Анна Грейси - Ловушка для невесты

Аиша прожила в трущобах почти столько же лет, сколько и в отцовском доме. Когда большинство девушек её происхождения учились играть на фортепьяно, вышивать, рисовать акварели и танцевать, Аиша узнавала, что такое голод и опасность, усваивала уроки воровства и драки, училась изображать мальчишку и выживать.

Да, ей придётся нелегко, но он будет там и сможет в любой момент оказать помощь. Её бесстрашия хватит на всё.

Он никогда не забудет, как она стояла спиной к реке, вооруженная только ножом, а шайка местных убийц приближалась к ней. В его памяти навсегда запечатлелся её отчаянный взгляд, брошенный за спину, на стремительную реку, полную крокодилов. Он увидел тогда в её глазах решимость прыгнуть или защищаться. Тоненькая девочка против пяти вооруженных мужчин.

Восемь лет он провел на войне, но ни разу в жизни не был так напуган. Напуган тем, что мог не успеть.

Наконец, Лейла появилась из дома в покрывале и абсолютно закрытом платье.

К изумлению Рейфа она взяла его руку и поцеловала.

— Аиша рассказала мне о том, что вы совершили, — её глаза были полны слёз. — Всё, что я могу сделать для вас, англичанин, я сделаю.

— Пустяки. Любой поступил бы так же, — резко ответил он.

Лейла улыбнулась и похлопала его по груди.

— Не любой. Только воин.

Они быстро преодолели лабиринт глухих улочек — Аиша показывала дорогу — и в конце концов добрались до дома Бакстера.

— Вижу, вы привели ко мне делегацию, — произнёс Бакстер, скривив лицо в насмешливой гримасе, когда увидел, как его слуга впускает всю компанию в дом. Рейф выполнил официальные представления, назвав Аишу по-английски мисс Алисией Клив.

Бакстер широко открыл глаза.

— Он говорил, что нашёл вас. Приятно познакомиться, мисс Клив, — Бакстер поклонился.

— Называйте, меня, пожалуйста, Аишей, — она бросила короткий взгляд на Рейфа, — мне так больше нравится.

Бакстер ещё раз поклонился:

— Мисс Аиша. А это, видимо, Али.

Али поклонился и внимательно оглядел комнату горящими от любопытства глазами.

— А это, должно быть, Лейла, — Бакстер испытующе посмотрел на Лейлу, затем поклонился.

Лейла пробормотала что-то Аише по-арабски, но прежде чем та смогла ответить, Бакстер с озорным видом ответил сам, на том же языке.

Глаза женщины расширились от удивления. Она пришла в волнение и сказала что-то, вызвавшее смех Бакстера.

— Её поразило то, что иностранец так хорошо говорит по-арабски, — объяснил Бакстер, обращаясь к Рейфу. — Она сказала мисс Клив, что хотя мои голубые глаза достаточно хороши даже для девушки, я, тем не менее, видный мужчина.

Он подмигнул Аише и добавил:

— Однако сам я предпочитаю карие, и вы можете сказать Лейле, что глаз красивее, чем у неё, я не видел уже очень давно.

В тех немногих местах, где кожу Лейлы можно было видеть, она заметно порозовела.

— Нет никакой необходимости что-либо мне говорить, — отрезала Лейла по-английски. Ни на кого не глядя, она с чувством собственного достоинства уселась на самую дальнюю диванную подушку.

Бакстер смотрел на неё с приятным удивлением. Затем он приказал, чтобы пока он расспрашивает Али, подали кофе.

Он забрал Али в свой кабинет, и там они начали разговор. От комнаты, в которой оставались все остальные, кабинет был отделён тяжёлой тканой занавесью, лишь частично задёрнутой, так что голоса, хоть и тихие, звучали различимо.

Подали кофе, а вместе с ним тарелку маленьких кексов. Слуга наполнил чашки, раздал всем присутствующим и после этого ушёл.

Рейф внимательно изучил кофе и решил не рисковать. Краем глаза он заметил, как Лейла сделала маленький глоток и затем, с гримасой поставив чашку, бросила быстрый взгляд на Рейфа.

— Здесь готовят худший кофе, который я когда-либо пробовал, — тихо сказал он.

Женщина наклонилась вперёд и внимательно вгляделась в кексы.

— Кексы несвежие. На этом плесень, видите? — она взглянула в сторону кабинета, где доверительно беседовали Бакстер и Али. — Вы говорите кофе здесь всегда плохой?

Рейф кивнул.

Лейла поколебалась, и перевела взгляд с кабинета, в котором продолжался разговор, на дверной проем, куда ушёл слуга.

— Они позорят своего хозяина, — тихим голосом сказала она, а затем поднялась и выскользнула из комнаты.

Сидящая рядом с Рейфом Аиша не интересовалась кофе. Вытянув шею, чтобы лучше слышать, она, как ястреб, следила за расспросами Али. Слуги вернулись и забрали едва тронутые кофе и несвежие кексы.

Аиша не отводила глаз с занавеса, за которым находился Али, что-то бурча себе под нос и сжимая кулаки.

— В чём дело? — спросил Рейф.

— Я собираюсь придушить этого мальчишку!

Через просвет Рейф взглянул на Бакстера, который вовсе не выглядел недовольным Али. Скорее, он казался позабавленным.

— Почему?

Аиша закатила глаза.

— Бакстер спросил его: «Если торговец продаёт апельсины по пять пара[В данном случае, полагаю, речь идёт о турецкой пара (тур. para, от перс. пара — кусок) — мелкой серебряной монете, равной 1/40 пиастра. Кстати, турецкий пиастр, иначе называемый куруш (тур. kuruş) или ранее гуруш (guruş) через множественные заимствования образованное от латинского grossus, этимологически родственно русскому грош.] за дюжину, сколько фруктов ты смог бы купить за полпиастра?» И что эта маленькая обезьяна ответила? Он сказал, — Аиша передразнила Али: — «Пять пара это слишком дорого, я бы пошёл к Ахмеду Четырёхпалому, который торгует позади мечети, и он бы продал мне их по четыре пара за дюжину, или даже дешевле!» — Она сжала кулаки. — У него была такая великолепная возможность, а он её упустил!

Рейф накрыл ладонью её кулак.

— Нет, не упустил. Посмотрите на лицо Бакстера. Он выглядит скорее приятно удивлённым, чем наоборот. Что он говорит?

Аиша перевела:

— Кто такой Ахмед Четырёхпалый, и почему он продал бы апельсины дешевле? И Али отвечает: «Он живёт около мечети с синим минаретом, и у него есть два брата и четыре двоюродных брата, которые работают в доках Александрии и всегда могут достать товары подешевле. И Ахмед всегда может предложить лучшую цену».

Бакстер засмеялся.

— Перестаньте волноваться, — прошептал Рейф. — Рискну предположить, что мальчик всё делает правильно. Такая личность, как Ахмед Четырёхпалый действительно существует?

— О, да. Он может достать для вас всё, что захотите. И товары у него всегда самые дешёвые, но далеко не всегда самые лучшие. То, что куплено у Ахмеда Четырёхпалого следует тщательно осматривать, — рассеянно ответила девушка.

Бакстер продолжал задавать Али запутанные вопросы, и тот, не колеблясь, отвечал, часто добавляя к ответам собственное мнение.