорд, – пискнула она.

В напряженной тишине домоправительница прошла мимо маркиза и отправилась выполнять его приказания. Она приостановилась на лестнице, когда до нее снова донесся его голос.

– Тем не менее, я благодарю вас за это, – сказал Вир. В следующее мгновение он уже стучал тихонько в дверь, а затем, приоткрыв ее немного, сказал в щель:

– Все в порядке, миледи. Солдаты ушли.

Миссис Тернбау видела, как он исчез за дверью, и сразу раздался голос девушки:

– Это был Альберт! Какая жалость, что это не он ворвался в комнату! Клянусь, я бы пристрелила его!

– Да, и погубила бы тем самым нас всех, ты несносная, упрямая девчонка! – услышала она ответ Вира, но тут дверь за ним затворилась, и больше миссис Тернбау не услышала ничего.

Ошеломленная улыбка тронула губы домоправительницы. Юная леди была сорвиголова, к тому же столь добра и великодушна, сколь и прекрасна. Такая леди была бы как раз под пару его светлости, если бы он решился наконец жениться. Впрочем, судя по тому, какими глазами его светлость смотрел на эту леди в тот первый вечер, когда она лежала как мертвая, она успела добиться гораздо большего, чем все остальные красавицы, когда-либо пользовавшиеся благосклонностью маркиза, вместе взятые. Она проникла ему в душу, несмотря на все его предосторожности, и выбила его из привычной колеи – а когда речь идет о таком человеке, как маркиз де Вир, это совсем не мало.