Джоан Вулф - Сделка

Как раз на прошлой неделе он предложил мне выйти за него замуж. Я не сказала «да», но не сказала и «нет» — не повернулся язык.

Впрочем, не могу утверждать, что Сэм мне не нравился. Я испытывала к нему определенную симпатию. И что немаловажно — он нравился Никки. Я была уверена, Сэм сможет стать для мальчика неплохим отцом — вернее, отчимом — и хорошим другом.

Так говорила одна часть моего существа. Другая же не могла забыть янтарных глаз и тот поцелуй, что вознес меня на неведомые до этого вершины блаженства.

Если вам покажется, что я выражаюсь несколько книжно, то вспомните о количестве романов, которые я прочитала к этому времени…

Я тряхнула головой, отгоняя непрошеные видения, снова увидела перед собой лиловые гроздья сирени и окончательно утвердилась в решении написать графу Сэйвилу насчет Марии.

Следует также незамедлительно связаться с моим поверенным здесь, в Хайгейте, и узнать, не сможет ли он помочь в найме другого дома.

Сэма, к сожалению, не было сейчас в поместье, он говорил мне, что вернется только на следующей неделе.

Что ж, мелькнула у меня в голове почти озорная мысль, если мой поверенный скажет, что не сможет найти нам новое жилье, то на следующей неделе я дам согласие Сэму стать его женой.

Пусть за меня решает судьба, сказала я себе дерзко и безрассудно и отправилась писать письмо Сэйвилу.

Спустя четыре дня после того, как я узнала, что договор аренды со мной расторгнут, открытая коляска графа Сэйвила появилась в нашем дворе. Мое сердце предательски дрогнуло, когда я увидела, как он передает вожжи конюху и соскакивает с козел, приветствуя Никки, который, завидев его, сразу примчался с огорода, где копался на грядках.

Из окна спальни я наблюдала, как Сэйвил взъерошил волосы Никки, легонько хлопнул по плечу, и лицо мальчика вспыхнуло от радости. Затем рука об руку они зашагали к дому, и Никки, судя по всему, уже начал терзать графа своими бесконечными вопросами.

Минутой-двумя позже в дверь постучала миссис Макинтош и взволнованно затараторила:

— Милочка! Милочка! Догадайтесь, кто к нам пожаловал?

Ее румяное лицо выражало почти такую же детскую радость, как и лицо Никки.

И снова одна моя половина испытывала страстное желание помчаться вниз по лестнице навстречу гостю, а другая ни в какую не хотела покидать безопасные стены комнаты.

— Вам не известно, зачем он здесь? — спросила я.

— Уж никак не ради меня, милочка. Разве вы не отправляли ему письмецо? Может, он знает какой-никакой домик, где мы все могли бы устроиться?

— Возможно, — невольно согласилась я.

— Причешите вашу головку, милочка.

Я послушно подошла к туалетному столику, взяла в руки старый костяной гребень и два раза провела по волосам. Низкорослая, тучная шотландка, зорко следящая за мной, позволила себе поправить две пряди, заправив их за уши.

— Вот так лучше будет. А теперь ступайте, не заставляйте его сиятельство ждать слишком долго. Он уже в гостиной.

Без сомнения, эта добрая, простая душа считала графа Сэйвила нашим избавителем и ни минуты не сомневалась, что уж кто-кто, а он непременно найдет нам подходящее жилище. Я же в эти мгновения понимала только, что приехал он, и ни о чем больше не думала.

Дверь в гостиную была приоткрыта, и я решительно толкнула ее. Сэйвил стоял у окна спиной ко мне. Когда он повернулся, я увидела, как вспыхнули золотым блеском его глаза. Но, может, мне просто показалось. Волосы, смуглая кожа — все, все отливало настоящим золотом! Словно солнечный луч проник в комнату.

Я все же остановилась недалеко от двери — для собственной безопасности — и оттуда спросила самым нелюбезным тоном:

— Почему вы здесь, милорд?

— Потому что вы с сыном временно остались без крова, — ответил граф. — Я приехал предложить вам обоим пожить в Сэйвил-Касле. До тех пор, пока не найдете подходящего жилья. А ваши лошади найдут приют в Рейли.

Все это было сказано сдержанным, деловым тоном, но я была потрясена. Ничего подобного я не ожидала.

Машинально я сделала несколько шагов ему навстречу. Он тоже подошел ближе, вглядываясь в мое лицо.

— Я уже просил кузена Джона, — снова заговорил граф, — начать поиски. В ближайшее время он найдет что-нибудь. А до тех пор, Гейл, можете спокойно жить в моем доме.

— Но в запасе почти месяц, — выговорила я наконец. — И у меня ученики.

— Отмените занятия, — приказным тоном произнес Сэйвил. — Перенесите на то время, когда обоснуетесь на новом месте.

Я почувствовала, как внутренне распрямляюсь: лорд Сэйвил вдохнул в меня надежду, дал ощутить, что я не одна в этом мире, что есть добрые люди, готовые прийти мне на помощь. И все-таки что-то во мне сопротивлялось, не позволяло до конца поверить в бескорыстность его предложения.

Поэтому голос мой снова стал резким и напряженным, когда я спросила:

— А почему вы мне все это предлагаете, милорд?

И опять его ответ оказался простым и резонным:

— Потому что так лучше для вас и Никки. У меня в доме все лето будет находиться моя сестра с тремя детьми, двое из которых мальчики примерно возраста вашего сына. Так что у него будет наконец нормальное окружение.

Мне не понравилось слово «нормальное». Что он позволяет себе думать об окружении моего сына?

— Должна вам заметить, сэр, — ледяным тоном сказала я, — что у Никки всегда были друзья. Тоже мальчики и тоже, представьте, его возраста.

— Кто именно? — строго вопросил Сэйвил.

— Вы требуете от меня отчета? Хорошо… Дети местных фермеров.

Его аристократические брови поползли вверх.

— Я имею в виду, — пояснил он, — детей его сословия.

— Ни я, ни мой сын, — запальчиво сказала я, — не принадлежим к знати, милорд.

— Мои племянники тоже, — спокойно ответил он. — Их отец просто хорошо воспитанный, образованный человек, каким был, насколько я знаю, и отец вашего Никки.

Вздрогнув, я сложила руки на груди и покачала головой, отвечая не на его слова, а своим мыслям. Потом произнесла:

— Ваша сестра знает о завещании, она присутствовала при оглашении. Поэтому ее сыновья скорее всего тоже знают, что там говорится относительно моего сына. Я не могу втягивать Никки в разговоры об этом. Просто не могу!

— Господи, Гейл, — сказал Сэйвил, — Реджина никогда в жизни не станет делиться со своими мальчишками подобной информацией, уверяю вас. Помимо того, я специально просил ее об этом.

Я с удивлением взглянула на него:

— Зачем?

— Понял, как сильно вы этого не хотите. Можете быть уверены, дети моей сестры ничего не знают.

Я нехотя кивнула в знак согласия.

— Чарли и Тео, мои племянники, — продолжал он, — придут в восторг от того, что у них появится новый приятель. Будет с кем играть в рыцарей и пиратов, ездить на пони, бегать на озеро, запускать воздушных змеев, играть в мяч…