Лиза Клейпас - Где начинаются мечты

– Чудесно. Стало быть, увидимся в середине дня.

Простившись со своей ученицей, Холли торопливо спустилась по главной лестнице. Она улыбалась в предвкушении встречи с дальним родственником. Они виделись последний раз на каком-то семейном сборище по меньшей мере пять лет назад, когда Джейсону едва исполнилось двадцать. Доброжелательный, с живым чувством юмора и очаровательной улыбкой, юноша был любимцем семьи. Еще будучи ребенком, он постоянно рисовал и делал наброски, и мальчика бранили за то, что пальцы его всегда в чернилах. А теперь он создавал себе имя своим уникальным стилем естественной архитектуры, которая должна вписываться в окружающий пейзаж.

– Кузен Джейсон! – воскликнула Холли, входя в парадный вестибюль одновременно с ним.

Едва увидев ее, Соумерс расплылся в улыбке, снял шляпу и ловко поклонился. Холли с радостью отметила, что за эти годы Джейсон превратился в удивительно привлекательного мужчину. Тяжелая копна недлинных каштановых волос, в зеленых глазах светится ум. Хотя он еще был по-юношески худощав, для своих двадцати пяти лет он выглядел на редкость мужественно.

– Миледи, – сказал Джейсон приятным чуть хрипловатым голосом, – пожалуйста, примите мои запоздалые извинения за то, что я не присутствовал на похоронах вашего мужа.

Холли с нежностью посмотрела на молодого человека. Извиняться ему не было причин: когда Джордж скончался, Джейсон путешествовал по Европе. Не имея возможности приехать, он тогда написал ей письмо с соболезнованиями. Послание это, на удивление трогательное, выражало искреннее сочувствие, тронувшее ее до глубины души.

– Вы сами знаете, что не за что извиняться, – мягко возразила она.

Экономка подошла к ним, чтобы взять у Джейсона пальто и шляпу.

– Миссис Берни, – обратилась к ней Холли, – не подскажете ли вы, где сейчас находится мистер Бронсон?

– Наверное, он в библиотеке, миледи.

– Я провожу туда мистера Соумерса.

Взяв родственника под руку, Холли повела его к библиотечным апартаментам.

Глядя вокруг, Джейсон издал возглас, выражавший одновременно изумление и отвращение.

– Невероятно, – бормотал он. – Излишество на излишестве. Миледи, если Бронсон предпочитает такой стиль, ему следовало бы обратиться к другому архитектору. Я не сумею выжать из себя ничего подобного.

– Подождите, пока не поговорите с ним самим, – сказала Холли.

– Ладно. – Джеймс улыбнулся. – Леди Холли, я знаю, что это вы рекомендовали меня, и за это я вам чрезвычайно благодарен. Но я должен спросить… что заставило вас оказаться здесь? – В его голосе прозвучал задор. – Как вам, без сомнения, известно, наша семья этого не одобряет.

– Да, матушка сообщила мне об этом, – призналась Холли с грустной улыбкой.

Узнав о том, что Холли собирается поступить на службу к Бронсону, ее родители высказались весьма недвусмысленно. Матушка даже усомнилась в здравости ее рассудка, предположив, что горе повлияло на способность Холли принимать разумные решения. Отец ее, однако, будучи человеком чрезвычайно практичным, несколько смягчился, узнав, на каких условиях она поступила к Бронсону.

Имея на руках еще трех незамужних дочерей, он слишком хорошо понимал необходимость хорошего приданого.

– Итак? – поторопил ее Джейсон.

– Мистеру Бронсону трудно отказать, – сухо закончила Холли. – Вы сами это поймете достаточно скоро.

Так они добрались до библиотеки, где их уже ждал Бронсон. К чести Джейсона, он не выказал ни намека на робость при виде поднимающегося из-за своего массивного стола хозяина дома. Холли по собственному опыту знала, что первая встреча с Бронсоном производит сильное впечатление. Мало кто еще обладал такой мощной жизненной силой. Даже если бы она ничего не знала о нем раньше, она инстинктивно бы поняла, что этот человек не только стал хозяином собственной судьбы, но также распоряжался судьбами других людей.

Спокойно встретив проницательный взгляд черных глаз, Джейсон с энтузиазмом ответил на рукопожатие.

– Мистер Бронсон, – начал он в свойственной ему открытой, дружеской манере, – позвольте сразу же поблагодарить вас за приглашение в ваш дом и за возможность продемонстрировать мои скромные способности.

– Леди Холли – вот кого вам следует благодарить, – отозвался Бронсон. – Я пригласил вас по ее рекомендации.

Холли удивленно заморгала. Бронсон не скрывал того, что ее мнение имело для него большое значение. К ее ужасу, это не осталось незамеченным Джейсоном. Он бросил на нее быстрый задумчивый взгляд, потом снова посмотрел на Бронсона.

– Будем надеяться, что я оправдаю рекомендации леди Холли. – И Джейсон взял в руки пачку рисунков.

Бронсон указал на письменный стол красного дерева, освобожденный для этого случая, и архитектор разложил свои рисунки на полированной столешнице.

Хотя Холли и решила не проявлять своих эмоций, рассматривая работу родственника, но, склонившись над его эскизами, не сумела удержаться от одобрительного возгласа. Дом, с его скрытыми намеками на романтический готический стиль, был очарователен и изыскан.

Множество французских окон связывали воедино окружающие пейзажи и внутренние помещения. Большие парадные комнаты и просторные оранжереи позволяли устраивать приемы, а уютные флигели обеспечивали членам семьи уединение и покой.

Холли надеялась, что Бронсон оценит простоту и изящество будущего сооружения и не совершит ошибки, полагая, что великолепие – синоним нагромождения украшений. По крайней мере его наверняка порадует изобилие современных технических удобств: водопровод на всех этажах, множество ватерклозетов и кафельных душевых и ванных комнат, а также отопление, обеспечивающее уют и тепло на протяжении всей зимы.

Бронсон рассматривал планы без всякого выражения, он только задал Джейсону пару вопросов, на которые тот поспешил ответить. В самый разгар просмотра кто-то тихо вошел в комнату. Это оказалась Элизабет, одетая в розовую, отороченную алым амазонку. Этот туалет простого, но смелого покроя и женственная пена белых кружев на шее очень шли девушке. Черные кудри, заплетенные в тугие косы, шляпа алого цвета и черные густые ресницы делали облик Элизабет пленительным и экзотическим одновременно.

– Я не устояла перед соблазном взглянуть перед уходом на эскизы… – начала Элизабет, но голос ее стих, когда Джейсон обернулся и поклонился ей.

Холли быстро представила их друг другу, с гордостью глядя, как Элизабет отвечает на поклон Джейсона превосходным реверансом. Покончив с приветствиями, они замолчали, изучая друг друга с мгновенно вспыхнувшим любопытством. Потом Соумерс снова повернулся к столу и сосредоточился на вопросе, который задал ему Бронсон. Казалось, он вовсе не замечает Элизабет.